Горький шоколад - Валентина Щиброва

— Эй, Машунь, — Саша высунулся из — за двери. Он держал в руке большой кусок пиццы, которую мы заказали, так как в холодильнике у него шаром покати. — Пицца остыла уже. А микроволновки у меня нет.

— Ага. Уже иду, — я умылась и вытерла лицо полотенцем. — У меня, если честно, что — то сил нет никаких.

— С чего это вдруг, моя дикая кошечка? — Саша подошел сзади и положил свой подбородок мне на плечо. Он был одетым, а я стояла в одном нижнем белье. — Перефырчала?

— Чего? — хохотнула я. Саша засмеялся и поцеловал меня в шею около уха. — Не фырчала, а сладко мурлыкала.

Я повернулась к нему и обняла за шею.

— Ну ладно, очень сладко мурлыкала, а еще приятно так царапалась и кусала зубками, — у Саши были смешинки в глазах и озорство. И что — то еще будоражащее мою кожу.

— Мой котик постарался, — я нежно потерлась об его нос.

— М-м — м, маленькая моя. Прямо так хорошо, — тихо сказал Саша мне в губы и нежно поцеловал. — Люблю тебя. Я хочу так каждый день, слышишь?

— Я тоже тебя люблю и тоже хочу так каждый день, — нежно ответила я. Сколько же чувств я увидела в его глазах.

Саша сжал свободной ладонью мою ягодицу. Я запротестовала.

— Я только потрогаю, чего ты? — хитро улыбнулся Саша, продолжая свое приятное дело.

— Знаю я твое — просто потрогаю, — хихикнула я и увернулась от Саши. — Я хочу кушать. И тебе нужно ехать на работу. Забыл?

— Насытилась, значит? — лукаво смотрел он на меня, доедая свою пиццу.

— Перерыв, а не насытилась, — сложила я руки на груди, поддразнивая его. Саша тут же опустил на нее взгляд.

— Если не оденешься, никакого перерыва не будет, — с набитым ртом пробубнил Саша. Я снова не сдержала смех.

— О, как сексуально ты промямлил, милый, — смеялась я. Саша лишь подмигнул мне и развернулся к выходу из ванной.

— Пока твоя взяла, малышка. Мне, действительно, пора, — ответил Саша по дороге на кухню.

— Ты давно был у Марго? — спросила я его, когда мы уже сидели за столом.

— Да. Когда мать приехала, — угрюмо ответил Саша, вытирая рот салфеткой. Свою порцию пиццы он уже быстро съел.

— Саша …я понимаю, но…

— Маша, нет. Я о ней не хочу говорить, — отрезал Саша.

— Да, я знаю, но, если она вдруг надолго здесь, ты теперь не будешь видеться с сестрой?

— Я в любом месте могу с ней увидеться. И даже, если мы пока не видимся, ничего в этом нет, — Саша уперся спиной о стену. — Ешь, давай. Не болтай. Мне торопиться нужно.

— Хорошо. Я поеду на автобусе, — улыбнулась я ему.

— Я тебя довезу.

— Время ведь потеряешь.

— На тебя, солнышко, я не теряю, а приятно его расходую, — Саша снова мне подмигнул и снова хитро улыбнулся. Я закусила губу — с ума сходила от него такого. От простого человеческого общения без ссор и выяснения отношений. И от нашей любви.

— Я на днях подыщу другое жилье отцу, — задумчиво сказал Саша. — Он меня, конечно, поразил. Не ожидал, что за голову возьмется. Сказал, работу ищет себе.

— Это же здорово, Саша. Ты чего печален?

— Я не печален. Я раздражен, что ему нужны серьезные причины для этого, а не самому включить голову и жить нормально.

— Лучше поздно, чем никогда. Верно? — я допила сок, а пустую коробку выкинула в мусорное ведро.

— Согласен, — Саша встал. — Ну что, ты все? Готова?

— Ага, — кивнула я.

— Я буду допоздна. Вечером приеду к тебе.

— Будешь ремонтировать машину своей бывшей? — хмыкнула я, но при этом ревности я не почувствовала. Сейчас я уверена в Сашиной любви.

— Маленькая, это моя работа. Я же не бесплатно ее буду ремонтировать, — Саша взял меня за руку и повел в прихожую. — Только давай без ревности. Иначе, я тебя буду мучать ночью еще дольше.

— Саша, — рассмеялась я. — Это вызов? Наказание?

— Все и сразу, — Саша вдруг притянул меня к себе и крепко прижал. — Никогда не вздумай морочиться, что я начну кидаться на других. Мне никто не нужен, девочка моя. Никто, кроме тебя. Я твой торчок.

— Ну, Саша, — запрокинула голову от смеха. — Дурачок мой, а не торчок.

— И твой, и дурачок, и торчок, — он не дал мне ответить, завладел моими губами для нежного и любящего поцелуя. Я сразу растаяла в его руках, понимая, что готова уже сдаться для продолжения той страсти, что кипела в нас ночью.

— Упс, — прошептала я, когда просунув коленку между Сашиных ног, ощутила что — то твердое.

— Он тоже безумно любит тебя, — жарко проговорил Саша мне в губы. — Скажи, чтобы я остановился, иначе, еще час мы никуда не поедем. Я не хочу никуда ехать.

— Остановись, — также жарко прошептала я, блуждая руками по его спине.

— Больше похоже на приглашение, моя маленькая стервочка, — Саша не грубо, но довольно жестко оттянул мои волосы назад, чтобы открыть доступ к шее.

Нас остановил Сашин телефон. Звонил Рома и очень сердито возмущался. Двенадцать дня, а друга еще нет в сервисе. Саша ответил, что уже выезжает. И мы, возбужденно посмотрев друг на друга, решили все — таки поехать.

Саша довольно быстро довез меня до дома. Наше нежное прощание до сих пор вызывало во мне порхание бабочек в животе. Я еще никогда не чувствовала себя такой счастливой. Он изменился. Стал более трепетно ко мне относиться, более бережно, даже не скупился на слова любви, чего ранее я не замечала. А мне не хотелось покидать его ни на минуту. Хочется постоянно быть рядом после всех этих потрясений и переживаний, любить и быть любимой. И просто радоваться жизни. Главное все хорошо, и мы вместе.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Как только вошла в квартиру, сразу переоделась в удобную одежду и с воодушевлением представляла, а заодно и записывала, чем сегодня накормлю своего любимого вечером. Сделаю ужин особенным, романтичным. Свечи и все дела. Довольная улыбнулась себе. Через полчаса позвонила Марго, хотя я к ней собиралась зайти. Она очень была встревожена.

— Марго, что случилось? — серьезно спросила я. Не нравился мне ее голос.

— Маш, блин, я переживаю и хочу тебя попросить.

— Да, конечно. О чем?

— Езжай прямо сейчас в сервис к парням. Мама сегодня с утра сама не своя. Ходила, чего — то думала. Она скоро возвращается в Москву. И не хочет уезжать, пока не поговорит с Сашей. Но я не знаю, что он начнет вытворять. Вдруг выгонит. Мама будет очень переживать. А я за нее. Мне будет спокойней, если ты вмешаешься. Отвлечешь его собой. Я не знаю. Придумай что — нибудь, — нервничала Марго. — Пожалуйста. Я понимаю, тебе трудно. Саша ушел от тебя. Но, черт, он ведь по телефону слушать меня не станет. Прошу тебя.