Пленница Вепря - Виктория Волкова

«Ага! — хочется крикнуть мне. — Я тоже знаю! Тетя Катя, Алискина мать, добрая отзывчивая женщина. Рисует отличные пейзажи и совершенно далека от реальной жизни. Баба Аня — вообще как одуванчик. Ну и Алиска — моя дорогая подружка тоже понятия не имеет о криминальных разборках и сделках с недвижимостью. Родик прав, — мысленно усмехаюсь я. — У родственниц Веприцкого запросто можно выдурить все его имущество, накопленное непосильным трудом. Интересно, — думаю я с издевкой. — В кого он такой уродился. Папа — архитектор, мама — искусствовед, сестрица — художница, один Родя — коммерсант хренов!»

— Начни с Фигни, Павлик, — ласково рекомендует Родион. — Мне кажется, сегодняшнее покушение — его рук дело. И еще, — дает он поручение майору полиции, — мне нужны сведения о Маргарите Семеновне Канской. Дети, внуки. Род занятий.

— Ты у нее землю купил? — удивленно осведомляется Щетинин.

— Ну да, — кивает Веприцкий. — Олег, — командует он Приору, — покажи документы.

— Странно, — пожимает плечами Павел. — Очень странно, — и уже тянет руку к красной папке с резиночками по краям, когда в комнату вбегает совершенно обалдевший Люк.

— Родя, — сипит он, еле сдерживаясь. — На Огарева машину взорвали. Там наш Артем погиб. Что же это делается, а? — скулит шкафообразный детина.

— Что?! — будто раненый, вскрикивает Вепрь и, подскочив к Люку, переспрашивает, заранее зная ответ: — Ты уверен? Откуда сведения?

— Славка сейчас звонил, — мычит Бессонов и с ненавистью смотрит на меня.

— Этот взрыв тоже на моей совести? — холодно интересуюсь я, поднимаясь из-за стола, и, встретившись взглядом с мужем, прошу: — Отправь меня домой, Родион. Мне этот цирк лилипутов уже надоел…

— Сейчас поедем вместе, — коротко бросает Веприцкий и тут же на ходу сыплет приказами: — Олег, Павка, срочно нужны подробности произошедшего. Сдается мне, нам объявили войну. Необходимо принять ответные меры.

— Тоже кого-нибудь взорвешь? — ужасается Щетинин. — Без самодеятельности, Родик. Умоляю тебя. Мы разберемся. А время уличных войн давно прошло.

— Согласен, — кивает будто китайский болванчик мой благоверный. — Я найду, как устранить Днище. Пока еще не знаю, но придумаю… — обещает он тихо. И от этого безжизненного равнодушного голоса становится жутко. — Я еду домой. Олег, удвой охрану в клубе, на комбинате и на других наших объектах. И мне определи надежных парней, умеющих стрелять и драться. Клуб работает в прежнем режиме. К моей матери и сестре приставить охрану. И надо найти племянницу! Куда делась эта пигалица?!

— Я найду, не беспокойся, — сдержанно кивает Щетинин.

— Спасибо, бро, — Вепрь, растрогавшись, пожимает Тину руку.

«Козла пустили в огород», — мысленно хихикаю я, давным-давно зная о романе между Алисой Маркеловой и Павлом Щетининым. Вот только Вепрю знать об этом не полагается. Алиса даже заикнуться боится, прекрасно понимая, что крутой и отвязный братец положит конец этим отношениям. И плевал бы он на любовь.

