Номер в гостинице - Дебора Декер

— Что? — вскочила на ноги Дасти. — Мэйбл, дай-ка ему какую-нибудь работу!

Дасти наблюдала, как Мэйбл и Стив украшают зал пучками кукурузных початков, размещая их вокруг сцены и площадки для танцев, отделенных от столиков и бара.

Стив изменился. И хотя процесс шел медленно, все же это радовало Дасти. Она успешно помогла этому трудоголику отвлекаться от житейских проблем, и теперь по крайней мере он научился улыбаться. Стив, конечно, не бегал целыми днями, весело хохоча, не распевал песни, и, пожалуй, не стоило этого от него и ждать, но все же мало-помалу он начал ценить светлую сторону жизни и наслаждаться ею.

Проблемой же Дасти были его ласки. Стив оказался более настойчивым, чем она предполагала.

Как ни старалась она держать его на расстоянии в физическом смысле, невозможно было отрицать, что они привлекают друг друга.

Дасти ухитрилась убедить себя, вернее, одурачить, и заставить поверить в то, что если их отношения останутся платоническими, если она будет позволять только эти мучительные поцелуи, то ей удастся выйти сухой из воды. Но это было не так. Стив так прочно вписался в ее жизнь, что даже мысль о том, что он уедет, причиняла Дасти боль. Как теперь они могли распрощаться навсегда?

— Дасти! — Стив помахал рукой перед ее носом. — Где вы?

Дасти попыталась улыбнуться.

— В несуществующей стране?

Дасти оглянулась:

— А где Мэйбл?

— Она сказала, что у нее какие-то дела в офисе, и велела мне помочь вам с тыквами.

— Я так и знала, что она улизнет!

— Почему она не хочет украшать зал фонарями из тыквы?

— Она терпеть не может извлекать из тыквы семена. Говорит, они скользкие и противные. А вы? Есть у вас желание мне помочь?

Стив сделал вид, что засучивает рукава.

— Дайте только нож, леди, и я вам покажу, из чего я сделан.

Дасти окинула взглядом наряд Стива — светлые штаны и кремовую рубашку.

— У тебя неподходящая одежда для такой работы. Может, тебе лучше переодеться. Есть у тебя что-нибудь старое, что не жалко было бы испачкать?

— У меня ничего такого нет, — ответил Стив просто. — Это вполне подойдет.

Он опустился на пол и сел, скрестив ноги.

— Хотя бы постели на пол газету. Вот держи, это миска для семян и внутренностей тыквы.

— Для внутренностей тыквы? Понял! Разрешите приступить к работе?

Стив взял фломастер и принялся изучать две тыквы, разукрашенные Дасти.

— Тебе незачем делать их такими же, как мои. Прояви фантазию, покажи себя творческой личностью, — предложила она.

— Дай мне акр земли и бетономешалку, и я покажу себя творческой личностью. Это немножко другая область деятельности.

Стив достал из кармана миниатюрную рулетку и измерил расстояния между глазами и ушами на одной из разрисованных Дасти тыкв.

Дасти со вздохом взяла нож и принялась срезать верх тыквы.

— Сохрани семечки, чтобы Елена потом поджарила их для нас.

Наконец фонарики из тыквы были готовы.

Стив расставил их в зале. Внутри каждого горел крошечный огонек.

— О'кей, — сказал Стив. — Давай выключим верхний свет и посмотрим, получилась ли у нас нужная атмосфера.

Стоя рядом с Дасти, он обнял ее за плечи и привлек к себе. Хотя на улице еще вовсю светило солнце, в комнате было темно, и огоньки внутри тыкв погрузили зал в оранжевое сияние.

Золотисто-рыжие волосы Дасти окружали ее лицо огненным нимбом, и хотя глаза ее смотрели на Стива настороженно, он не мог противиться искушению и не поцеловать эти нежные губы.

Стив наклонился к Дасти и услышал, как она судорожно вздохнула.

Их губы встретились. Когда они оторвались друг от друга, Стив продолжал крепко прижимать Дасти к себе. Его тело пело от восторга.

Дасти желала его. Ее требовательный поцелуй изгнал все сомнения. Жар ее поцелуя показал, что не только он жаждет ее близости, но и она хочет того же. И Стиву это нравилось.

Руки Дасти все еще сжимали его плечи, но в глазах застыл страх. Внезапно она отступила.

— О, я думаю, что тыквы выглядят прелестно, но время идет, а еще надо надуть шарики.

Дасти несколько раз провела руками по своим бедрам в джинсах.

— Ну что ж, шарики так шарики.

— Право же, Стив, ты можешь не помогать, — начала было Дасти, надеясь, что Стив покинет комнату.

— Радость моя, мне приятно надувать шарики. Это всегда было моим любимым занятием, — заметил он.

Дасти улыбнулась:

— В таком случае ты не получишь удовольствия от этой работы. У нас есть резервуар с гелием.

— И все равно я намерен вам помочь. Мне никогда не приходилось иметь дела с этими машинами. Я буду надувать, а ты завязывай.

Стив оглянулся, потирая руки:

— Где резервуар?

Дасти указала в угол кухни. Она была не против предоставить Стиву осваивать новую игрушку. Тем более если его слабостью было надувать шары. А ее слабостью был он.

О чем она думала, когда целовалась с ним? Ведь его поцелуи затягивали, как наркотик.

Дасти знала, что Стив хочет поговорить с ней. Да поможет ей Бог! Что она будет делать? Если она расскажет ему о своей проблеме, это наверняка положит конец их отношениям. Или нет?

Врач, к которому Дасти обращалась во время своего брака, сказал, что виной ее сексуальной неадекватности были беспокойство и неуверенность Филиппа. Филипп же настаивал, что вся проблема в том, что Дасти фригидна по своей природе. Дасти поверила этому, хотя и чувствовала, что это не так. Она не могла согласиться с вердиктом мужа и признать свою сексуальную неполноценность. Предпочтительнее было отказаться от секса вообще.

Но почему со Стивом ее ледяная броня начинала таять? Рядом с ним она ощущала горячее желание близости и чувственного наслаждения.

Как же рассказать Стиву о своих страхах и сомнениях? Где найти мужество обсудить с ним эту проблему?

Стив вытащил емкость с гелием на середину комнаты и окликнул Дасти:

— Я нашел мешки с шарами. Как их надувать?

— Они должны быть среднего размера и свободно парить под потолком.

Примерно с час они работали бок о бок, отправляя наполненные газом шары летать под потолком. Серебряные ленточки, свисавшие с их концов, отражали солнечный свет и создавали в комнате мерцание.

— Вполне симпатично, — сказал Стив. — Хотел бы посмотреть, как это будет выглядеть сегодня вечером, когда Карлос зажжет фонарики в тыквах.

Дасти с изумлением посмотрела на него: