Извращенные эмоции - Кора Рейли

— Пошли, — сказал я, и Римо позволил мне идти впереди, потому что это был мой крестовый поход.

Держась в тени, мы нашли Дюранта в саду с женой, громко смеющимся и сжимающим в руке бокал вина.

— Надеюсь, он не пьян, — пробормотал Римо. — Не хочу, чтобы он пропустил ночь своей жизни.

— Мы его протрезвим, — тихо сказал я, глядя на него. Он был высокий, широкоплечий, но с животом, которое говорило мне, что он давно не дрался. Впрочем, это не имело значения.

Римо усмехнулся.

— Изнасиловать ребенка. От этого даже у меня мурашки по коже. Надеюсь, он не из тех, кто быстро теряет сознание.

— Мы проследим, чтобы этого не произошло. — я хотел, чтобы он наслаждался каждой секундой своих последних часов.

Фабиано стоял в стороне, возле буфета с Лукой. Было нетрудно прочесть эмоции Капо. Он был в ярости.

— Пошли, — сказал я Римо. — Давай схватим Дюранта.

Он не нуждался в дальнейшем поощрении. Я сжал свой охотничий нож, пальцы сжали гладкую деревянную рукоятку, когда мы с Римо двинулись вдоль края вечеринки. Большинство людей были пьяными.

В тот момент, когда Дюрант заметил меня и моего брата, его глаза расширились. Он выронил стакан и повернулся, убегая с вечеринки, оставив жену стоять с ошарашенным выражением лица. Римо вздохнул.

— Почему они всегда думают, что могут сбежать?

Я побежал трусцой и заметил Дюранта, спотыкающегося на спуске к воде. Возможно, он надеялся добраться до одной из лодок и спастись. Добравшись до нужного места, я остановился и метнул нож. Дамасский клинок великолепно блеснул в лунном свете, прежде чем вонзиться Дюранту в икру.

Его пронзительный крик был хорошим началом ночи. Никаких криков удовольствия сегодня. Только агония. Дюрант упал на колени, схватившись за икру.

— Мило, — признал Римо, останавливаясь рядом со мной. Дюрант поднялся на ноги и попытался доковылять до ближайшей лодки, но не смог надавить на раненую ногу. Он должен был вытащить нож; это либо помогло бы ему двигаться быстрее, либо заставило бы его быстро истекать кровью. И то, и другое было бы лучше, чем то, что ожидало его в наших с Римо руках.

Мы подошли к нему, и Римо повернулся к нему лицом.

— Почему ты уезжаешь? Веселье вот-вот начнется.

Дюрант отступил на шаг. Я сбил его с ног, и он упал на колени. Я потянулся за ножом и повернул его. Он закричал, его глаза встретились с моими.

— Что бы она ни сказала, маленькая шлюха солгала.

— Откуда ты знаешь, что это из-за Киары? — тихо спросил Римо.

— Возможно, я не выношу твоего лица. Мы с Нино убивали и за меньшее.

Дюрант переводил взгляд с меня на брата, его дыхание участилось. Ужас начал наполнять его вены, как яд. Я знал предательские признаки. Это было только начало.

Я наклонился, скривив губы.

— Ты признаешься в этом достаточно скоро, и до восхода солнца ты будешь молить Киару о прощении, поверь мне.

Снова крутанув нож, я оставил его в ноге. Я подал Римо знак, и мы подняли Дюранта на ноги. Когда мы потащили его обратно к дому, Лука и Фабиано преградили нам путь. Лука смотрел на дядю без всяких эмоций.

— Это моя территория, а Дюрант часть семьи.

Я встретился с ним взглядом.

— Это правда, но именно я разорву его на части. Или ты хочешь сказать, что поступил бы иначе, если бы кто-то опозорил Арию до ее брачной ночи?

Лука ухмыльнулся.

— Я убил бы всех, кто помешал бы мне вынести наказание. — затем выражение его лица стало жестким. — Мне нужно увидеть Киару, прежде чем я позволю тебе начать… — его глаза метнулись к ножу в икре Дюранта, — или продолжить.

— Лука, — начал Дюрант, но Римо дернул его за руку, и слова замерли в крике.

— Мы продолжим, Лука, но, конечно, ты можешь быстро поговорить с моей женой, если она согласится.

Лука сжал губы, но резко кивнул. Он последовал за нами, пока мы тащили Дюранта к особняку. Несколько человек заметили эту сцену и открыто уставились на нее. Маттео подбежал к нам, но Ромеро остался с сестрами Скудери.

— Я знал, что этот день закончится гребаной кровавой свадьбой, — пробормотал Маттео после того, как Лука посвятил его в детали.

— Конечно, я надеялся, что это даст мне шанс всадить нож в одного из вас, ублюдков.

— То же самое, — сказал Римо с опасной усмешкой.

Мы не остановились, и когда проходили мимо патио, Джулия заметила нас. Она оторвалась от своего мужа Кассио и бросилась к нам, когда мы вошли в фойе.

— Ты должна уйти, — твердо сказал ей Лука.

Она встала на нашем пути и посмотрела на Дюранта.

— Сегодня ты наконец получишь то, что заслужил за то, что сделал с Киарой. — она встретилась со мной взглядом. — Заставь его заплатить.

— О, обязательно.

Подошел Кассио и оттащил жену. Он посмотрел на Луку, положив руку на пистолет.

— Тебе нужна помощь?

— Нет, — ответил Лука. — Это дело Каморры.

Я наклонил голову, удивлённый его ответом. Когда мы вошли в спальню, Киара стояла перед окном, одетая в брюки и толстый свитер. Увидев дядю, она побледнела и попятилась, ударившись о стену.

Мы с Римо бросили ее дядю на пол.

— Что ты им сказала, предательница? — прорычал он.

Я резко выдернул нож из его икры, наклонился и ударил его кулаком в горло, чтобы заставить замолчать. Он зашипел и упал вперед.

Киара наблюдала за происходящим широко раскрытыми глазами. Лука сделал несколько шагов к Киаре, но она вздрогнула, все еще не оправившись от ужаса. Я преградил ему путь.

— К сожалению, я не могу позволить тебе приблизиться к моей жене.

Лука нахмурился, но кивнул.

— Она твоя. — Потом он заговорил с Киарой. — Я могу позволить Нино наказать Дюранта, только если знаю, что он этого заслуживает.

Киара обхватила себя руками за грудь, с трудом сглотнула, посмотрела на дядю и отвернулась. Некоторое время она ничего не говорила, но ее начало трясти.

— Мне было тринадцать, — прошептала она и всхлипнула. Ее темные глаза встретились с глазами Луки, и то, что он увидел на ее лице, убедило его, потому что его лицо окаменело, когда он посмотрел на Дюранта.

— Ты подчиняешься решению Каморры, дядя. — Его губы растянулись в улыбке, похожей на ту, которой славился Римо. — Я бы посоветовал тебе надеяться на милосердие, но мы знаем, что ты не получишь его не от Нино и не от Римо.

Милосердие?