Дюжина лазеек - Анна Орлова

Перевернув очередную страницу «Юридического вестника», я уставилась на знакомую насупленную физиономию и подпись жирным шрифтом: «Адвокат-оборотень покусал судью!»

Я хмыкнула, прекрасно зная пострадавшего. По правде говоря, временами меня саму тянуло его покусать ...

Дочитать, чем закончилась история бедного оборотня (да-да, мне жаль отнюдь не потерпевшего!) я не успела. Дверь распахнулась без стука и влетел до крайности возмущенный гоблин средних лет.

Подбежал ко мне, швырнул на стол кипу фотографий и возопил:

- Полюбуйтесь, что они со мной сделали!

Я вгляделась и поперхнулась . На всех фото одно и то же: снятый в разных ракурсах половой член.

- И зачем мне... это?

Можно подумать, ничего подобного я не видела. Даже размеры, прямо скажем, не впечатляли.

- Да вы что, не видите?! - выкрикнул гоблин. - Он же меня изувечил! Вы смотрите, смотрите на фотографии. Или хотите, я вам так покажу?!

Разумеется, подобное... хм, зрелище меня вряд ли шокировало бы. Однако стоит представить, как в кабинет кто-нибудь заходит, а клиент стоит напротив меня с расстегнутой ширинкой... Чего доброго, я приобрету славу адвоката, который обслуживает клиентов во всех смыслах.

- Не нужно! - Побольше льда в голосе и смотреть прямо в глаза. - Лучше заберите это, - я кивнула на рассыпанные фотографии, - и объясните своими словами.

Выяснилось, что посетитель работал на заводе и что-то не поделил со своим начальником. «Я всегда готов отстаивать правду и справедливость!» - гордо заявил клиент, что в переводе на нормальный язык означало, что он частенько кляузничал. Понятное дело, остальным это не нравилось, и однажды дошло до драки.

Кто прав, кто виноват, приехавшая полиция определить затруднилась. Тем более что повреждения у них были равной степени тяжести: начальнику пришлось сращивать поломанные ребра, а моему клиенту... ампутировали одно яичко.

Следователь никак не мог решить, кто же из двоих обвиняемый, а кто потерпевший...

- Вы только представьте, как я натерпелся! - утирал скупую мужскую слезу гоблин. - Мне больно ходить в туалет, а с женщинами...

- Благодарю, давайте без подробностей, - остановила я прочувствованный рассказ. - Вам следует обратиться в прокуратуру с жалобой на действия следователя. Я сейчас запишу вам адрес и телефон...

И быстренько накарябала на бумажке обещанные контактные данные, а потом решительно выставила его вон. Даже визитку не дала - незачем районной прокуратуре знать, кто им подкинул такую подлянку...

***

День шел своим чередом. Консультации, иски, коллеги... Я считала минуты до пяти часов, чтобы сбежать на концерт.

Но концерт явился прямо ко мне.

Когда дверь распахнулась в очередной раз - за двадцать минут до конца рабочего дня! - я рылась в комментариях к уголовному кодексу в части тонкостей квалификации умышленного причинения вреда здоровью.

- Тут она! - ликующе выкрикнул ввалившийся в кабинет смутно знакомый гном. И покачнулся.

- Пусти, - отпихнул его с дороги недоброй памяти Дурин Мастерсон. - Я щас сам этой!..

Говорил он невнятно, а уж амбре! Неосторожную муху снесло перегаром.

Первый неловко посторонился - проход у нас был узенький - пошатнулся и схватился за стену. Его тоже явно штормило. Третий приятель воздвигся в дверях и растопырил руки. Видимо, перекрывая мне выход.

И что делать? Диспозиция - хуже не придумаешь. Я за столом в углу, окно высоко, двери далеко. На помощь звать? Без толку. Позвонить я не успею...

Увы, не только я это понимала.

- Думала , тебе все с рук сойдет? - протянул Дурин со смаком и попытался схватить меня за грудки.

Нарочито медленно, давая время нырнуть под стол.

Прятаться я не стала , вместо этого громко захлопнула перед носом Дурина уголовный кодекс. Резкий звук вынудил гнома отшатнуться.

- Вот с... - процедил он.

Не нравится? А вот это понравится ещё меньше!

Я наискось, почти без замаха, врезала ему кодексом по уху. Увесистый томик не подвел: Дурин взвыл и схватился за голову.

- Эй, ты чего это, - пробормотал его приятель, вытаращившись на меня, как на мышку, которая набила морду кошке. - Ты зачем это?..

Надо было развивать успех.

- Тревожную кнопку я нажала! - соврала я, стараясь делать это уверенно. - Через пять минут тут будет полиция и...

Договорить я не успела.

Того, что стоял в дверях, дверью же и снесло. Второй едва успел оглянуться, как браслет на руке Артема сверкнул - и гном, побледнев, осел на пол.

Дурин - не иначе, сдуру - опять промычал что-то про, кхм, самку собаки... И улетел в угол от хука справа.

- Ты в порядке? - спросил Артем и осторожно, как стеклянную, взял меня за плечи.

- В полном. - Я прерывисто вздохнула и призналась: - Только перепугалась ужасно.

Теперь, когда угроза отступила, меня запоздало начало колотить.

Артем покосился на «мстителей» так, что на их месте я бы не приходила в себя подольше. Лежащих-то он бить не станет!

Мстители смирно лежали в живописных позах. Дурин скорчился в углу, его «придверный» приятель разлегся на стульях для посетителей, а второй валялся прямо на полу и дрожал.

- Чем ты его? - осведомилась я с чисто научным интересом. Вдруг я тоже так смогу? Пригодилось бы.

- Давление понизил, - отозвался Артем равнодушно. - Со мной всегда парочка артефактов на всякий случай.

- Опасные вы люди, кардиохирурги, - пробормотала я уважительно и потянулась за телефоном. - Придется все-таки вызвать полицию.

Был у меня соблазн сложить их стопочкой в коридоре и сделать вид, что так и было.

Увы, увы. Наш арендодатель такого украшения недвижимости не оценит...

***

На концерт мы, само собой, не попали. Пришлось сначала ждать полицию (которая нас, конечно, бережет, но не очень-то расторопно), потом долго объяснять, кто эти типы, какие у них ко мне были претензии, что случилось ...

При этом полицейские нет-нет, а косились то на меня с кодексом в обнимку, то на каменно спокойного Артема.

- Чем это вы его? - уважительно поинтересовался старший патруля, кивая на скорчившегося на полу типа. С двумя другими вопросов не возникло, там следы (двери, кулака и кодекса) налицо. И на лице.

Надо сказать, с Артемом люди всегда на «вы» и очень вежливы. Еще бы, с таким-то громилой!

- Артефактом, - объяснил он коротко, продолжая обнимать меня за плечи. - Купирует гипертонический криз. Эффект кратковременный,