Отголоски тебя - Кэтрин Коулc

Я позволила Temptations, Арете Франклин и Джеймсу Брауну провести меня через уборку. Это заняло совсем немного времени. Я выключила музыку, сунула телефон в сумку, перекинула ремень через плечо и направилась к двери.

Дневное солнце согревало, отгоняя обычную прохладу. Если бы не усталость, я бы пошла домой пешком. Но сейчас хотелось только горячей ванны и, может быть, фильма. Может, уговорю Нэша посмотреть что-нибудь про зомби.

Поворачивая за угол, я направилась к своему внедорожнику. Шаги замедлились. Что-то было не так. Но только подойдя ближе, я поняла, в чем дело. Кто-то порезал все четыре мои шины.

14

Нэш

— Малышка Уильямс, — рявкнул я, шагая к столу Рен в диспетчерской.

— Ты правда будешь продолжать меня так звать? Мы уже обсуждали это. Я не такая уж и маленькая. И никакой старшей Уильямс нет.

— Прости, но если прозвище приклеилось, оторвать уже нельзя.

Она закатила глаза.

— Зачем ты вообще сюда пришел? У тебя работы что ли нет?

Я расправил плечи.

— Если хочешь знать, я веду расследование.

Рен приподняла бровь.

— И что за преступление?

— Кто-то украл мой последний пончик из комнаты отдыха. — Я сузил взгляд, изучая каждую реакцию. — Ты случайно ничего об этом не знаешь?

Глаза Рен скользнули в сторону, и у меня челюсть отвисла.

— Это была ты!

Она прижала губы, сдерживая смех.

— Ты что, не видела надпись на коробке, что это мой?

Рен постучала пальцами по столу.

— Хммм, я видела «Не есть, наказание смерть»? Или «Пончики Нэша, съешь и я подсыплю слабительное в кофе»? Или мой любимый вариант: «Пончики отравлены, тебя предупредили»?

— В следующий раз я точно отравлю их, чтобы проучить вас, предателей. Сегодня у меня было всего четыре пончика. Четыре! Это катастрофически мало для растущего организма.

Рен не выдержала и расхохоталась.

— Я буду воровать твои пончики всегда, просто чтобы смотреть на твою реакцию.

Я двинулся к ней.

— Я сейчас…

Лоусон ухватил меня за воротник.

— Даже не думай заканчивать фразу. Не заставляй меня писать рапорт.

— Рапорт? А как насчет вора в наших рядах? Можно я подам заявление?

Лоусон покачал головой.

— Ты должен был уже понять: хочешь, чтобы еда была в безопасности — держи ее в ящике под замком.

Я сузил глаза.

— Холт научил ее вскрывать замки. На прошлой неделе она стащила печенье, которое мама испекла для меня.

Рен метнула в меня скрепку.

— Ты имеешь в виду те сникердудлы, которые Керри испекла для Холта и меня, а ты украл с моего стола?

— Мама сказала, что можно. — Я надулся.

— Она сказала, что можно одно. А ты забрал все.

— Дети… — начал Лоусон.

Телефон в диспетчерской зазвонил, и вся легкость слетела с лица Рен.

— Полиция, пожарные и медики Сидар-Риджа. Чем могу помочь?

Она внимательно слушала пару секунд.

— Привет, Мэдди. Это Рен.

Холод мгновенно охватил все тело. Мэдди. Звонит 911?

Лоусон сжал мою руку.

— Спокойно. Она набрала неэкстренный номер. Видишь?

Он указал на горящую лампочку на телефоне. Не та, что отвечала за экстренные вызовы. Но хватка в груди не ослабла. Почему, черт возьми, она не позвонила мне?

Пальцы Рен бегали по клавиатуре.

— Нэш и Лоусон здесь. Один из них подъедет, примет заявление. Прости, что такое случилось. Уверена, это подростки-туристы. За эту неделю это уже не первая жалоба на вандализм.

Она замолчала, потом снова заговорила:

— Ладно. Надеюсь, день станет лучше.

Рен отключилась и повернулась к нам.

— Что случилось? — рявкнул я.

Глаза Рен сверкнули от моего тона.

— С Мэдди все в порядке, но у нее порезаны все шины на машине.

Лоусон выдал целую тираду ругательств, а во мне вспыхнула смесь страха и ярости.

— Это неприятно, но ведь есть страховка, — заметила Рен, недоуменно глядя на нас. — Уверена, это те же дети, что разрисовали пирс.

— Мне нужно ехать, — пробормотал я и уже рванул к двери. Господи, только бы это были просто скучающие подростки. Но в голове крутились самые худшие варианты. Адам здесь. Наблюдает.

— Я с тобой, — крикнул Лоусон.

Я не стал ждать брата. Выскочил из участка на яркое дневное солнце. Настроение никак не соответствовало красоте дня. Взглянув на эту идеальную улицу Сидар-Риджа, никто бы не подумал, что здесь возможно что-то темное. Но мы знали, что возможно. Маленький город не спасает.

— Ты можешь притормозить? — бросил Лоусон.

— Она одна, — процедил я. Без защиты. Уже бывало, что она оставалась беззащитной и тогда пострадала. Она едва не погибла.

Лоусон перешел на бег, догоняя меня.

— С ней все в порядке.

— Ты не знаешь этого.

— Знаю. Она только что говорила с Рен.

— И сколько секунд прошло с тех пор, как она повесила трубку? Достаточно одной, чтобы с ней что-то случилось, — голос сорвался.

Лоусон бросил на меня тревожный взгляд, но спорить не стал.

— Ладно, идем к ней.

Мы оба перешли на бег. Так всегда было с нами, с братьями: могли грызться, спорить, но когда нужно были спина к спине.

Мы пробежали мимо уже закрытого кафе и свернули за угол. Мэдди стояла, обхватив себя руками, и смотрела на свой внедорожник. Такая маленькая и уязвимая. Будто весь мир ополчился против нее. И я готов был сжечь заживо того, кто это сделал.

Я пересек расстояние за секунды и заключил ее в объятия. Старался быть осторожным из-за ее травм, но все, чего хотелось, — держать ее и не отпускать.

— Почему ты не позвонила мне?

— Ты был на работе. — Слова приглушенно прозвучали у меня на груди.

— Мне плевать, работаю я или нет. Если что-то случается — я должен знать.

Она тяжело выдохнула.

— Я вроде как и позвонила. Я позвонила на участок.

— Этого мало, Мэдс.

Она ущипнула меня в бок, но я почувствовал, как дрожат ее пальцы.

— Тебе никто не говорил, что ты чересчур?

— Каждый день его жизни, — вмешался Лоусон, подходя. — Обычно эти замашки проявляются с едой.

Мэдди рассмеялась, подняв на меня глаза.

— Я равна пончикам в твоей жизни?

Краешки губ дрогнули.

— Нет. Ты для меня как бостонский пирог с кремом. Абсолютный топ.

Лоусон присвистнул.

— Черт, Мэдди. Это, кажется, высшая похвала.

Она покачала головой и выскользнула из моих рук. Я заметил, как она слегка поморщилась.

— Болит?

Мэдди одарила меня острым взглядом.

— Все нормально. Просто