Морозный рассвет - Кира Купер

Зачем ему врать? Он мог бы заявить, что ему просто хочется позабавиться, поиграть с нами в кошки-мышки, насладиться страданиями слабых…

Но следующие его слова стали куда большим ударом.

– Не способны? – уточнил мужчина едко. – Скажи это трем моим приятелям.

– Что?!

– Ой, не скажешь уже, – будто спохватился он. – Потому что они мертвы! Убиты! А у тебя есть две попытки угадать, кто это сделал!

После этих слов он ударил кулаком по подлокотнику так, что тот отвалился, а гусиный пух взмыл почти до потолка. Не дыша, я проследила за медленно опускающимися вниз перьями.

– Зачем вы мне врете? – спросила, кажется, просто чтобы что-то сказать.

– Уверена, что вру?

Морган легко поднялся, отряхнул прилипший к лацкану пух, и подошел ближе, заставив меня сделать два шага назад. Боком уперлась в тумбочку, на которой стола бутылка и мой стакан. От моего движения посуда жалобно звякнула.

– Так что, у тебя есть идеи, как поступить? – спросил с хрипотцой, которую прежде в его голосе не слышала.

– Но… почему они это сделали?

– Поймаю – спрошу.

– Возможно, их заставили или другого выбора не было… – пролепетала, опять уговаривая больше себя.

Я выдохнула. Нас учили, что только Ледяная Богиня имеет право отбирать жизни, но ни в коем случае не простые смертные!

Вспомнилось, что после того, как братья решили пойти в армию, мы долго рассуждали о том, можно ли поднять оружие даже против настоящего врага. Дескать, когда идет сражение, или противник тебя, или ты его… Еще думали, что войны в мире сейчас нет, и идти на этот грех им не придется.

Но как же мои дорогие добрые и смелые мальчики взяли на себя столь тяжелую ношу?

– Может быть, им приказал командир? – уцепилась я за смутную надежду. – Вдруг вы чем-то помешали королю или кому-то еще… Такое же бывает!

– Какой командир? Какому королю? Ты что мелешь-то?! – кажется, искренне удивился шаман.

– Я не очень разбираюсь в регалиях, может, это был капитан, – затараторила быстро. – Ну, тот, кто ими командует.

– Чего? – он прищурился и, похоже, по-настоящему растерялся, – ну или мастерски сыграл растерянность, –  а после откинул голову и расхохотался. – Демоны, я и забыл, что ты у нас тепличное создание.

– Что? – я нахмурилась. – В каком это смысле?

Внезапно его лицо приблизилось, настолько, что кожей щеки почувствовала его жар. Или это все-таки камин? Пока соображала, он наклонился, щекоча дыханием висок, и прошептал:

– Нет никакой службы, глупышка. Контракта на пять лет тоже – это же они тебе наболтали? Розовые облачка остались в детстве, так что открой глазки, посмотри на реальный мир и перестань, наконец, тупить! – последнее слово он буквально рявкнул мне в лицо.

– Не понимаю…– я старательно пыталась держать дистанцию и отворачивалась.

Но куда там! Отодвинься я еще на дюйм, и пришлось бы почти ложиться на тумбу, к которой он сейчас меня почти прижимал. Не просто стоял близко, но еще и положил руки с обеих сторон, отрезав таким образом пути к моему отступлению.

– Не понимаешь? – мужчина еще сдвинулся, так, что опасные глаза оказались напротив моих. Теперь я ощущала его дыхание у себя на губах. Это было жутко и… волнительно. – Знаешь, когда ты так на меня смотришь, милая, возникает желание прервать наш непростой разговор на некоторое время. Но ты же пока этого не хочешь, правда?

Я страшилась даже головой мотать, чтобы не коснуться его кожи своей, поэтому только веки опустила. Но он, конечно, принял это за ответ.

– Эх, не знаешь, от чего отказываешься. Подумай хорошенько, – его вкрадчивый голос словно проникал глубоко внутрь.

В гостиной словно стало жарче. Видимо, огонь в камине разгорелся из-за попавших на поленья капель бурбона. Из-за этого дыхание участилось, а жажда свежего воздуха практически лишала сознания.

– Я… мне… просто я… – мое блеяние вызвало у него легкую понимающую улыбку.

– Интересно послушать твои аргументы, – шепнул мужчина.

Я перевела дыхание, чувствуя, что грудь, где сейчас неистово гремело сердце, почти касалась ткани его рубашки.

– Не готова? Эти дни? Мало знакомы? – продолжил Морган.

Богиня, что со мной происходит…

– Мои братья… – решила напомнить, хватаясь за нить нашего с ним разговора последними остатками разума.

– Ах, ты все еще об этом, – разочарованно протянул мужчина и, наконец, отошел.

Снова выдохнула, на этот раз с облегчением. Это от него, несомненно, не укрылось, но комментировать мою нервозность не стал. Отлепилась от тумбы, край которой врезался в спину до боли. Впрочем, сейчас физические неприятные ощущения мелькнули и тут же исчезли.

– Не было службы, крошка, – бросил мужчина таким голосом, словно я должна была знать это давным-давно. – Они работают на меня. Вернее, уже работали, конечно. Как и Мерлины. И много кто еще.

Сердце споткнулось. Что он говорит?

– Не может этого быть… – эта фраза стала для меня в сегодняшнее утро самой частой…

Но что делать, когда почти каждое мгновение тебе говорят такие вещи, поверить в которые – просто невозможно!

Ведь не так давно я жила в мире, который казался мне не таким уж добрым, но как минимум понятным и знакомым. Сейчас же этот человек – Богиня, и не человек вовсе! – рушил все, о чем я знала, парой жестоких и циничных слов. И почему-то внутри клокотало почти осязаемой болью понимание: все, что говорит шаман, – правда.

– Ты, конечно, не спросишь. Но я все равно скажу. Я очень даже неплохой работодатель! Никто еще не жаловался, во всяком случае.

– Попробовали бы, – прошептала под нос, но довольный смешок указал на то, что он все прекрасно расслышал. Вот только сейчас меня волновало кое-что другое. – Они мне лгали?

– Пффф, надо же, ты начинаешь хоть что-то понимать!

– Но почему? Для чего?

– Как и всем остальным, милая: ради денежек, – по-своему понял мой вопрос шаман. – Всем в этом демоновом мире нужно только одно. Или ты и это не знала?

– Деньги…

– Золото, серебро, бумажные ассигнации – на любой вкус.

– А вы тут при чем?!

– Здрасьте! Мы начали сотрудничество еще с твоим безвременно почившим батюшкой.

– Вы были знакомы с моим отцом?

Все, мои нервы решили, что с них на сегодня хватит! Я истерически хихикнула и, наощупь найдя сидение кресла, плавно опустилась. Ноги уже не держали. Колени тряслись. Глаза щипало от непролитых пока слез.

Каждое слово шамана отзывалось болезненным уколом прямо в сердце, и, боюсь, игла эта тупая и ржавая. Я не хотела верить, душа протестовала и неистовствовала.

– Отец не мог иметь дела с