Его сладкая малышка - Аля Алая

по коже моей груди, цепляются за плечи. Трахаю ее, не в силах перестать смотреть в распахнутые умоляющие глаза, ловлю каждый вздох и стон. – Люблю тебя, боже, – малышка кончает быстро, когда я даже не успел как следует разогнаться. Из нас двоих Инка вечный скорострел. Для женщины это скорее плюс, чем минус.

Даю ей немного времени прийти в себя, придавливаю собой и нежно ласкаю.

– Знаешь, – раздается на ухо робко, – это как-то не очень жестко было.

– Жалуешься? – мгновенно поднимаюсь, опираясь о покрывало на локтях. Смотрю в эти бесстыжие, хлопающие глазки и офигеваю. Мне только что выкатили претензию насчет сексуальной состоятельности. Член, который все еще внутри Инны, сразу требует сатисфакции.

– Нет, просто я твое обещание помню. Я даже немного испугалась, накрутила себя и зря оказывается. Нет, ты не подумай, мне понравилось.

– Сучка, – резко дергаю Инку за бедра на свой член.

– Ох, – ей сразу становится не до смеха. Облизывается, намекая на минет, но мне хочется другого.

Снимаю ее с себя, переворачиваю на живот и позволяю коленями упереться в пол. Отличная поза, очень беззащитная.

– Ты что делать собрался? – она с тревогой оборачивается, чувствуя, как я заламываю ей руки за спину и связываю их на запястьях ее же стрингами.

– Понимаешь, зай, – обшариваю ковер на предмет подвязки. Нахожу ее и заглядываю в тумбочку рядом с кроватью. Вилла дорогая, тут должно быть все, что может понадобиться молодоженам в период медового месяца. – Отлично, – нахожу приличный арсенал презервативов, смазок и даже пачку латексных салфеток для куни.

– Что отлично? – Она поворачивает ко мне лицо. Не могу не улыбнуться, шикарно смотрится голой и связанной на постели. – У меня коленки затекли, тут твердо.

– Ну ты же хотела пожестче, – вынимаю презик и тюбик с охлаждающей смазкой. – А я тоже кое-что очень хочу.

– И что? – малышка плотоядно осматривает меня со спущенными штанами и торчащим членом. – Я на все готова.

– Это радует, – снимаю с себя остатки одежды. – На все-все-все?

– Угу, – кивает уверенно.

– Класс, – тяну с усмешкой.

Опускаюсь за спиной Инны на колени. Нежно веду ладонью по попе и легонько шлепаю.

– Нравится?

– Возбуждает, – признается тихо.

– Хорошо, – бросаю реквизит на кровать и сосредотачиваюсь на оттопыренной попке. Одной ладонью накрываю связанные запястья, чтобы не дергалась, а другой звонко шлепаю Инку.

Возбуждает пиздец просто. Ее шок, за которым идут сдерживаемые то ли стоны, то ли крики, краснеющая чувствительная кожа, нарастающее онемение в ладони. Я не то, чтобы псих на эту тему, но мою строптивую и языкастую хочется хорошенько наказать.

– Влад, я все поняла, честно, – Инка кусает губы, пытаясь заглянуть мне в глаза. – Больше никаких шуток, вообще.

– Нет, шути, мне нравится, – закончив с подготовкой, рассматриваю красные ягодицы. – Пиздец, ты охуенная. С алой попкой.

– Влад, – она шумно сглатывает, все еще не до конца понимая, к чему идет.

– Инн, ты же сделаешь для меня подарок на нашу свадьбу? Я его очень хочу.

– Конечно, – кивает с энтузиазмом. Волосы вокруг лица разметались, и ей приходится все время сдувать непослушные пряди, падающие на лицо.

– Спасибо, – забираю с покрывала тюбик смазки и выдавливаю на пальцы. Нежно касаюсь ими между ягодиц и скольжу до тугого колечка.

– Влад? – в голосе Инны нарастает тревога. – Ты что делать собрался? Влад?

– Хочу лишить твою попку девственности. Она же у тебя еще девственная?

