Его сладкая малышка - Аля Алая

– Нет, мы и так опаздываем, – бросаю вскользь взгляд на часы, нечего нам здесь лицами больше светить. Сматываться надо срочно. – Поехали, малыш.

Нетерпеливо заскакиваю в подъехавшую арендованную машину, Инесса не пускает Инну, что-то там ей нашептывая на прощанье. Матвей смирно стоит в стороне.

Я брату всегда удивляюсь. Матёрый хищник, любого конкурента нагнет. А с женой чисто плюшевый мишка. Она на него компромат какой-то страшный имеет, что он такой шёлковый?

– О чем болтали? – нетерпеливо прижимаю к себе Инну, когда она забирается в машину. Черт возьми, не просто любовница – самая настоящая жена.

– Секрет, – моя сладкая малышка укладывает голову мне на грудь, – я счастлива. А ты?

– Да, – ее ладошка лежит поверх моей. Обручальные кольца поблескивают в солнечных лучах. Мне казалось, свадьба – это самое сложное. Я шел именно к этой точке… Но нет, самое сложное будет дальше.

***

Машина довозит нас до аэропорта, где ждет частный самолет. Так никто не узнает, куда мы улетели. Матвей все продумал: в полётных документах будут значиться Зайкины Степан и Лена. Весь перелет займет около семнадцати часов.

– Никогда не летала на таком, – Инна восторженно осматривает самолет и трап рядом с ним. За дорогу она расслабилась, ожила, словно все самое сложное осталось позади.

В ее иллюзорном радужном мире – возможно.

В моем – реальные сложности только начинаются.

У трапа нас встречает стюардесса, мило улыбается, проводит на места и исчезает в отсеке для персонала. Через минуту возвращается с напитками и закусками.

– За счастье, – Инна поднимает бокал шампанского. Ее рука заметно дрожит.

– За нас, – чокаюсь с ней и выпиваю до дна. Пузырьки быстро, но слабо, ударяют в голову, тем самым намекая, что я давно не надирался. Сейчас бы до бессознанки налакаться вискарем и обрубиться. Надоело гонять в голове чувство вины, просчитывать шаги наперед и пытаться решить нерешаемую проблему – как затащить Инну в банк и заставить подписать документы, не рассказывая ей правду?

– Знаешь, – пригубив шампанское, моя женушка сжимает в руках бокал, – до сих пор не верю, что мы это сделали.

Я тоже не верю, малыш…

– И что летим на райский остров, где будем вдвоем… только ты и я.

В глазах Инны столько доверия и обожания, что мне физически больно становится. Оказалось, не умею я обманывать таких, как она. Чистых и ранимых.

Но упертых.

С прощением у Инны совсем хреново, это я в курсе. Так что на него рассчитывать нет смысла. Блядь, малышка, как сделать так, чтобы ты не узнала?

Большую часть пути Инка спит у меня на плече. За руку при этом очень крепко держит, как будто я сбежать от нее могу.

Мне даже смешно. По-хорошему, ей от меня надо бежать, сверкая пятками. Боюсь, что так через пару дней и случится.

Самолет приземляется на Арубе ближе к вечеру. В лицо ударяет теплый ветерок, вокруг высокие пальмы, песок, шум плещущегося рядом океана.

На багги нас довозят до арендованной виллы. Желая порадовать мою сладкую малышку, я выбрал место на воде, где нас никто не побеспокоит.

– Потрясающе, – сбросив с ног туфли, Инна расхаживает по большой гостиной. Тут сплошь белый цвет – занавески, мебель. Пол из светлого дерева, на стенах панно из ракушек местных мастеров. Она обходит большое помещение, то и дело прикасаясь к чему-нибудь. Раскрывает стеклянные двери на личную зону отдыха – лежаки, навес, бассейн с пресной водой. Оборачивается на меня. – Мне кажется, я сплю.

– Пока нет, но я бы не отказался, – разминаю шею и тянусь всем телом. За время полета у меня все затекло.

– Правда? – Инна не закрывает двери, пуская к нам соленый ветерок. Легкие полупрозрачные шторы колышутся за ее спиной, добавляя немного магии образу. – А как же твое обещание? – подходит вплотную, заглядывая в глаза.

– Какое именно? – недоуменно поднимаю бровь.

– Ну, – она смущается, щечки становятся пунцовыми, – по поводу брачной ночи.

– Оу, – сжимаю ладони вокруг тонкой талии. Малышка решилась требовать свой секс.

– Если ты устал, я пойму, – юркие пальчики начинают медленно расстегивать пуговицы на моей рубашке. – Что-то я не задумывалась раньше, а вчера мельком увидела дату твоего рождения. И… Десять лет разницы… Ух ты, я думала меньше, папенька.

– Тебе конец, – забрасываю Инку на плечо. Надо же, какая стервочка. Как только не добавила, что предыдущий муж моложе был… Неаккуратно швыряю ее на постель и оценивающе осматриваю.

– Влад, я пошутила, –Инка довольно ерзает на покрывале. Темные волосы разметались в разные стороны, платье задралось, показывая край кружевной подвязки на стройной ножке.

Расстегиваю оставшиеся пуговицы на рубашке, экспрессивно отбрасываю ее в сторону. Конец тебе, моя языкастая. Хватаю за лодыжку и тяну притихшую Инку к краю.

Нетерпеливо веду ладонью по внутренней стороне бедра до трусиков, сминаю ткань. Все проблемы буду решать завтра. Или послезавтра. А пока…

– Ты чертовски красивая, – поддеваю пальцем подвязку.

– Ее зубами снимают, – в ответ возбужденный смешок.

– Столько тонкостей, – опускаюсь коленями на ковер, рядом с постелью. Шире развожу стройные ноги, рассматривая порнографический шикарный вид передо мной. Зубами прихватываю нежную кожу, тяну подвязку вниз с утробным рыком.

С этой девчонкой хочется трахаться постоянно. Ни хрена не надоедает.

Провожу ладонями по гладкому атласу платья, дергаю Инну еще ниже, ударяя промежностью о свой пах. Нависаю, рассматривая пристально.

– Жена, – произношу, пробуя на вкус.

– Муж, – получаю в ответ. Инна закидывает руки мне вокруг шеи.

Второй муж. Ничего не могу с собой сделать, зачем-то ревную к прошлому. Знаю, что молоденький мудак Михаил свой шанс проебал, теперь Инка моя. И все равно…

Думаю, дело в том, что мне до проеба тоже недолго осталось… а я не хочу.

Впиваюсь в подрагивающие губы поцелуем, глубоко и настойчиво. Платье расстегиваю и снимаю, оставляю в одних трусиках. Шикарное тело – полная грудь, крупные темно-розовые соски, мягкий подрагивающий животик.

Я умный аферист со стажем. Я что-нибудь придумаю, чтобы моя девочка и дальше оставалась в неведении.

Пока Инка наблюдает за мной, нарочито медленно скатываю стринги по ногам, закидываю щиколотки себе на плечи. Потом расстегиваю свои брюки и спускаю белье.

– Неплохо для старичка? – хрипло усмехаюсь, наглаживая каменный стояк. Ее Мишка и в подметки мне не годится в постели – это видно по тому, как Инка подо мной стонет. Как на многое под моим натиском решается, как скромность свою теряет.

Провожу головкой по влажным половым губам, толкаюсь глубоко и руками тяну за бедра к себе.

– Влад, – она выгибается. Нежные пальчики скребут