Бархат. Соблазн, и ничего кроме - Ника Ёрш

Я многозначительно промолчала, теряя способность связно мыслить от его присутствия.

– Ну и скажи мне, что такого ужасного я сотворил? Начал ухаживать за тобой без спроса?

– Разве ты ухаживал? Нет. Используя мои слабости, надавил на больное и с напором настоял на своем.

– И? Я же с благими намерениями.

– Ну да. Секс помогает нам обоим быть в хорошей физической форме, – грустно усмехнулась я, пытаясь отодвинуться от Алекса.

Он не дал отстраниться, лишь прижался сильнее.

– Глупая ты ещё совсем, – шепнул мне в губы.

– Куда уж мне!

– Хорошо. Давай ты мне поможешь понять свою логику? Хочешь сделать из меня виноватого – вперёд. Я нагло совратил тебя, хотя очевидно, что ты и сама была не против временных отношений в виде ничего не значащего секса без обязательств. Принуждал тебя к чему-то? Нет. Отдал в распоряжение квартиру? Да. Не стал мешать постельные отношения с рабочими – верно. Не хочешь так? Скажи мне прямо об этом, а не беги сразу после того, как я почувствовал к тебе настоящее притяжение. В чём я не прав? Где виноват?

– Только не нужно всё так выворачивать! – Я забарахталась в его стальных объятиях. – Ты мне после работы тоже ни одного знака внимания не уделял. Только ночами вспоминал, что в милосердно предоставленной квартире живет любовница, которая вряд ли откажет из-за своей явной симпатии к шефу. Не так ли?

– Поначалу так.

– Гад!

– Пожалуй, соглашусь.

– Ещё бы!

– Но думаю, твое нелепое поведение компенсирует мои нехорошие поступки.

– Думает он! Пф-ф! Завтра я уезжаю домой! Начну всё с начала, построю карьеру, стану феминисткой…

– Хорошо хоть, не сразу в монастырь отдашься. Батюшкам на растерзание.

– Еретик! – Я закатила глаза.

– Правдолюб, – поправил он. – Никуда ты не поедешь. У меня твоя трудовая в заложниках, а ещё – большие планы.

– Заведу новую трудовую. А планы твои… Меня они больше не волнуют.

– Жаль. Хотел начать нормально ухаживать за девушкой, которая по-настоящему нравится. Купил цветы, шампанское, заказал столик в ресторане…

Я замерла, обвела быстрым взглядом прихожую и, не обнаружив букета, победно покачала головой. Алекс взял меня за руку и провел в гостиную. Там, прямо у входа, лежал на комоде потрясающе красивый букет из цветных гербер.

– Выбрал такие, потому что они напоминают мне тебя: яркие, броские, мимо них невозможно пройти, не обратив внимание. И в то же время нежные, милые и какие-то трогательные. Ну, и девушка-продавец сказала, что герберы, как и розы, дарят тем, кому хотят признаться в чувствах, подозревая при этом взаимность.

– Ей просто нужно было продать букет, – буркнула я, из последних сил сопротивляясь магнетизму Алекса. – Она бы тебе и не такой лапши…

– Мне ещё и столик в отличном ресторане втюхали. Была когда-нибудь в «Пушкине»?

– Звучит двусмысленно, – глупо хихикнула я, уже понимая, что крепость пала. В «Пушкин» не ходят с любовницами – туда водят невест и жён. Тех, на кого есть реальные планы. Дашка не раз сокрушалась, что Арс водит туда только жену. Статусное место.

– И?

– И там дорого. А я собираюсь увольняться и начинать жизнь с нуля. В который раз, – не знаю зачем продолжала сопротивляться вслух, в душе уже всё решив.

– Во-первых, с нуля – это слишком. Думаю, мы немного перемотаем вперёд. Во-вторых, я предлагаю тебе встречаться. Официально. И если будешь себя хорошо вести, оплачу ужин.

– Что?

– Хватит, говорю, выпендриваться. – Алекс подмигнул мне и, приблизив лицо, шепнул: – Мир?

– Мир…

– Тогда одевайся, пока я не передумал выходить из квартиры. Очень уж хочется помириться ближе…

Эпилог

– Кристина, сколько я буду ждать кофе?!

– Простите, Алексей Викторович, уже несу.

В дверь постучали.

– Да! – рявкнул я, вскакивая со стула и приближаясь к окну. Мысленно я был далеко, в завтрашнем дне, где предстояло подписать или не подписать очень выгодный для фирмы контракт. Стол, заваленный документами, угнетал, а перспективы сулили самый разный исход событий.

Дверь открылась. По выложенному плиткой полу зацокали каблучки.

– Поставь на стол у дивана, – не оглядываясь, махнул рукой. – И скажи, чтобы меня не беспокоили по пустякам. А лучше всего – меня ни для кого нет.

Краем уха слушая шуршание новой секретарши, недовольно скривился. Она страшно раздражала своей нерасторопностью. Вот и сейчас принесла кофе, встала и молчит. Спрашивается, чего хочет? Премиальных?!

Резко обернувшись, я приготовился в очередной раз отчитать девицу и… губы сами растянулись в радостную улыбку.

– Привет, – проговорил, уже направляясь к без пяти минут жене. – Ты когда вернулась? Почему не позвонила?

– Только прилетела. – Аня сделала шаг вперед, и мы встретились в долгом поцелуе. – Ммм, как мне этого не хватало! Я так соскучилась, что решила ехать прямо сюда.

– И правильно сделала, я дома раньше десяти не появлюсь.

– Сделка завра? – понимающе улыбнулась она.

– Да. Все работаем в авральном режиме. А от секретарши кофе ждать приходится по часу. То ли дело раньше… Может, вернешься?

Она засмеялась, поправляя на мне сбившийся галстук.

– Нет уж. Мне и на своей должности очень хорошо. И потом, как сказала твоя мама, работать вместе – это заранее обречь отношения на провал. А у меня на тебя большие планы.

Она демонстративно покрутила передо мной безымянным пальчиком, с восторгом разглядывая обручальное колечко.

– Как отреагировала твоя Дашка на мой подарок? – Я поймал Анину руку и, поцеловав, с усмешкой посмотрел в искрящиеся счастьем глаза, заранее зная ответ.

– Купила себе путевку на острова и обновила гардероб за счет Арса. Зализывать раны полетит.

– Хорошо, что она реально смотрит на вещи. Плохо, что её всё устраивает.

– Все женщины разные. Кому-то не так важен брак, как обеспеченность. Она сказала, что после тридцати пяти всерьёз задумается над жизнью, а пока…

– А пока снова подкачает губы, подтянет сиськи и будет встречать Арса в новом пеньюаре, – со знанием дела закончил я. – Это её право. Ты сейчас домой?

– Да. Отосплюсь и приготовлю ужин.

Она пригнулась к дивану, подняла и слегка приоткрыла пакет, откуда виднелась черная ткань, украшенная белыми оборочками, и небольшая пушистая метёлка ярко-розового цвета. На мой вопросительный взгляд заговорщицки шепнула:

– Сегодня тебя будет ждать горничная Анастейша. Иностранка. Она совершенно не знает русского языка, но очень хочет понравиться новому хозяину. Не задерживайся.

Я почувствовал лёгкую тяжесть в области паха, понимая, какое развлечение нам предстоит ночью. С тоской оглянувшись на заваленный документами стол, вдруг понял, что в любом случае к десяти буду дома. И ни минутой позже.