– Да и я бы хотела, чтобы такой она и осталась, – дыхание моей женушки становится поверхностным и прерывистым.

– Инна, – прижимаюсь грудью к ее спине, вдавливая в матрас. Пальцем аккуратно поглаживаю колечко и ныряю немного внутрь. Провожу языком по чувствительной коже шеи. – Тебе понравится. Доверься.

– Нет, – она мотает головой, – извращенец развратный.

– Да, – прикусываю ее плечико. Палец погружаю глубже, разминая тугое колечко. Медленно вхожу и выхожу.

– Черт, – раздается сдавленно. Инка замирает, уперевшись лбом в покрывало, – ты плохой, очень плохой развратный муж. Как я после такого в глаза тебе смотреть буду? Гад, какой же ты гад, Влад.

Гад – Влад… даже звучит созвучно. Мда…

– Твой треп немного сбивает, – вздыхаю я. Свободной рукой сминаю подвязку и аккуратно запихиваю в болтливый ротик.

– Сволочь, – практически неслышно доносится через самодельный кляп.

– Тебе очень идет быть послушной, – шепчу ей на сладкое ушко. Продолжаю осторожно растягивать девственное колечко уже двумя пальцами и параллельно отвлекаю, лаская свободной рукой клитор. Там и там, нежно и скользко. Инна жмурится, распрямляет свои плечики, оттопыривает больше попку. Она постепенно расслабляется, позволяя мне запретные ласки.

Когда ее стоны требовательно пробиваются через кляп, убираю пальцы и раскатываю по стволу презерватив.

– Не представляешь, насколько ты прекрасна сейчас, – сообщаю ей, толкаясь в попку возбужденной головкой. Инна дрожит, но поддается, принимая меня полностью. Мне в кайф, насколько она мне доверяет и как отдается.

Для анального секса нужна хорошая выдержка и самоконтроль, особенно в первый раз. Если опыт будет положительным, то когда-нибудь мне дадут еще раз. А может, и не раз.

Поэтому сдерживаю себя, как могу, медленно толкаюсь в безумной тесноте. Внутри всего раздирает от подкатывающего оргазма, тело в испарине, дышать становится тяжело.

Инка, блядь, моя идеальная малышка. Прислушиваюсь к ее вздохам, которые постепенно становятся все красноречивее. Поглаживаю клитор, ныряю пальцами в ее сладкую текущую киску, ласкаю во всех местах.

– Инна, малышка, моя развратная девочка, – не получается больше себя контролировать, толкаюсь быстрее и глубже. – Малыш, я уже, – по телу жены проносятся судороги, оповещая о подступающем оргазме. Мой член сжимается мышцами, сдаивая сперму в презерватив. Кончила, развратница.

Падаю без сил на спину Инны, нежно поглаживаю, словно самую ценную добычу.

– Ты, – избавившись от кляпа, она оборачивается ко мне. Оргазм схлынул, и на Инку накатила стыдливость. – Вытащи из меня свою палку. Извращенец.

– Тебе понравилось, ты кончила, – заявляю довольно.

– Нет, – шипит, моя красная, как рак, и насквозь лживая малышка, – вообще нет. И слезь с меня, у меня колени уже в кровь, наверное.

– Сейчас, – тихонько смеюсь Инке в спину. – Ты такая забавная, моя скромная развратница.

Осторожно вынимаю член и стаскиваю презерватив. Освобождаю Инкины руки. На запястьях остались небольшие следы от связывания. Попка все еще красная, да и коленки оказались прилично стёсанными.

– Теперь все будут знать, что ты со мной делал, – она трагично осматривает отметины на коленях, потом осторожно касается пальчиками алых ягодиц.

– И завидовать, – киваю я. Обнимаю Инну, прижимая к себе крепко. – Завтра ничего не будет видно. Ин, я никогда не стану с тобой перебарщивать.

– Все равно гад, – она тихонько всхлипывает, – сексуальная сволочь. Развратник. Ты меня растлил.

– Серьёзно?

– Да, – она хмыкает носом, утыкаясь мне в грудь, – мне