Время моей жизни - Сесилия Ахерн

Мелани улыбнулась, обняла меня и ласково похлопала по спине.

— Отлично. Только нам придется читать по губам, у нас, как ты знаешь, шумновато. Ох, Люси, — добавила она, — я за тебя беспокоюсь, душа моя.

Я застыла. Она, видимо, почувствовала это и сразу отстранилась.

— Что значит — беспокоишься за меня?

Вид у нее был растерянный, точно она случайно допустила промах.

— Я не хотела тебя обидеть. Люси, ты не обиделась?

— Еще не знаю. Я не знаю, что имеют в виду друзья, когда говорят, что беспокоятся за тебя.

За столом все замолчали и слушали нас. Я пыталась выглядеть беззаботной, но мне все-таки хотелось понять, в чем тут суть. Раньше Мелани никогда подобных вещей не говорила, почему теперь сказала? Что со мной не так, почему все вдруг принялись обо мне тревожиться? Я вспомнила ее фразу про вечеринки, с которых я ухожу первая. Возможно, это далеко не всё, что она обо мне втайне думает и о чем я не подозреваю. Интересно, может, они все здесь замешаны? Все подписали те бумаги, о которых говорили мама с Райли? Я обвела их взглядом. Лица встревоженные.

— Да в чем дело? — лучезарно улыбнулась я. — Чего вы на меня так смотрите?

— Не знаю, как остальные, а я надеялся, что вы сцепитесь как кошки. — Дэвид иногда говорит неожиданные вещи. — Будете кусаться, царапаться, волосы друг дружке драть.

— Срывать одежду, кусать за соски, — добавил Джейми, вызвав дружный хохот.

— Не буду я с нее срывать одежду, — я обняла Мелани за голые плечи, — на ней и так почти ничего нет.

И все снова засмеялись.

— Мне просто стало любопытно, — весело продолжала я, — что это Мелани вздумалось обо мне беспокоиться. Возможно, она не одна такая? Что вас всех тревожит?

Они отвечали по очереди, и я поняла, как они меня любят.

— Каждый день, когда ты садишься за руль своей драндулетки, я нервничаю, — сказала Лиза.

— Я беспокоюсь, что ты выпьешь больше меня, — признался Дэвид.

— Опасаюсь за твой рассудок, — ухмыльнулся Джейми.

— Меня смущает это платье в сочетании с туфлями, — хихикнула Шантель.

— Супер. Кто-нибудь еще хочет пнуть меня? — засмеялась я.

— Я совершенно о тебе не беспокоюсь, — сказал Адам.

Никто, кроме меня, не понял, что он на самом деле имел в виду.

— Прекрасно. На этой радостной ноте я вас покидаю. Мне завтра очень рано вставать. С днем рождения, Лиза. Пока-пока, пузо. — Я чмокнула ее в беременный живот.

И ушла.

Домой поехала на автобусе. Себастиан проходил обследование, и ему делали всякие промывания, поэтому сегодня он будет спать в мастерской.

У меня запищал мобильник.

— Впечатляющие резцы. Может, пришлете еще фото, чтоб я собрал пазл по частям? Если ваш бойфренд не против?!

— Старо.

— Это не ответ.

— Ответ, но не тот, что вы хотели.

— Что вы делаете завтра?

— Занята. Меня будут увольнять.

— Бойфренд… работа… Тяжелая неделя. Готов помочь чем могу.

— Знаете испанский?

— Обязательное требование для бойфренда?

— Говорю же, старо. Нет. Обязательное требование у меня на работе. Завтра всплывет жуткая правда — я испанонеговорящий переводчик с испанского.

— Сочувствую. Estoy buscando a Tom. Это значит «Я ищу Тома». Пригодилось в Испании. Больше ничего сказать ни разу не дали.

Вечером, лежа в кровати и слушая уроки испанского на плеере, я получила сообщение:

Медленно, но верно обрабатываю ваши завиральные показания. Точно не беззубая, не замужем, возможно, с бельмом и десятком детей. Завтра продолжим расследование.

Я поднесла телефон к лицу и сфоткала свои глаза. Получилось хорошо только с четвертой попытки. Отослала ему. Подождала, но он не ответил. Может, я зашла слишком далеко…

Совсем поздно вечером телефон запищал, и я тут же открыла сообщение.

А вы пришлите свои…

А потом я долго рассматривала его ухо — идеальной формы и без всяких пирсингов.

Я улыбнулась. Откинулась на подушку и задумчиво уставилась в потолок.