Развод. Дальше - без тебя - Ария Гесс

Марк то задерживает взгляд на моих пальцах, то берет листы так, что рука невольно касается моей. Каждая такая мелочь вызывает во мне странное замешательство: немного неловко и волнительно.

Он двигает кресло еще чуть ближе, чтобы показать детали проекта на экране, и я чувствую тепло его плеча. Несколько раз наши взгляды встречаются неожиданно близко — внутри всё сжимается, губы предательски раскрываются для слов, которых я не собиралась произносить.

— Тебе понятно? — спрашивает он вдруг и пристально смотрит.

— Не всегда, — признаюсь, и усмехаюсь от неловкости. — Но я быстро учусь.

Марк улыбается — уголки губ поднимаются медленно, тёпло.

— Я в этом не сомневаюсь. Да и к тому же, для первого дня слишком много информации.

Где-то между объяснением финансовых потоков и разбором проектов мы оба немного теряемся в паузах. Когда его взгляд невольно задерживается на мне чуть дольше, чем положено между генеральным директором и партнером — даже если и фиктивной женой.

Я делаю записи, он говорит что-то о конкурентах; я задаю вопросы, он отвечает чуть мягче, чем необходимо для деловой беседы. Иногда я чувствую его дыхание слишком близко и сама не знаю — хочется спрятаться или остаться в этом моменте чуть дольше.

К вечеру голова полна новой информации. Мы собираем вещи, покидаем офис среди последних сотрудников и направляемся к его машине.

— Ты отлично держалась, — говорит Марк, открывая передо мной дверь. — Я даже не ожидал.

— У меня просто очень хороший наставник, — отшучиваюсь я.

В машине я невольно думаю о том, что можно было бы приготовить на ужин. Словно угадав мои мысли, Марк неожиданно ловит мой взгляд.

— Думаешь про ужин?

— Да, ты же наверняка очень голоден, — говорю очевидное. — Я что-нибудь быстро приготовлю, там вроде ещё овощи остались.

Он улыбается уголками губ, но уже с какой-то иной, лёгкой решимостью.

— Думаю, сегодня мы заслужили отдых. Заедем поужинать, покажу тебе одно место.

— Кафе? — переспрашиваю, удивляясь.

— Нет, хороший ресторан, — уточняет мягко.

Наверное, сейчас все эмоции у меня на лице. Но, если честно, я и не пытаюсь скрыть свою реакцию. Я чувствую себя не просто его парнером или фиктивной женой. Я чувствую себя обычной женщиной, о которой заботятся.

Вечер разворачивается немного иначе, чем я предполагала. Марк ведет меня по мягко освещенному залу ресторана, помогает снять пальто. На его лице — та самая сдержанная улыбка и легкое напряжение. Мы выбираем блюда, делимся впечатлениями о прошедшем дне и, кажется, оба понимаем, что разговаривать вне офиса гораздо проще.

Где-то между бокалами вина и дразнящими взглядами над тарелками я вдруг теряюсь, когда Марк задерживает руку на моей чуть дольше, чем просто для выражения благодарности за передачи соли.

— Мне нравится твой смех, — неожиданно говорит он. — Почему ты так редко улыбаешься?

Теряюсь от его вопроса… В этот вечер все не так… Мы оба позволяем себе чуть больше, чем обычно: чуть ближе, чуть откровеннее, чуть искреннее друг с другом.

И возвращаясь домой, я уже точно понимаю: между нами всё меняется. И я почему-то боюсь этого.

34

Мы с Марком сидим в машине напротив стеклянного фасада ресторана, где назначена встреча с двумя крупнейшими партнерами компании Паши. Марк внимательно смотрит на меня и слегка касается моей руки.

— Ты готова? — спрашивает он, хотя в его голосе нет ни тени сомнения. Он уверен во мне даже больше, чем я сама. А я беру эту уверенность от него, ведь он рядом.

— Готова, — отвечаю я. Глубоко вдыхаю, тень сомнения все же мелькает в голове, и я думаю о том, могу ли действительно убедить людей, которые привыкли иметь дело с Пашей, поверить мне?

Зал ресторана светлый, официанты скользят бесшумно, а за нашим столиком царит напряженная тишина, пусть и скрытая за вежливыми улыбками. Партнёры — двое мужчин в дорогих костюмах — переглядываются и наконец один из них, Сергей Александрович Бродский, начинают разговор:

— Вы понимаете, Мария, немного неправильно нам встречаться сейчас с вами за спиной нашего непосредственного партнера, коим являются ваш бывалый муж. К тому же сейчас вы находитесь в близких отношениях с его конкурентом. Это как минимум неэтично.

Я улыбаюсь так, будто всю жизнь веду переговоры, хотя внутри все сжимается.

— Но тем не менее приглашение вы приняли, а значит были заинтересованы во встрече, — парирую в ответ. — Не задержу вас надолго. Скажу прямо: ваше дальнейшее партнерство с Миссир Корпорейшен, которую Паша сейчас поглотил своей компанией, невозможно. Если вы, конечно желаете сохранить ваши деньги.

Мужчины переглядываются, а я смотрю на спокойного, даже удовлетворенного Марка, лениво откинувшегося на кресло.

— Это смешно, — подхватывает второй мужчина — Геннадий Аркадьевич Селезнев — главный инвестор основных проектов Паши. Из связывает многолетнее сотрудничество и, конечно же, деньги. И это именно то, что заставит его предать Павла и перейти ко мне.

— Если смешно, почему тогда не смеетесь? — давлю сильнее, но это необходимо для того, чтобы они начали воспринимать меня всерьез. — Может вы будете смеяться еще и в момент, когда Стрельцов окажется в СИЗО, а акции компании стремительно пойдут вниз?

— По какой причине? Павел не из тех, кого легко посадить.

— Потому что за это дело взялся я, — встревает Марк, и мужчины замолкают, что-то нервно обдумывая и переглядываясь.

— Если хотите прозрачности, — продолжаю серьезно, — то Паша уже давно ведет подпольную бухгалтерию. Внеплановая проверка, о которой ему не будет известно — и ему светит уголовка за неуплату налогов. Также дополнительно я буду подавать иск о признании рядов заключенных им от моего имени сделок по доверенности. Меня ввели в заблуждение, не разъяснили всю ответственность и заставили подписать не читая без присутствия нотариуса. Как вы считаете, достаточно ли основания для привлечения его к ответственности?

— И что вы предлагаете? — спрашивает Бродский.

— Я передал Марии, как своей супруге, часть своих акций и сделал партнером компании. В будущем мы планируем вернуть ей компанию отца, когда Павла отправят в исправительные учреждения, поэтому предлагаем ваш временное сотрудничество не со мной, с Марией, — четко чеканит им Марк план наших действий. — После всех разбирательств вы можете вернуться к Миссир Корпорейшен, когда Мария займет свое законное место во главе компании.

— Вы можете не отвечать сразу, однако и наше предложение не вечное. Если вы не захотите сотрудничать, я найду иностранных инвесторов, с которыми работает Марк. Единственное, что я сейчас пытаюсь сделать — сохранить компанию своего