Право на счастье - Елена Архипова

– Мам, Кирилл, присядьте! Мне надо вам кое-что сказать!

– Серый, ты меня пугаешь, – озвучил Кирилл и свои мысли, и мысли Марии Петровны.

– У меня хорошие новости! Алёша мой племянник. Вот результаты теста на родство.

– Серёжа, сынок, ты уверен? Они точно там не ошиблись? – Мария Петровна смотрела на бумаги, которые выложил перед ней Сергей. И задавала уже одни и те же вопросы по второму кругу. Потом переводила взгляд на Алёшу и обратно на Сергея.

Сергей получил результаты из лаборатории сегодня утром. Вероятность того, что они с Алёшкой родственники была 95%. Это как раз и говорило о том, что он не отец мальчику, но очень близкий родственник.

– Серый, погоди! Ты хочешь сказать, что Алёша сын твоего брата, т.е. твой родной племянник? – это уже Кирилл уточняет.

– Да! – Сергей улыбался счастливой улыбкой.

– А скажи-ка мне, мил человек, с чего ты вдруг решил сделать этот тест? – Кирилл с подозрением посмотрел на друга, – Серый, колись давай! Вижу ведь, что не всё рассказал!

– Ладно, ладно! – Сергей рассмеялся, – скажи только мне, друг любезный, ты ведь проверял Нику, не "засланный ли она казачок", да?

– Было дело.

– Ну, тогда ты расскажи сначала, что ты о ней узнал, а я уж дополню пробелы.

Мария Петровна слушала, не прерывая. А чем больше слушала, тем шире становилась у неё улыбка.

– Вот! Я сразу увидела, что Алёша очень на тебя похож. Ещё ведь удивилась такому вашему сходству и всё гадала, как такое может быть? А оказывается, может. Вы с Алёшей просто похожи на одного и того же человека. На твоего родного отца. Серёжа! Так это же всё меняет! Ника с Алёшей теперь совершенно спокойно могут жить у нас. А я всё думала, как же мне уговорить её остаться жить у нас!

– Что? Ника собиралась съезжать? И куда, если не секрет?

– Сын! Ну, ты меня удивляешь! Уж ты-то понимаешь, что Ника не из тех девушек, которые готовы сесть на шею.

– Не секрет. Я ей квартиру нашёл, – Кирилл, пока Сергей не перевёл взгляд на него, успел кинуть быстрый взгляд на Марию Петровну и подмигнуть ей правым глазом.

– Ты. Нашёл. Нике. Квартиру? – Сергей проговорил эти четыре слова, делая между ними паузы, – а дай-ка я угадаю, где!

– Серёжа, это я попросила Кирилла помочь Никушке с квартирой!

– Серый, ты же сам сказал, что мы с ней хорошо смотримся, помнишь? Чего ты сейчас-то завёлся? И, кстати, моя мама не против делить дом с Никой и Алёшей.

– А ты, моя мама,значит, против? – Сергей сверлил мать взглядом.

– Я точно нет! А вот ты, похоже, и сам не знаешь, чего хочешь! – отрезала мать, – ведёшь себя, как собака на сене! Себя извёл, девочку извёл, а на друге срываешься!

– Серый, а это что за анализ? – Кирилл держал в руках бумагу, подтверждающую, что Сергей может быть донором для Анны, – я правильно понимаю, ты решил стать донором для этой женщины?

– Да, правильно, – Сергей всё ещё сверлил друга взглядом.

– Да не смотри ты на меня так! Дырку прожжешь! Рассказывай, как она смогла тебя уговорить.

– Да нечего рассказывать! Они с братцем очень уж оживились, когда выяснили, что Алёша его сын, а она, стало быть, бабка ему родная. Раскатали губу, что Алёшка подойдёт, как донор.

– Ох! – Мария Петровна зажала рот ладошкой.

– Чеего? А они не оху…, ой, простите, Марь Петровна! А не зашкалила ли у них борзота?

– Я тоже так решил. Дети, правда, всё равно не могут быть донорами костного мозга. Но я понял, что они не успокоятся. Так что вот, – он показал на лист, который Кирилл держал в руке, – я принял решение. С завтрашнего дня мне начинают колоть препарат.

– С этого места подробнее! – скомандовал Кирилл.

Сергей вздохнул и рассказал всё, что знал сам о процедуре.

Реакция матери была предсказуема. Она отреагировала так же, как и Ника: прижалась крепко-крепко и уже куда-то в шею Сергея выдохнула:

– Я всегда знала, что у меня самый лучший сын!

Этот разговор Сергея с матерью в присутствии Кирилла, при горячем и непосредственном его участии состоялся через три дня, после той встречи в парке. Встреча Сергея и его биологических родственников, а он только так называл Анну и Антона, перевернула всю его жизнь.

Сергей после того раза продолжал возить маму и Алёшу и уже сам ждал, когда же они поедут к Нике в больницу. Сергею хотелось видеть её каждый день, видеть её улыбку, слышать её голос. То, как эта тоненькая, словно веточка, девушка расстраивалась от людской бесцеремонности по отношению к нему, то, как она бросилась защищать его перед Анной, лучше любых слов сказало ему то, в чём сама Ника никогда бы не призналась. Он ей не безразличен! Со слов Кирилла он знал о её слове, данном умирающей матери, что в её жизни есть место только одному мужчине. Алексею. Но, во-первых, Алёша ещё не мужчина. А во-вторых, Алёша ему такой же племянник, как и ей. Вот такая головоломка получается: их породнил мальчик пяти лет.

В один из дней, когда Сергей встретил маму и Алёшу после занятий с логопедом, Мария Петровна вдруг попросила сначала отвезти её домой, а уж потом Сергею с Алёшей ехать к Нике.

– Мам, что случилось? Ты устала?

– Нет, Серёж, я вспомнила, что обещала сегодня Олесе помочь разобрать вещи в моём шкафу. Ты же понимаешь, я должна сама решить, что оставить, а что можно раздать. Так что вы с Алёшей поезжайте без меня, хорошо? Я Никушке потом позвоню, извинюсь!

На следующий день она вспомнила, что договорилась встретиться со своей приятельницей и именно в это время.

– Мам, где вы встречаетесь? Давай отвезу, а потом встречу!

– Да что ты, в самом деле! В кафе мы с ней встречаемся. В нашем кафе, в том самом, которое на соседней улице! Я пешком пройдусь, а вы поезжайте к Нике.