Право на счастье - Елена Архипова

Анна не верила своим глазам: случилось ещё одно чудо! Сергей. Вот же он. Здесь, рядом, можно самой подойти и поговорить с ним. Попытаться объяснить ему всё. И он поймёт, обязательно поймёт и не откажет ей в её просьбе.

Ника была в халате, значит, она тоже здесь лежит в больнице, а Сергей приехал её навестить. Сергей был очень красив. Точная копия своего погибшего отца. Они с Антоном были разнояйцовыми близнецами, а потому не были похожи, это было видно уже в роддоме. Антоша когда-то, когда ещё не пил, не сидел, не болел, тоже был красив. Но красив по-другому, он был её копией. А сейчас, увидев Сергея, Анна даже задохнулась от того, как он был похож на своего отца.

И вот теперь Ника, эта маленькая мерзавка, пытается её учить жизни.

– Ника, тебе не кажется, что не тебе решать, как мне называть моего сына? – Анне было плевать, что Ника думает о ней. Слава Богу, не её костный мозг нужен Анне.

– Мама, дядя Серррёжа, смотрррите! – раздался с детской площадки голос ребёнка. Мальчик очень странно выделил букву "р", произнеся так, будто совсем недавно научился её выговаривать. Ника и Сергей одновременно повернулись на голос мальчика. Ника даже опять положила руку на плечо Сергею в этот момент, а он опять накрыл её руку своей. Как они, однако, над ним трясутся! Подумаешь, ребёнок сам с горки скатился, а они улыбаются так, будто пацан сделал что-то нереальное!

– Ника, это твой сын?

Как же некстати вклинился в разговор Антон!

– Нет! Она усыновила сына Вики! – ответ у Анны вырвался сам.

– Так это сын Вики, – протянул Антон.

– Антон, да что с тобой такое? Дался тебе этот пацан!

– Погоди, мать! – оборвал он её в своей манере и, продолжил обращаться к Нике:

– А когда говоришь, у него День рождения?

– Тебе-то это зачем? – Ника отвлеклась, наконец, от созерцания ребёнка и уставилась на Антона своими глазищами.

– Антон, а Вам не кажется, что Вас это не касается? – это уже Сергей вклинился в разговор.

– Боюсь тебя огорчить, братец, но, кажется, что меня-то как раз вот и касается. Хотя тебя, впрочем, тоже. Ника, у мальца День рождения в марте? Я прав?

Анна с удивлением смотрела на Нику. Ну, подумаешь, в марте, чего ж она так побледнела?

– Ну, я вижу, что прав! – расплылся в улыбке Антон, – мать, позволь тебе представить твоего внука! Как там его зовут то? Теперь у тебя есть целых два полдонора! Ну, или всё-таки один, но полноценный! – Антон засмеялся собственной шутке.

– Антоша, ты серьёзно? Мальчик твой сын?

– Что? Нет! Ты врёшь! Этого не может быть! Ты тогда уже в колонии сидел, когда Вика забеременела! – Ника сверлила Антона взглядом.

– Ну, так в колонии мы его и заделали с твоей сестрицей! Она ко мне на свиданку приезжала. Приехала после юга вся такая красивая, загорелая, с белыми полосочками на тех местах, где купальник был. Что? Не знала, да?

– Антоша, ты уверен?

– Не был уверен, пока сегодня его не увидел. Она же мне написала потом, а я не поверил ей, вычеркнул её из своей жизни. Ну, ты помнишь, мать! Нет, ну мало ли с кем она там, на юге, кувыркалась, а потом ко мне на сутки прикатила! Может, она специально всё так обставила. Откуда я знаю? Ох мы с ней тогда и покувыркались, конечно, – он усмехнулся опять своей кривой усмешкой, – мать, ты сама не видишь разве, что пацан вылитый мой отец. Помнишь на том фото, где он сам ещё ребёнок на табурете стоит?

– Нет! Я тебе не верю! – Ника и сама не заметила, как двинулась в сторону Антона, но Сергей остановил её, не дав ей приблизиться к Антону.

– Не веришь? Хорошо. Давай тест на ДНК сделаем. Заодно и узнаем, насколько пацан подходит, как донор для своей бабушки, – усмехнулся Антон.

– Алёша не будет донором. Я согласен! – Сергей сказал это в полголоса, но сказал спокойно и уверенно. Но сказано это было так, что все это услышали.