Всё дело в тебе - Эльвира Смелик

Преподавателю физкультуры было под сорок. Круглое щекастое лицо, светло-русые волосы на макушке длиннее, а по бокам и на затылке подстрижены очень коротко, почти под «ёжик». Коренастый и невысокий, он по-прежнему оставался очень даже спортивным и натренированным, на равных играл с парнями в футбол и волейбол и держался вполне по-дружески, а летом всегда ездил со студентами на турслёты.

Увидев задолжников, он коварно ухмыльнулся.

— Какие люди! Добро пожаловать. Компания у вас подобралась хорошая. Да, Чернавина?

— А чего хорошего-то? — мрачно откликнулась Даша.

Вот как чувствовала, как знала.

Шагнула сквозь дверной проём и застыла, разглядев студентов, потихоньку выползающих и раздевалок и собирающихся возле низких лавочек у дальней стены зала.

Ну это ж надо! Реальность над ней потешается? Или просто заливисто ржёт и потирает руки от удовольствия, подкидывая подобные сюрпризы.

Даша, конечно, ожидала, что четвёртой парой физкультура будет у какой-то группы, но не у третьего же курса дизайнеров. И что, теперь ей наматывать двадцать кругов по стадиону под насмешливые прибаутки Николая Витальевича, пыхтя и задыхаясь (да, не настолько она великая спортсменка!), на глазах у Юры и Лакшина?

Она досадливо попятилась и едва не налетела на физрука.

— Что такое, Чернавина? — с наигранным сочувствием поинтересовался тот. — Передумала?

— Нет, не передумала, — Даша развернулась, с надеждой и страданием глянула Николаю Витальевичу в глаза, проговорила чуть ли не со слезами в голосе: — Но можно… чтобы не бегать?

— Ага, — кивнул физрук, улыбнулся широко и радостно. И ехидно тоже. — Можно не бегать. Можно попрыгать. В длину, через скакалку.

— В длину я же прыгала, — негодующе напомнила Даша. — А вот если вообще что-нибудь другое?

— Например? — задумался Николай Витальевич и тут же сам предположил: — Ещё один реферат написать? Страниц так на двадцать-тридцать.

— Нет, — торопливо возразила Даша. Реферат она тоже уже писала, не в качестве отработки, а как положено по программе, и больше не хочется убивать время за столь бессмысленным занятием. Только если совсем нет другого выхода. А он, возможно, есть. — Давайте, я лучше что-нибудь протру, помою? — она опять уставилась на физрука с надеждой, добавила убеждённо: — Это ведь тоже физическая нагрузка. — И принялась перечислять, пока он не успел возразить: — Столы, шкафы, тренажёры, мячи…

— Окно, — перебил Николай Витальевич. — В тренерской.

— Да! — радостно воскликнула Даша. — Самое то. Я согласна.

— Хорошо, Чернавина, уговорила, — смилостивился физрук. — Грех пропадать такому энтузиазму. Пошли, пока пара не началась, выдам тебе инвентарь.

Вот так Даша и оказалась в одиночестве в небольшой кабинете, расположенном в углу спортивного зала, вполне довольная сложившейся ситуацией. Раковина здесь была, и, значит, за водой никуда идти не надо. Подходящие тряпочки легко нашлись, и даже жидкость для мытья стёкол. А окно — стеклопакет, без двойных створок, как обычно бывает в старых домах. То есть вообще никаких проблем. В своей комнате Даша давно окно сама мыла. Правда, уходя, Николай Витальевич распорядился:

— Окно и стеклянные дверцы в шкафах. Ясно?

Даша послушно кивнула.

— Хорошо! Как скажете.

Физрук хмыкнул, посмотрел недоверчиво:

— Как-то подозрительно всё это.

— Почему? — удивилась Даша. — Я просто бегать не люблю. — А если по-честному, терпеть не могла, но, наверное, не стоило так вот прямо заявлять о подобном преподавателю физкультуры. — Ну, то есть, получается у меня не очень.

— Ладно-ладно, Чернавина, не объясняй, — Николай Витальевич безнадёжно махнул рукой. — За два года я и сам заметил. Работай давай. Отрабатывай. В меру талантов и возможностей. — И ушёл.

Даша окинула взглядом тренерскую, обнаружила видавший виды музыкальный центр. Ничего ведь не случится, если она его включит? По-скромному, всего лишь встроенное радио. Она даже особо выбирать не стала, оставила первый попавшийся канал с более-менее приличной музыкой, расчётливо отрегулировала громкость и действительно приступила к работе. Начала со шкафов — это вообще ерунда, а потом сдвинула к краю жалюзи и забралась на подоконник.

Всё было просто классно, особенно по сравнению с двадцатью кругами по стадиону. Окно не слишком большое, стёкла не такие уж грязные, с улицы прилетал ветерок, взбадривая и освежая, музыка создавала настроение. Даша даже подпевала и пританцовывала, на несколько секунд забывая про главное занятие.

Внезапно ветерок окреп, резким порывов ворвался в тренерскую, взъерошил волосы, зашуршал плотными полосками жалюзи, попытался сбросить со стола несколько листов бумаги. Даша торопливо захлопнула раму, оглянулась через плечо.

Ну, точно! Кто-то открыл дверь и вошёл. То есть не кто-то, а — прямо наказание какое-то! — Лакшин.

Шагнул через порог, застыл, озадаченно воззрился на Дашу, чуть сведя брови.

— Ты что здесь делаешь?

— А совсем непонятно? — откликнулась она. Сейчас, стоя на подоконнике, Даша была выше, причём гораздо выше, и с полным правом могла смотреть сверху-вниз. — Окно мою. А ты?