Внезапно пришла весна - Хильда Пресли

— Джули, ты где? — послышался снизу голос Рональда.

— Наверху! — отозвалась она.

Джули глядела на шкатулку и не верила своим глазам. Шкатулка — примерно десять на восемь дюймов и глубиной тоже дюймов восемь — доверху была набита фунтовыми банкнотами.

Плотник с любопытством смотрел на нее.

— Что-нибудь ценное?

— Не то слово. Это просто невероятно!

В дверях появился Рональд.

— А, все в трудах, — сказал он, но тут же увидел шкатулку, и его глаза расширились. — Что это у тебя? — медленно, срывающимся от волнения голосом спросил он и подошел ближе. Заглянув в шкатулку, Рональд вскрикнул от восторга: — Ух ты! Наследство старика. Что я тебе говорил? Я знал, знал!..

Джули была ошеломлена.

— Похоже, тут целое состояние. А может, это чужие деньги? Может, они не принадлежат дяде Уилли?

— А кому же еще они могут принадлежать? Давай спустимся вниз и посчитаем.

Джули уже собиралась закрыть шкатулку, когда заметила между стопками банкнотов записку. Прерывистым, корявым почерком было написано: «Дорогая племянница, если ты когда-нибудь найдешь это, я буду знать, что ты это заслужила». И стояла подпись «У. Моффат».

— Покажи-ка. — Рональд взял записку и прочел. — Ну вот. Что я говорил? Это сокровища Уилли, и они принадлежат тебе.

Джули закрыла шкатулку, поблагодарила плотника и вслед за Рональдом спустилась вниз.

— Просто не верится. Столько денег! — ошеломленная, твердила Джули.

— Что ты собираешься с ними делать? — взволнованно спросил Рональд.

— Не знаю. Наверное, положу в банк. Или я должна отнести их в полицию?

— В полицию? Ты с ума сошла!

— Но ведь найденные вещи следует передавать в полицию, разве не так?

Рональд изумленно покачал головой.

— Дурочка! Это только если ты не знаешь, кому принадлежат ценности, или если они не твои. А эти деньги — твои. Записка это доказывает. Старина Уилли был не дурак. Будь умницей и давай их сосчитаем. Я в жизни не видел столько денег.

— Ну хорошо, давай посчитаем их.

Джули стерла со шкатулки пыль и поставила ее на стол. Как ни странно, но никакой радости она не чувствовала: ее печалили мысли о старике, который всю жизнь собирал эти деньги, а сам жил в таких трудных условиях.

— Ну-ка, взбодрись! — шутливо приказал ей Рональд. — Ты должна прыгать от счастья — все твои неприятности позади.

Он принялся энергично пересчитывать банкноты, складывая их сначала по десяткам, потом по сотням, и его голос все веселел и веселел по мере того, как стопки росли, а дна шкатулки еще не было видно.

Джули оставила Рональда в покое. Пусть себе считает и радуется. Возможно, ее финансовые трудности и позади, но что ей делать со своей любовью к Скотту? И она по-прежнему хочет стать писательницей. Конечно, теперь можно купить новые доски для пола, сделать себе ванную комнату, основательно отремонтировать коттедж снаружи, купить гараж, маленькую оранжерею, возможно, даже ковры. Джули была уверена: дядя Уилли не стал бы возражать. Когда сумма перевалила за две тысячи, Рональд возликовал:

— Вот это да! Джули, девочка моя, ты богата. Богата!

Всего в шкатулке оказалось две тысячи триста фунтов. Джули была слишком ошеломлена, чтобы радоваться. Ей, как это ни глупо, по-прежнему казалось, что деньги все-таки не ее.

Рональд откинулся на спинку стула и уставился на стопки банкнотов.

— Должно быть, старик копил это годами, — медленно протянул он.

— Но откуда они у него?

Рональд усмехнулся:

— Если деньги не тратить, они накапливаются, верно? Он выращивал овощи и продавал их местным магазинам.