Лекарство для преступника - Николь Найт

— Ну как тебе? — спрашивает она, требуя моего внимания.

— Очень впечатляет, — с трудом произношу я. — Не думал, что ты действительно это сделаешь.

Мэдди садится с другой стороны шезлонга. Теперь я уверен — она знает, что делает, ведь вокруг пусто, а она решила сесть так близко ко мне, почти обнажённая. Если солнце попадёт правильно, тонкая ткань почти прозрачна.

Чёрт возьми. Держать это в рамках профессионализма и так было сложно, а с её решительностью это уже другой уровень. Её уверенность делает её ещё сексуальнее. Ни один мужчина не должен обладать таким самоконтролем, как у меня.

— Он меня вызвал, — пожимает плечами Мэдди. — У меня два старших брата, и я знаю, что ты никогда не отступаешь от вызова. Особенно если это двойной вызов.

Я хмыкаю, закатывая рукава. Похоже, что либо погода, либо Мэдди доведут меня до теплового удара.

Хотя, может, это даже неплохо, ведь если я потеряю сознание, Мэдди придётся делать мне искусственное дыхание — исключительно профессионально.

— Спасибо, что провела с ним это время, — говорю я. — Похоже, он отлично провёл день.

— Он хороший ребёнок. Как прошло твоё совещание?

— Всё прошло нормально. Но, эээ… я хотел сказать… Я попросил Джо проверить историю с Руссом.

Мэдди приподнимает бровь, заинтересованно.

— Ты была права. Он воровал у нас и пытался всё скрыть.

— Правда?

— Да. Видеонаблюдение всё зафиксировало. Он порезал ногу об дверь моего склада, пока грузил всё это дерьмо.

— Вау, — Мэдди кусает губу. — Мне так жаль.

— Тебе не за что звиняться, — я качаю головой. — Наоборот, без тебя я бы потерял кучу денег, прежде чем понял, что происходит. Давай я угощу тебя ужином сегодня вечером в знак благодарности. Ты, я и Тай.

— О… — лицо Мэдди немного опускается, она напрягается. — Это очень мило с твоей стороны, но тебе не нужно этого делать.

— Я хочу. К тому же, ты сегодня выручила Тая. Ужин — это минимум, что я могу сделать.

— Ну, дело в том, что у меня ужин с кое-кем…

Её слова врезаются в меня как грузовик. Она идёт на свидание с кем-то? Я всё неправильно понял? После всего этого сексуального напряжения, флирта, намёков — у неё парень?

Вдруг я чувствую себя полным идиотом. Мне даже в голову не пришло спросить об этом, а теперь я так сильно завязался на девушке, которая оказывается ещё более недосягаемой, чем я думал.

Внутри щемит ревность, и это только разозлило меня ещё больше. Мне не следует чувствовать столько ревности. Мне не следует быть таким собственником. Мне не следует чувствовать столько всего по отношению к Мэдди. И с этим нужно завязать. Она — всё воплощение запретного, и мне нужно взять себя в руки, прежде чем устрою настоящую катастрофу. Прежде чем забуду саму основу наших отношений.

Работа. Контракт.

— Всё в порядке. Пошли, Тай. Пора идти внутрь.

— Ещё десять минут!

— Нет, сейчас! — кричу, сжав челюсть. — У Мэдди свидание, а мне нужно поработать.

— Роман, это не…

— Лучше иди готовиться, — перебиваю её. — Наверняка ты теперь ещё больше отстаёшь от графика после того, как мы заставили тебя залезть в бассейн. Хорошо провести время. Увидимся завтра.

Мэдди щурится на меня, её недоумение быстро сменяется злостью. — Ты знаешь, что ты не можешь…

— Пока, Мэдди! — Тай вылезает из бассейна, прежде чем она успевает закончить.

Она глотает то, что хотела сказать, и поворачивается к нему. — Пока, дружок. Увидимся позже.

Я раздражённо разворачиваюсь и направляюсь в дом, чтобы не сделать из себя ещё большего идиота.

Глава 12

МЭДИСОН

— Так, типа как личный врач? — Джейк поднимает глаза от меню и сканирует его. Мы бывали в этом ресторане не меньше десятка раз за его визиты, и оно не изменилось, но он всегда делает вид, что может попробовать что-то другое.

— Да, наверное, — я кусаю внутреннюю сторону щеки, глядя на лёд, тающий в моей маргарите. Сначала идея показалась хорошей, но добавлять текилу к уже бушующим эмоциям — не лучшая мысль.

Никто в мире никогда не влиял на меня так, как Роман. Никто никогда не злил меня так сильно. Никто никогда не выводил из себя так, как он. И, кроме пары случайных прикосновений и проницательных взглядов, мы ни черта не сделали.

Я хотела полностью избежать темы о нём сегодня вечером, но должна была знать, что Джейк захочет узнать о моей новой работе. Я опустила все детали, потому что брат — последний человек, которому я хочу рассказывать, что работаю на — и безумно влюблена в — крутого мафиози.

Это совершенно не в моём характере, и, честно говоря, он мог бы попытаться отправить меня в психушку, если бы знал правду.

— Хмм, — он сжимает губы, откладывая меню. — Думаю, я возьму лосося на этот раз.

Как всегда.

Предсказуемость — видимо, семейная черта. Мы с Джейком, а также наш брат Лукас — все одинаковы в этом плане.

Ни один из нас не проходил через подростковый бунт, но, наверное, потому что у нас никогда не было времени. Расти в тени нашего отца, одного из самых известных хирургов-травматологов в мире, а потом рядом с двумя такими же талантливыми и целеустремлёнными братьями — это было далеко не просто.

Я в детстве идеализировала отца и хотела быть такой же, как он. В отличие от других девочек, я предпочитала белый халат и скальпель платьям принцессы и волшебной палочке, мечтая стать травматологом, как он. Его мечта была моей мечтой.

Мы с братьями постоянно соревновались, у кого лучшие оценки, больше научных наград, лучшие предложения от колледжей и медицинских школ. Всё это всегда казалось гонкой, и как будто я родилась уже с отставанием. Медицина и так довольно мужская сфера, а травматология — отдельная история. Я, наверное, могу на пальцах одной руки пересчитать известных женщин-травматологов, так что шансы всегда были против меня.

Даже в детстве братья получали больше возможностей, чем я. Они могли идти с отцом на работу, наблюдать операции и знакомиться с врачами. Мне всегда говорили, что я «слишком мала» или что травма «слишком страшная», чтобы я могла смотреть. А в колледже было ещё хуже. Поскольку отец учился в Джон Хопкинс, братья получили два наследственных места там. Мне же пришлось бороться за место среди тысяч других претендентов и работать