— Все, Майя, едем, — приказывает мне Родион и тенью нависает над креслом. — Завтра рано вылетать, девочка, — бормочет он негромко. — А вы, — он поворачивается к однополчанам и ординарцам. — Как станет что-то известно, приезжайте ко мне домой. Нужно продумать план действий. Ну и заодно свадьбу отметить, — роняет он недовольно и кивает Щетинину. — Павка, тебя это тоже касается…

— Не могу, Родик, — разводит руками мой бывший сосед. — Дел полно. Мне бы хоть сегодня домой попасть. Устроили разборки как в девяностые…

— Да я никого не трогал, — смиренно замечает Веприцкий. — Вот свадьбу справляю, а тут…

«Добрый честный малыш», — так и хочется брякнуть мне, но я еле сдерживаюсь. Еще не хватало, чтобы Вепрь разозлился на меня. А отношения и без того ужасные.

Мой муж дает какие-то указания. Приору, Люку, другим людям, вбежавшим в кабинет вслед за Люком. И я решаю воспользоваться моментом.

— Скажи Алиске, пусть хоть позвонит брату, а то он на меня и ее исчезновение готов повесить, — шепчу я чуть слышно, благо все остальные галдят в сторону.

— Само собой, — хмыкает Павлик и насупленно смотрит на меня. — Может, и тебя забрать из этого дурдома, Майя? Не вижу смысла тебе тут оставаться, — бурчит он.

«Увези меня!!! — хочется заорать мне. — Увези! Разберись в этой ужасной истории с мнимой цветочницей! Помоги! В любом случае здесь мне грозит опасность. Сам ли Родион решил со мной разделаться или это по его душу тротил оказался в букете, мне фиолетово. Лучше, конечно, убраться, пока цела… А кто тебе поможет выкрастьМелиссу? Ты об этом подумала?!» — обрываю я свои собственные размышления.

— Все пучком, — улыбаюсь я Щетинину и подхожу к Вепрю. Беру его под руку. Он машинально забирает мою ладошку в свои лапищи и бодро направляется к выходу.

— Пуллман проверили? — сердито осведомляется по пути у Приора.

— Да, — кивает тот. — Твоя тачка в подземном гараже и под охраной. А ты с Тофиком встречаться не намерен? — спрашивает напоследок.

— Поговори с ним сам, Олег, — морщится Вепрь. — Сейчас начнет ныть и оправдываться. А мне эта бодяга уже надоела.

— Родик, а я? — словно покинутый ребенок, обиженно вскидывается Люк. — Мне что делать?

— Со мной едешь как обычно, — усмехается Родион, повернувшись к другу. — Ну куда я без тебя, Петя! Приор, закончишь с делами, приезжай, — командует, выходя из клуба. Помогает мне сесть в машину и, усевшись рядом, притягивает к себе. — Ты мне нужна, чижик, — сопит прямо в ухо. — Как приедем, сразу поднимайся в спальню, — хрипло тянет он и, откинув полу платья, по-хозяйски кладет ладонь мне на колено. Оглаживает его привычным движением и по внутренней стороне бедра дальше вверх.

— Потом, — шепчу я, перехватывая его руку. Вепрь все понимает без лишних объяснений.

— Миха, — обращается он к водителю. — Остановись на минутку, — приказывает нетерпеливо.

— Что случилось, Родя? — удивляется сидящий напротив меня Люк. — Что-то забыл?

Я смотрю в маслянистые глазки Пети Бессонова и силой воли сдерживаюсь. Так и хочется пнуть жирного борова, решившего понаблюдать за нашими с Вепрем играми.

«Фигушки, дорогой!» — внутренне ликую я, слыша резкий голос Вепря:

— Пересядь вперед, Люк! И смотри по сторонам, что ли…

Недовольный Бессонов пулей выскакивает из машины, а я лишь поражаюсь его прыти. Дождавшись, когда Люк устроит свою пятую точку на пассажирском сиденье рядом с водителем, Родион поднимает перегородку.

— Ну что, чижик, попалась? — сипит негромко и, захватив двумя пальцами золотую пуговицу, нетерпеливо расстегивает ее у меня на груди. — Я хочу сейчас, Майя, — жарко хрипит он мне в ухо. — Ехать полчаса. Мы успеем, девочка…