Развод. Дальше - без тебя - Ария Гесс

— И поэтому ты приняла такое?!

— Именно так. Именно поэтому я и приняла такое решение. Ты можешь не верить мне, не разговаривать со мной, но в конце ты будешь сожалеть. Я уверяю тебя.

Люда отворачивается. Я вижу слезы на ее лице, которые она пытается скрыть. Ей тоже больно. Очень больно. Ведь когда-то мы были очень близки… Она делилась самым сокровенным, ложилась мне на колени, а я гладила ей волосы. Она бежала после школы и кричала о том, что лучше моих булочек ничего нет…

— Я тебя не понимаю, — шепчет она, с грустью смотря на меня. — И… наверное, никогда не пойму.

Мила встаёт и уходит, оставляя меня одну в темной гостиной. Мне больно и страшно, но я знаю: только проходя через такую боль, можно стать по-настоящему сильной. А Мила… Она поймет. Просто нужно время.

36

Марк

В пятницу я заканчиваю последние дела и жду Марию, после чего мы поедем домой. Откидываясь в кресле, с ухмылкой вспоминаю, как она вела переговоры с инвесторами, и понимаю, что даже не сомневался в ней. Я изначально был уверен в том, что она справится со всеми трудностями, и в то же время готов был в любую минуту встать на ее защиту, помочь и поддержать. Но она снова удивила меня, проявив силу и выдержку.

Прикрыв глаза, шумно выдыхаю. В очередной раз ловлю себя на том, что думаю о ней чаще, чем могу себе позволить. Формально я должен быть просто союзником — стратегом, адвокатом и актером одновременно, но мы оба понимаем, что всё давно вышло за пределы изначального плана.

В офисе мы держимся официально и на расстоянии лишь в присутствии посторонних, а дома ситуация меняется. Мы расслабленно пьем кофе на кухне, готовим ужин, непринужденно общаясь. А когда Мария смеется, я замечаю ее смущение, некую скованность и хочу… сделать то, на что пока не имею права.

Я хочу, чтобы она поверила снова: в свои силы, в себя, в то, что люди могут быть рядом не ради выгоды или контроля, а просто так, потому что хотят, ценят, любят...

Она знает о моих желаниях, и я дал себе обещание, что не стану торопить ее. Но мысль провести с ней время в другой обстановке с каждым днем становится навязчивее. И я осознанно иду на маленькую ложь.

— На выходных у меня встреча с одним знакомым в подмосковье. В город получится вернуться только в воскресенье, — предупреждаю ее, как только садимся в машину и выезжаем с парковки.

Смотрю на Марию, которая выглядит растерянной, словно новость о моем отъезде расстраивает ее, и продолжаю:

— Я бы хотел, чтобы ты поехала со мной.

Теперь она выглядит даже немного шокированной.

— Я не уверена, что мне уместно там быть… Если ты переживаешь за то, что я останусь одна, то не нужно, правда. Ты можешь поехать один.

— Очень даже уместно, Маш. К тому же, думаю, тебе там понравится. Обещаю, я не дам тебе заскучать.

— Кажется, у меня нет выбора, — тихо смеется она.

— Выбор есть всегда, — произношу серьезно. — Я буду рад, если ты поедешь, но если не захочешь, не стану настаивать.

Мария пристально смотрит на меня, словно думает уже не о поездке, а затем медленно кивает.

За ужином мы не возвращаемся к этой теме, но в субботу утром я получаю тот самый ответ, который ждал.

За город мы выезжаем ближе к обеду. Я решил отвезти Марию в Сергиев Посад, где у моего друга винодельня, целое поместье, виноградники и новая дегустационная.

Дорога занимает чуть больше часа. Мария в основном смотрит в окно и вполголоса поддерживает разговор. Она не особо разговорчива, что я списываю на некое волнение, но мне нравится, как она тихо смеется, когда я шучу с ней, как кидает осторожные взгляды, думая, что я не замечаю их.

В отель мы заходим, только чтобы забрать ключи и оставить свои сумки, которые относят в наш номер, а затем мы едем на винодельню к моему другу Кириллу, который уже ждет нас там.

— Марк! — хлопает меня по плечу. — Рад видеть, наконец-то приехал, — посмеивается он и смотрит на мою жену, сдержанно улыбаясь. — Мария, как я понимаю. Очень приятно и добро пожаловать.

Мария неловко кивает и вежливо улыбается.

— Слушайте, а вы как раз вовремя, — начинает Кирилл, помня о нашей с ним договоренности, — сегодня открываем новую дегустацию вин. Хотите посмотреть, как тут всё устроено? Проведу экскурсию, покажу наши подземелья, расскажу маленькие тайны виноделов.

Дегустация проходит прекрасно: мы идем по коридорам между дубовыми бочками, Кирилл с гордостью рассказывает истории о редких сортах винограда, но всё бледнеет, когда Мария начинает пробовать молодое розовое вино и искренне улыбаться, смотря на меня…

Я ловлю ее слова, смех и улыбку, надеясь, что она почувствует: она заслуживает больше, заслуживает быть счастливой, желанной, любимой.

Когда Кирилл уходит за новой бутылкой, мы остаемся ненадолго вдвоем у широкой галереи с видом на виноградники.

— Ну как? Не пожалела, что поехала?

— Не пожалела, — улыбается Мария и осторожно касается моего плеча. — Правда, я рада, что ты пригласил меня. Мне здесь нравится.

Позже на ужине к нам присоединяется жена Кирилла — Марина, энергичная, светлая, сразу обнимает меня и находит, о чем поговорить с Марией. Нам приносят дорогие сыры, свежий хлеб, вяленые томаты и миску оливок, которые приходятся по вкусу моей жене. В уютной и комфортной обстановке мы непринужденно общаемся и пробуем домашнее вино.

Мария оживает — смеется и спорит с Мариной о французских сырах, отвечает на подтрунивания Кирилла, смотрит на меня чуть дольше, чем обычно.

Уезжаем мы поздно, увозя с собой бутылку вина в подарок. Мария садится со мной рядом, выглядит расслабленной и счастливой. Она мягко улыбается, но ничего не говорит, лишь благодарно сжимает мою руку на несколько долгих секунд.

В отель мы приезжаем, когда уже стемнело. Мария вдруг теряется, замечая в номере всего одну двуспальную кровать и небольшой диван у окна. Она сразу становится зажатой, и я спешу ее успокоить:

— Я посплю на диване, — не раздумывая, предупреждаю, чтобы снять ее напряжение.

— Спасибо, — улыбается с легкой усталостью.

Через пару минут она выходит на балкон, накинув на плечи тонкий плед. Я наливаю ей в стакан воды и не спеша выхожу следом.

Свет из номера нежно подсвечивает ее силуэт. Она опирается локтями