Нас связала любовь - Джо Гудмэн

— Вы слышали что-нибудь о привидении? — вдруг спросила Скай.

Корина взглянула на нее, не отрываясь от работы.

— О привидении? Я не ослышалась? А, вы имеете в виду эти россказни о Гамильтоне Гринвиле? — Она пожала плечами. — Такими вещами я не интересуюсь. Я не стала бы здесь работать, если бы верила в это. — Она внимательнее взглянула на Скай. — Значит, наслушались этих историй? Только не говорите, что проспали из-за этого.

— Слава Богу, нет. — Скай натянуто улыбнулась. — Нет, я просто плохо спала. Бессонница. Утром еле встала. Простите, что подаю дурной пример.

Лицо миссис Ридинг было таким же бесстрастным.

— Надеюсь, это не повторится?

Значит, кухарке мало того, что она честно признала свою вину. Хорошо, если другие отнесутся к этому снисходительнее.

Энн не стала и слушать извинений Скай; она уже простила ей все.

— Не огорчайся, — искренне проговорила она. — Наверное, я просто дура, что верю в привидения. Пусть это послужит мне уроком. Со временем ты убедишься, что я не обижаюсь на такое.

— Ты очень добра, — ответила Скай. — Обещаю впредь не испытывать твое терпение. А где Мэт?

— Ушел с Кейном. Он решил показать мальчику пруд с лебедями.

— Пруд с лебедями?

— Кейн сказал, что это где-то в лесу и они вернутся через час. — Энн вдруг встревожилась: — Как, по-твоему, ничего, что я отпустила Мэта? Ведь мистер Кейн сам предложил.

— Может, он надеялся, что ты его не отпустишь. А давно они ушли?

— Да только что!

Скай решила, что у нее есть минут сорок пять до их возвращения.

— А мистер Парнел?

— Кажется, он встал раньше всех и отправился в свою мастерскую.

— А Хэнк сейчас с лошадьми? — спросила Скай. — А Роуз…

— С сестрой и Дженни в гостиной. Тебя не было утром, и все занялись тем же, чем вчера. — Затем Энн шепнула: — Только миссис Ридинг и мистер Кейн заметили, что тебя нет. Они, похоже, беспокоились.

— Пусть близняшки и Дженни пока работают в гостиной, а я осмотрю кое-что наверху.

Энн кивнула и, взяв тряпку, принялась вытирать полки.

Скай начала осмотр с коридора, куда выходила и дверь ее комнаты. Она записала кое-что в блокнот, потом зашла в свою комнату, чтобы измерить ее. Быстро начертив в блокноте план своей квартирки, она проставила размеры.

Спальня Парнела, напоминающая букву «Г», была гораздо больше. Дверь слева от камина вела в прихожую Скай. Повернув ручку, девушка поняла, что она заперта. Ключа в замке не было. Скай уже собиралась уйти, как вдруг платье за что-то зацепилось. Присмотревшись, она увидела гвоздь.

Забитый в дверной косяк и загнутый, он служил чем-то вроде запора. Рядом с ним в косяке оказалось еще пять мелких гвоздей. Четыре располагались по углам, а пятый был вбит сверху посередине. Скай поняла, что искать ключ незачем. Чтобы открыть дверь, нужно просто отогнуть гвозди.

Она весело рассмеялась. Смутные подозрения, которые и заставили ее осмотреть комнату Парнела, подтвердились. Обозначив в своем плане кое-что еще, Скай положила блокнот в карман фартука.

Комната Парнела была меблирована почти так же, как и ее, но мебель здесь была более темная и громоздкая. Стеклянная дверь вела на балкон, значительно больший, чем у нее. Один от другого отделяли добрые десять футов.

Малиновый халат Парнела висел в шкафу, таком огромном, что его не удалось втиснуть в гардеробную. Напротив него оказалась еще одна дверь; она тоже вела в комнату Скай, но там ее заслонял шкаф.

Скай забыла о времени и поэтому вздрогнула, услышав детский смех. Схватив грязную одежду, она вышла в коридор, и к ней тут же подскочил Мэт.

Поднявшись по лестнице, Уолкер увидел ножку Мэтью, выглядывавшую из-под юбки Скай.

— Некоторым можно только позавидовать!.. — с чувством проговорил Уолкер и усмехнулся.

Скай вытащила Мэта на свет божий.

— Твоя мама обещала, что ты не будешь вертеться под ногами, — сказала она, щелкнув мальчишку по носу.

Он бросил на нее лукавый не по годам взгляд. Заметив этот взгляд, Уолкер рассмеялся:

— Вот и я думаю о том же, молодой человек.

— К счастью, он не так испорчен, как вы, — сказала она и пошла прочь.

Уолкер догнал ее на лестнице. Черная лестница была не освещена: окошко на площадке второго этажа давало немного света, а вниз он и вовсе не проникал. Скай ступала неуверенно.

— Все в порядке? — спросил Уолкер. — Здесь лучше не ходить без лампы или свечи.

Со временем она вспомнит эти слова.

— Спасибо, мне и так неплохо.

Уолкер улыбнулся. Ему нравилось, что она отвечала колкостью на любую его реплику. Ни слова не говоря, он проследовал на кухню, стянул из-под носа миссис Ридинг булочку с корицей и вновь появился перед Скай.

— Уж не преследуете ли вы меня? — спросила она, усадив Мэта на стул. — Лучше бы вы уделяли побольше внимания Парнелу. — Она выдвинула ящик буфета, достала оттуда полотенце, несколько вилок и ложек, затем положила все это перед Мэтом и быстро показала ему, как чистят столовое серебро. Это ему понравилось, и он весело рассмеялся.

Уолкер отнесся к этому скептически:

— Неужели вы думаете, что он сумеет почистить серебро?

Скай презрительно взглянула на Уолкера:

— Я думаю, он просто поиграет, пока вы найдете его мать и приведете ее сюда. Ей есть чем заняться здесь. — Взяв второе полотенце, Скай тоже принялась протирать приборы.

Уолкер стоял, вопросительно подняв брови, и даже не думал уходить.

— В армии, — спокойно проговорил он, — капитан, отдав приказ, обычно орет: «Выполняйте!»

Скай не удержалась и показала ему язык. Увидев, что у нее поднялось настроение, Уолкер улыбнулся:

— Вот теперь все в порядке. — Он повернулся, по-военному щелкнув каблуками, и вышел.

Утренние события постепенно забывались. Головная боль прошла, и в глазах Скай появился обычный блеск. К обеду она закончила осматривать дом. Скай не попала лишь в подвал и в запертые чуланы.

Вечером Скай лишь слегка перекусила, решив, что проблемы прошлой ночи были связаны с перееданием. На кухонном столе стояли те же блюда, что подавали Парнелу и Уолкеру в столовую. Роуз и Дэйзи Фэрроу то и дело прерывали трапезу, чтобы отнести мужчинам очередное блюдо. Энн протирала подносы и убирала остатки еды в ящик со льдом.

Скай сидела за столом с Мэтом, Хэнком и Дженни. Она не притронулась к устрицам и креветкам, ограничившись лишь бульоном и овощами. Энн уговаривала ее съесть что-нибудь еще, но Скай отказалась.

Вечером, когда Скай уже направлялась к себе, ее окликнули. Она остановилась возле открытой двери гостиной. Джонатан Парнел и Уолкер Кейн сидели друг против друга в огромных кожаных креслах и курили сигары. Сизый дымок вился над ними, и как только она переступила порог, лицо ее выразило неудовольствие: Скай не переносила табачного запаха. Хорошо, что отец давным-давно бросил курить.