Ребёнок магната. Не.Разлучные. - Вероника Лесневская

Покидаю офис, сажусь в машину и направляюсь в особняк. Но сердце не на месте. По пути опять пытаюсь дозвониться. На этот раз абонент не в сети. Проблемы со связью?

Плевать. Все равно скоро дома буду.

Внезапный входящий заставляет меня вздрогнуть и резко крутануть руль, из-за чего едва не выезжаю на встречку. Вернувшись на свою полосу, зажимаю кнопку громкой связи.

— Да неужели! — на весь салон разносится бодрый голос. Правда, совсем не того человека, которого я хотел бы услышать сейчас. — Я со вчерашнего дня тебе дозвониться не могу! Я в Польше уже.

— Да, Вадим, — приветствую разочарованно. — Ты что хотел? — вникаю в смысл его последней фразы. — В смысле, ты в Польше?

— Во-от как, значит? — с деланным возмущением тянет он. — К тебе сам владелец международного медиахолдинга примчался. Лично интервью брать. А ты не рад? Что, даже чаю не нальешь? Молчу уже о чем покрепче, — смеется расслабленно.

— Кхм, — делаю паузу, а сам лихорадочно вспоминаю, на хрена Шторм прилетел.

— Я, между прочим, ради тебя дела в России все бросил, — заставляет меня чувствовать вину. — И дочурку на жену оставил, — добавляет недовольно.

— Разве это не нормально? — удивляюсь его недоверию к супруге.

— Не в моем случае, — бросает небрежно. — Ладно, не важно. Не ты ли просил организовать пиар-кампанию тебе? Сразу после того, как Адам бизнес на тебя переписал. Мы же обсуждали!

— Не мне, а сети компаний Левицких, — уточняю я недовольно. Терпеть не могу показуху, но выбора нет. — У нас не лучшие времена сейчас. И смена руководства не сыграла в плюс.

— В общем, я созвонился со своей информационной службой в Польше. Съемочная группа уже выдвигается к тебе в особняк. Покажем и расскажем, какой единственный и неповторимый новый собственник…

— Не единственный, — перебиваю тихо.

— На месте разберемся. Я решил, что проведем все в домашней обстановке. Аудитория любит подглядывать за чужими семьями. Тем более, если ты — фармацевтический магнат, — хохочет с сарказмом. — Родню твою захватим в кадр, жену…

— Без жены, — чеканю я.

— Прости, я не знал, что у вас напряженные отношения, — по-своему трактует мой отказ Вадим.

— Нормальные у нас отношения. Дружеские, — мягко вхожу в поворот и выравниваю руль. — Анна филиал возглавляет в соседнем городе. Мы… не живем вместе, — не вдаюсь в детали. — Не стоит ее дергать.

— Поздно, друг, — убивает меня он наповал. — Я же тебе дозвониться не мог. И Роман, заместитель мой, контакты жены твоей нашел. Он кого угодно из-под земли достанет, ты же знаешь, — усмехается Шторм, а мне совсем не весело сейчас. Жду продолжения, как приговора. Смертного. — В общем, твоя благоверная тоже едет в особняк. Поиграете на камеру и разбежитесь…

— Какого?.. — не сдержавшись, ору я.

— Ну, при встрече обсудим, — почуяв запах жареного, нагло отключается Вадим.

С размаха бью рукой по панели. От удара распахивается бардачок, и из него вылетают документы, которые я вожу с собой все время, пока длится процедура усыновления Даниэля. На пассажирское сиденье отскакивает паспорт, а следом вылетает… свидетельство о браке.

Символично, чтоб его!

Вдавливаю педаль газа в пол, обгоняю автомобили впереди, проскакиваю на мигающий желтый.

Успеть. Поговорить. С Микой!

Но, судя по ее отключенному телефону, миссия провалена.

Черт!

* * *

Доминика

Поднимаю голову, и телефон выскальзывает, но в последний момент я успеваю его поймать, ненароком зажав кнопку отключения. Покосившись на потухший дисплей, возвращаю взгляд на странную гостью.

— Новак? — прищуриваюсь с подозрением, до конца не желая верить в предательство Яна. — Не Левицкая?

Какая, к черту, жена? У нее даже фамилия другая! Да и супруга — не пустяк, как он собирался прятать ее от меня все это время? Глупость какая-то.

Именно поэтому становлюсь на пороге, уперев руки в бока, и полностью преграждаю Анне путь. Мне плевать, в каких списках она значится. В моем личном — нет ни ее смазливой мордашки, ни дурацкой фамилии!

— Так я на девичьей осталась. Таков мой выбор. В современном мире женщине не обязательно обозначать свою принадлежность мужчине, — говорит уверенно и быстро, словно заранее репетировала.

— Допустим, — ощущение, что меня пытаются обвести вокруг пальца, не исчезает. Наоборот, усиливается.

— Я могу войти? — делает шаг, но замирает, споткнувшись о мой недовольный взгляд. — Мне бы еще к съемке подготовиться…

К какой еще съемке?

— Стоять! — произношу спокойно, но твердо. — Я ничего не понимаю, — отрицательно качаю головой. — А пока я не пойму, никто никуда не идет, — киваю ей на крыльцо, и она пятится растерянно. — Я сейчас Яну позвоню.

Я настроена решительно. В этом доме — люди, которые мне дороги. А теперь еще и малыш во мне. И я буду грызть за каждого из них.

Поэтому злой волчицей смотрю на незнакомку, чтобы даже не вздумала меня ослушаться.

— Хм, да, конечно, — хлопает ресницами бизнес-леди.

Снимаю телефон с блокировки, замечаю входящее от Яна.

«Люблю».

Исподлобья зыркаю на Анну, и она сжимается испуганно. Выбираю контакт Яна, но палец зависает над сенсором.

— Анечка? — раздается за спиной голос Адама.

От неожиданности роняю телефон, который стремительно встречается с бетоном и разлетается на части. Вскоре и я вместе с ним рассыпаюсь осколками битого стекла. В ту самую секунду, когда дед обходит меня и обнимает гостью, как старую добрую знакомую.

В моем мозгу что-то щелкает, активируя заброшенные воспоминания.

Анна Новак. Одногруппница Яна, его подруга, коллега и… О ней шептались Левицкие до моего побега. И именно она должна была стать его женой.

Неужели за три месяца, что я жила в России, они все-таки узаконили отношения. Зачем тогда ему нужна я?

— Анна представилась как жена Яна, — тихо проговариваю, обращаясь к деду.

До последнего надеюсь, что все это какая-то ошибка.

— Кхм. Разве он не объяснил тебе?.. — хмурит брови дед. И ему не нужно продолжать — я по реакции все понимаю. В груди все рвется на лоскутки, а сердце покрывается коркой льда.

Однако внешне я стараюсь выглядеть по-прежнему невозмутимо. На помощь приходит моя броня, которую я отбросила за ненадобностью. Как оказалось, зря…

Адам берет меня за локоть и к себе разворачивает, заставляет посмотреть ему в глаза. Собирается рассказать нечто важное, судя по выражению его лица.

Но нас прерывают.

К нам приближается начальник службы охраны вместе с очередным незнакомцем.