Единственная для охотников - Tommy Glub

- Страшно, - выбираю. Поворачиваюсь к нему и оказываюсь так близко к губам, что почти что чувствую их вкус. Не говоря уж о запахе. Он проникает внутрь, под кожу. Я дрожу от переполняющих чувств и глубоко вдыхаю побольше воздуха. - Страшно, что я вас больше не боюсь.

- Правильный ответ, - шумно выдохнув, я получаю снова поцелуй. Но…

Вряд ли это можно назвать действительно поцелуем. Это сумасшедшее нечто. Киприан словно вдыхает в меня всё своё желание и запечатывает на губах его вкус. Я стону в губы, ведусь, льну к мужскому телу и чувствую на шее другой поцелуй. И реагирую всхлипом, а ладонь практически мне не подчиняясь, ведёт по шее брюнета. Я завожу руку назад и впиваюсь пальцами в корни тёмных волос. А блондину просто отвечаю, гортанно застонав. Снова.

Ни слова. Ни вдоха, ничего, что может стать лишним в нашем безумном танце губ, языков и рук. Мы путаемся, я дрожу в их руках и чувствую, что всё это неправильно. Но… Но…

Одновременно с этим, всё чертовски правильно.

И доверять им кажется таким правильным.

- Неудобно, - шепнул Александр. Он резко подхватывает меня под талию и уверенно идёт куда-то. Я не могу нормально соображать и вряд ли бы смогла сейчас идти.

- Почему к тебе? - слышу не отстающего Киприана.

- Потому, что у тебя в комнате Камень, способный убить её, - отозвался хрипло Александр. - Просто иди, сейчас я не способен на диалог.

У Александра такая же небольшая комнатка, как и у Киприана. Тут темно и пахнет травами, как и во всём доме.

Потому остаётся довериться только чувствам и эмоциям. Запахам и ощущениям. Касаниям и дыханию…

Александр садится на кровать и уверенно зажимает меня своими ногами. Киприан прижимается ко мне спиной и уже намного увереннее проводит ладонями по животу, носом одновременно с этим зарываясь в мои волосы и прихватывая зубами кожу. Я откидываюсь на его плечо, прикрывая глаза и судорожно облизывая сухие губы. Чувствую, что они пытаются скорее расправиться с моим платьем, но тем не менее, никакого стыда не чувствую. Мне просто становится хорошо, когда оно спадает тихим шорохом вниз, а голую грудь накрывают большие ладони Александра. Я должна прекратить это, но всё остальное тело совершенно не согласно с такой рациональной мыслью в голове. Я только могу выдохнуть стон и одновременно вздрогнуть, вспомнив, что в доме мы не одни.

Прохладные пальцы брюнета обводят острые соски, сжимают их немного, пока Киприан уже вовсю целует мою шею, плечи и ключицу. Я чувствую горячий и мокрый язык, и когда понимаю, что это именно он - на соске ощутила и второй.

Несмотря на то, что это жутко неправильно, я согласна тут расплавиться. Отдаться этим эмоциям, захлёстывающих и погружающих в тёмную бездну. Мне хочется с каждой секундой чего-то большего, но и то, насколько они оба чувствуют меня и превращают всё моё тело в сплошной голый нерв - мне безумно нравится. Кожа покрывается крупными мурашками, от откровенности и интимности всего происходящего я дрожу.

Киприан ведёт ладонями по рукам, нежно и ласково постукивая по коже мягкими подушечками пальцев. Заводит их наверх и помогает мне его обнять таким образом, не поворачиваясь к нему лицом. Он прижимается сильнее ко мне, сладко прикусывает ушко, а губы Александра уже останавливаются около пупка. Он тоже кусает кожу.

Свет в этой комнате исходит только из окна. Там неполная луна, единственная свидетельница нашего неправильного союза. Только лишь она теперь знает, что я навсегда перестала бояться этих больших и властных мужчин. Лишь ей, ранней Луне, в 1989 году открыта эта тайна.

И мы, в её ярком свете сгораем дотла в огне того самого желания, о котором я читала в книгах…

И разделяем одно дыхание на троих.

9

Почти не могу дышать, когда Александр решает уложить меня на кровать. Она мягко пружинит, но мужчина сразу оказывается сверху, чтобы тут же снова провести языком по груди, нежно обходя сосок и прикусывая его. Немного. Но по телу словно ток и я неконтролируемо выгибаюсь, прикусываю снова губу. От частых укусов и поцелуев они горят огнём.

А что ещё больше горит - так это всё моё тело. Бешенный пожар заставляет все плохие мысли превратиться в пепел. Он сгорает дотла мораль и страхи, панику и дрожь. Я отзываюсь на каждую ласку и подставляюсь ей же. Чувствую рядом Киприана, он ложится на кровать рядом и совершенно спокойно целует мои губы. Нажимает, оттягивает нижнюю губу и вскоре обводит мой язык, тем временем ещё больше отдавая свой вкус. Немножко пряный, мускусный и со вкусом ягод.

Меня местами выкидывает из реальности. Иногда я ничего не чувствую, кроме как полного диссонанса из-за того, что всё это просто невозможно. Нельзя нам так сходить с ума. Нельзя мне выгибаться навстречу умелым рукам и нельзя без страха и ужаса доверять своё тело им…

Что ещё больше выносит из-под ног землю… Так это их бережное отношение ко мне. Словно я для них значу больше, чем они говорят. Словно сами хотят как-то сместить свой вектор и сражаться за другое. И они осторожно обращаются со мной, обходя моё ранение стороной и уверенно помогая мне, когда это необходимо. Александр и вовсе просто принёс меня сюда.

- У тебя есть сейчас один шанс, чтобы я тебя отпустил и не стал лишать девственности, - Александр нежно проводит носом по моей шее, шепчет и предупреждает на ухо, кусается. Но не мешает нашему поцелую с Киприаном. Словно всё это чертовски правильно. Как то, что они оба сейчас со мной, так и наша связь в принципе.

- Я этого хочу, - шепчу я, отпуская губы блондина. Он перешёл губами на подбородок и с тихим хмыком остановился, нависая тоже сверху. Касаюсь пальцами кожи брюнета на плече, веду осторожно по коже, и шлю к чёрту всё, что так неправильно кажется.

- Поздно останавливаться, - тихо шепчет Киприан. - Но будет честно, если он будет