Семь грехов куртизанки - Селеста Брэдли

Я бежала под дождем от дверцы наемного экипажа к порогу Лебеди, пряча лицо под капюшоном одолженного плаща. Было почти одиннадцать ночи, и родственники думали, что я мирно сплю в своей постели и вижу сны о свадьбе, до которой оставалось меньше двух недель. На самом деле я украдкой выбралась из дому в платье и плаще Силлы, которая тем временем свернулась калачиком в моей постели, стараясь выглядеть достаточно фигуристой на случай, если кто-то решит ко мне зайти.

Лебедь встретила меня у двери, быстро обняла и протянула горячую чашку пряного вина. Потом опустилась передо мной на колени и сняла с меня промокшие туфли. За руку она отвела меня к себе в комнату и помогла освободиться от платья и нижнего белья. Я осталась нагой и, дрожа от волнения, принялась большими глотками пить горячее вино. Лебедь вернулась минуту спустя, и теперь на ее тонкой руке висела какая-то ткань. Она взяла бокал из моих окоченевших ладоней.

— То, что нужно, — с довольным видом сказала куртизанка. — Подними руки.

Я повиновалась без возражений, ибо ночь уже обрела оттенок нереальности. Когда прохладное шелковое одеяние заскользило по коже, которая и без того стояла дыбом от нервозности, все мое тело конвульсивно вздрогнуло.

Ласковые руки распустили и расчесали мои волосы. Нежные пальцы завязали узел платья сзади на шее.

— Вот. — Лебедь повернула меня к высокому зеркалу. — Ты потрясающе выглядишь.

Я выглядела более чем обнаженной.

Как человек может выглядеть обнаженнее голого — большая загадка. И все же тонкость шелка и то, как мои соски проглядывали сквозь ткань розовыми бутонами, а тень моего лобка манила темным приглашением…

— Я выгляжу как грех, который ждет свершения.

Лебедь рассмеялась.

— В самом деле.

Я попыталась глотнуть, но в горле пересохло. Я думала об этой ночи, планировала и ждала ее, и все же, когда я потянулась за чашей с вином, мои руки дрожали. Не успела я сделать и глотка, как ее у меня отобрали.

— Офелия, если ты не хочешь чувствовать, то возвращайся в свой маленький мирок и выходи за своего жениха.

Лебедь подняла бровь и смерила меня взглядом.

Я хотела чувствовать.

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула.

— Хочу чувствовать все — хорошее и дурное.

Лебедь улыбнулась и поставила вино на туалетный столик.

— Сегодня будет только хорошее, можешь мне поверить. Наш джентльмен весьма искусен.

— Но кто он? Как его зовут? Откуда он?

— Он друг, человек, которого я знаю много лет. Он умелый и внимательный любовник. — Лебедь в шутку погрозила мне пальцем. И я уже говорила, не забывай правила. Имя мужчины и его общественное положение ничего не значат. Ты больше не охотишься за женихами. С этой минуты ты будешь выбирать любовников, как подсказывает сердце и разум, а не диктат общества.

Человек из мира Лебеди. Умелый любовник. Я не задумывалась об этом, но если состоятельные мужчины нуждались в куртизанках, то, быть может, у богатых женщин были такие же потребности… Мне еще многому предстояло научиться.

— Значит, это нечто вроде проверки? Я должна пустить этого мужчину к себе в постель, независимо от того, понравится он мне или нет?

— Это не проверка, — покачала головой Лебедь. — Мы отдаемся по любви, ради дружбы или слепой страсти, но всегда, всегда по своей воле.

Она ласковым жестом убрала волосы с моего лба и продолжила:

— Подарки, драгоценности, дома и слуги — это не плата. Это необходимые условия, чтобы мы могли целиком посвящать себя счастью избранника, не отвлекаясь на проблемы и тревоги.

Ее мягкий мелодичный голос успокаивал мои возбужденные нервы. Я закрыла глаза и сосредоточилась на руках, которые ласково поглаживали мне лоб.

— Мама делала так, когда я не могла уснуть, — пробормотала я.

Лебедь шутливо дернула меня за волосы.

— Я похожа на чью-нибудь мать? — Она обхватила мои щеки ладонями и посмотрела мне в глаза. — Ты полностью оправилась от визита к акушерке на прошлой неделе?

Я кивнула и тут же покраснела, вспомнив тот день, когда мне вскрыли девственную плеву. Лебедь называла это «расцветом», уверяла, что почти не будет больно, и больно не было… почти.

— Если предоставим это любовнику, будет гораздо больнее, — сказала она тогда. — Можешь мне поверить.

Теперь, отступив на шаг, она постукивала пальцем по подбородку, осматривая меня с головы до ног.

— Да, неплохо.

Я повернулась к зеркалу и попробовала оценить себя беспристрастно. В полупрозрачном платье, наброшенном на тело наподобие римской тоги, с распущенными по голым плечам волосами, я и сама выглядела распущенной, бесстыжей и в чем-то даже… аппетитной.

Раньше я частенько вздыхала по такой грациозной стройности и элегантному росту, как у Лебеди, но теперь я впервые осознала, что у невысоких, пышных и фигуристых есть свои преимущества. Мои полные груди и округлые ягодицы мерцали сквозь ткань подобно обильной плоти языческих богинь.