Под капли дождя и слез - Кэтрин Спэнсер

Она сделала вид, что один из ее ногтей требует неотложного внимания.

— Это стоило того.

— Сейчас все закончилось, тебе надо бы отдохнуть недели две. Поезжай куда-нибудь, погрейся на солнце.

С тобой? — хотелось ей спросить, но она не поддалась неверному импульсу и только сказала:

— Не могу, даже если бы захотела. Я по горло в делах, готовимся к благотворительному сбору средств.

— Мама мне говорила. Все считают, что ты вдохнула новую жизнь в этот довольно устаревший проект.

— Я получаю удовольствие от моей работы.

Она осмелилась снова взглянуть на него, по какому праву он получил львиную долю мужественной привлекательности и красоты? — с негодованием думала она. Как только закончится траур, за ним начнут бегать все женщины младше девяноста лет!

Давая отпор бессознательному желанию, пытающемуся захватить ее, она спросила:

— А чем ты еще занимаешься, кроме обустройства нового дома?

Корпорация Харрингтонов была одной из старейших и самых престижных в городе, а Дункан Харрингтон, отец Джейка, пользовался большим влиянием в деловых кругах.

— Твой отец собирается на пенсию? — Она покачала головой. — Не могу себе представить.

— Он останется председателем совета, но у него много работы как у мэра, и ему требуется помощник, чтобы заниматься рутинными делами.

— И ты считаешь, что готов к этому?

В вопросе было столько яда, что она вся съежилась, но если он и заметил, то внешне не показал.

Он откинулся на спинку стула, закинул за нее руку и сказал:

— Конечно, придется многому научиться. Но если потребуется совет, отец всегда поможет. Я планирую придать компании новое направление. Мы обсуждали эту тему, и ему понравились мои идеи. Я уверен, что справлюсь.

— Кажется, тебе это интересно. Я имею в виду, что ты нашел сложную задачу, которую искал.

— Да, — сказал он и устремил на нее проникающий насквозь взгляд. — А ты?

— Еще нет. — Она отставила в сторону чашку с кофе и взглянула на часы. — Боже мой, не думала, что уже так поздно. Кофейня сейчас уже закроется.

— У нас есть еще несколько минут.

— У тебя, может, и есть, а у меня нет. Меня ждет работа. Спасибо за кофе, и поздравляю с началом новой карьеры.

— Я провожу тебя до машины.

— Не надо.

Он не возразил, просто не стал ее слушать, захватил половину ее имущества, взял свои сумки и ждал, когда она поведет его к своей машине.

Когда они подошли к машине, и она открыла багажник, их внимание вдруг привлекли громкие голоса. Недалеко от них, молоденькая девушка, на большом сроке беременности, по лицу которой бежали слезы, схватила за руку парня с бегающими глазами.

— Ты должен помочь мне, Билли! — всхлипывала она. — Это ведь и твой ребенок.

— Ну, конечно! — презрительно рассмеялся он, и оттолкнул ее так грубо, что она чуть не упала. — Мой или еще чей-то? Отстань от меня, шлюха!

Лицо девушки и ее поза выражали такое отчаяние, что Салли, не думая о последствиях для себя, швырнула сумки на землю и бросилась к парню.

— Ах ты, свинья! — завизжала она. — Ты что, не можешь вести себя с ней по-человечески?

Она готова была выцарапать ему глаза, вырвать все волосы по одному! Но сзади ее подхватили руки Джейка и прижали к груди с такой силой, что она выдохнула всеми легкими.

Парень тут же отбежал в более безопасное место, за ближайшую машину.

— Слушай, держи свою бешеную на поводке, — выкрикнул он Джейку, перемежая слова своим любимым нецензурным выражением.

Разозлившись, она стала вырываться из крепких рук Джейка, и ей удалось пару раз хорошенько ткнуть его локтями в ребра, чтобы он знал.

— Зачем ты это сделал? — выкрикнула она. — Почему ты не дал мне разобраться с ним?

— Потому что мне не хочется снова выступать в суде, — спокойно объяснил он.

— Ему не удалось бы ничего со мной сделать.

— Ты не знаешь, удалось бы или нет. Я уже начинаю сомневаться, что ты вообще что-то соображаешь, Салли. Тебе не приходило в голову, что у него мог быть нож? И что ты сейчас лежала бы здесь, и истекала кровью?

— Нет, — с возмущением сказала она, — я думала, что кому-то здесь больше требовалась защита, чем мне. Этой бедной девочке нужна помощь.

— Которую я был готов оказать, к тому же, не завязывая уличную драку.

— Так предложи сейчас! Сделай что-нибудь!

У него от удивления поднялись брови.

— Что ты предлагаешь сделать? Ей уже никто не угрожает сейчас, по крайней мере.

— А что будет завтра или послезавтра?

— Боюсь, тут я ничего не смогу сделать.

— Да, замечательно! Ты не пожалел времени и сил, чтобы помочь пьяному мальчишке найти работу, но не желаешь и пальцем пошевелить, чтобы помочь девушке, попавшей в беду. Меня это нисколько не удивляет!

— Что я должен, по-твоему, сделать? — Он стал злиться так же, как и она. — Поселить у себя дома? Удочерить?

— Она одинока и напугана. Ей нужен адвокат.

— К сожалению, она не одна такая. Здесь их много. Это целая проблема нашего города. Не веришь мне, спроси моего отца.

Девушка натянула на выпячивающийся живот свитер и стала толкать старую магазинную тележку к складу около железнодорожных путей в конце аллеи.

— Нельзя найти быстрое решение для детей, рожающих детей? — презрительно сказала Салли. — У меня есть, по меньшей мере, одно!

Схватив свою сумочку, она побежала за девушкой.

— Постой!

Девушка обернулась, ее взгляд был полон подозрения, а выражение лица настолько закрытым и недоверчивым, что у Салли сердце оборвалось. Она открыла кошелек, вынула из него все крупные деньги и мелочь и вложила их в руку девушки.

— Возьми, — сказала она, — здесь не много, но ты сможешь поесть что-нибудь горячее и найти комнату в мотеле на ночь.

Когда она вернулась к машине, Джейк сложил все покупки в багажник.

— Очень достойный поступок, — отметил он, закрывая крышку, — но ты ведь понимаешь, что это сиюминутная помощь, которая не решит проблему кардинально?

— Конечно, Джейк. — В ее голосе звучал сарказм. — Может быть, я не отличаюсь большим умом, но все-таки не врожденная идиотка.

— Это спорный вопрос. — Он открыл перед ней дверцу машины, помог ей сесть, а затем, прежде чем она успела понять, что происходит, обошел машину с другой стороны и сел рядом с ней.

— Я не помню, чтобы предлагала подвезти тебя до дома, — сказала она.

— А я не помню, чтобы просил тебя об этом.