Как в японской дораме - Вера Анмут

– Крови больше нет, – сказал он, завязывая узелок на повязке. – Да и ранка небольшая. До завтра заживёт.

Соби ещё раз осмотрел свою работу, после взглянул на меня и улыбнулся.

– Сейчас я вытру пол и разогрею ужин, – сказал он.

От его улыбки и мягкого голоса я почувствовала себя виновной во всех смертных грехах Человечества. Соби собрал оставшиеся осколки, затем принёс половую тряпку, вытер насухо пол. Ощущая себя крайне неловко, я решила хотя бы сама дойти до кухни, хотя бы помочь с ужином. Однако заметив мою попытку встать, Соби немедленно остановил меня.

– Не опускай ногу, сиди так, – приказал он. – Пусть кровь отступит от раны. Я тебе сюда еду принесу.

Сказал и отправился в кухню. Ну нет, я не привыкла, чтобы вокруг меня так суетились. Я даже маме такой заботы не позволяла. В конце концов, рана-то не смертельная. Встав с дивана, я похромала следом за парнем. Соби стоял у плиты спиной ко мне. Он не видел меня. Может, слышал лучше обычного, так как его длинные волосы были заправлены за уши, но не видел. Однако с упрёком высказал:

– Так и знал, что не станешь сидеть.

– Разве я настолько громко хожу?

– Нет. Просто начинаю постепенно познавать твою своенравную натуру.

С лучезарнейшей улыбкой Соби обернулся ко мне, подошёл, заботливо взял меня под руки. Зачем он так поступает? Разве не понимает, что от его действий совесть, мучаясь сама, раздирает и меня на части? Парень провёл и усадил меня за стол. Настроение его подозрительно быстро улучшалось.

– Ты притворяешься или вправду легко прощаешь обиды? – с недоверием поинтересовалась я.

– Смотря, как обидят, – ответил Соби. – А вообще, если в себе гнев не поддерживать, он быстро проходит. У нас говорят: «У кого весёлый нрав, тот и сквозь железо пройдет».

Парень вернулся к плите, где на огне стояла закрытая крышкой большая сковорода и издавала скворчащие звуки.

– К тому же, я не хочу портить с тобой отношения из-за какого-то грубого невежды, – добавил Соби, открыв крышку и перемешивая ароматное содержимое сковороды. – Мы и так ссоримся каждый день. Прямо как в японских дорамах. Там герои тоже постоянно то ругаются и расходятся, то мирятся и сходятся.

– Ты любишь смотреть эти дорамы?

– Не так, чтоб очень. Смотрю, когда больше делать нечего. Хотя среди них встречаются довольно интересные.

– А покажи мне хотя бы одну.

Удивлённо приподняв бровь, Соби с интересом покосился на меня.

– Но это обычные сериалы.

– Ну и что? Я никогда не видела японских сериалов.

– Киман15, – согласился Соби. – После ужина найдём что-нибудь достойное внимания. Я даже знаю, что. Очень весёлый фильм. Тебе понравится.

5 ДЕНЬ

Хорошо, что в тот день у меня не было много работы. Ибо мои мысли совсем не хотели бродить среди цифр, а предпочитали витать где-то в облаках приятных воспоминаний.

Прошедший вечер начался ужасно со скандалов, зато закончился весело со смехом. И всё благодаря Соби. После ужина, пока я принимала душ, он нашёл в интернете фильм, который хотел мне показать. Правда, этот японский сериал оказался без перевода, но Соби решил проблему быстро, отважно возложив нелёгкую роль переводчика на себя. Фильм и вправду оказался интересным и весёлым. Впрочем, сам переводчик веселил меня значительно больше. В зависимости от персонажа, Соби менял тембр голоса, старательно передавал эмоции героя, то охая, то рыча, то скромно заикаясь, то гневно вскрикивая. Особенно смешно у него получалось женское кокетство. Мы просмотрели три серии, и я уже изнемогала от смеха, слёзы текли потоком, щёки болели.

– Ну что, ещё одну серию смотрим? – поинтересовался Соби.

– Нет! Пожалей меня, – взмолилась я, с трудом переводя дыхание после бурного смеха.

– Значит, тебе фильм не понравился.

– Понравился. Но у меня больше нет сил смеяться. Ох, Соби, тебе только в кино играть!

– Да вот, не получилось.

– А раньше ты нигде не участвовал? В каких-нибудь спектаклях?

– В детстве только, в школьном театре. Но так как я был очень толстым, то мне доставались лишь роли глупых обжор да жадных хозяев.

– Ты был толстым? – не поверила я. – Да ладно!

– Круглым, как мячик, – спокойно ответил Соби. – Когда я пошёл в школу, мама решила отдать меня в какую-нибудь спортивную секцию. Но такого толстяка никуда не принимали. По соседству с нами жила учительница танцев, она пожалела меня и пригласила в свой класс. Там было двенадцать девочек и два мальчика. И я. Девчонки смеялись надо мной. А мне так понравилось танцевать, что я решил во что бы то ни стало стать лучшим, среди всех. А позже у меня появился более серьёзный стимул похудеть.

– Какой?

– В наш класс пришла Нарико.

– Ты упёртый. Во всём добиваешься цели.

– Да, я настырный.

Вернувшись в реальность, я обнаружила, что улыбаюсь. Со стороны это, должно быть, выглядело странно. Я скорее сняла с губ улыбку. Но едва воспоминания коснулись веселья прошедшего вечера, она против моей воли вновь появилась. Я вновь встряхнулась, заставив себя выйти из тумана памяти, и огляделась. Все работали, не обращая на меня никакого внимания. Все, кроме Карины. В последние дни она почему-то много наблюдала за мной. Именно в последние дни, именно с тех пор, как я рассказала ей о поселившейся в моей квартире Свете. Я отвернулась и сделала вид, будто углубилась в работу.

Но не до работы было мне. Страшно хотелось увидеть Соби. Благодаря скрытой камере, это желание, а главное, его исполнение обещало войти в привычку. Я развернула ноутбук и включила камеру.

И вот снова моя комната. Однако сегодня мне предстояло увидеть нечто новенькое. Опираясь на невысокий стеллаж у стены, Соби проделывал балетные упражнения. Ну конечно, он же профессиональный танцор, ему необходимо поддерживать форму. Батман глиссе, деми брас, эн крос, деми плие, гранд плие, батман фондус – как мне всё это было знакомо. Даже какая-то ностальгия душу затронула. Соби занимался со всей серьёзностью и ответственностью. Тело его было гибким, движения плавными, спина предельно ровной. Джинсы он сменил на мои голубые спортивные брюки, ноги босые. Волосы на этот раз забраны уже в два хвостика – фонтанчик из чёлки на макушке и короткий хвост на затылке – чтобы ни одна прядь не мешалась.

Я наблюдала за занятиями парня с интересом, ибо это было действительно красиво даже без музыки. Моя память выискивала в своём словаре названия упражнений, мои мышцы невольно вспоминали напряжение от когда-то знакомых им движений. Если подумать, не так давно это было, всего каких-то восемь лет назад. Восемь