Извращенные эмоции - Кора Рейли

Дюрант закашлял, все еще пытаясь вернуть голос после моего удара в горло.

— Лука, я твоя семья.

Лука усмехнулся.

— Ты насильник детей. Ты не член семьи. — Лука перевел взгляд с Киары на Дюранта, потом на меня. — Не запачкай кровью потолок и стены. Эта заноза в заднице, так что рисуй им.

— Лука! Ты не можешь этого сделать! — умолял Дюрант. Он упал вперед и схватил Луку за ноги. — Умоляю тебя.

Лука прищурился.

— Отпусти меня. — когда Дюрант этого не сделал, Лука схватил его за воротник и отшвырнул от себя. Дюрант, вздрогнув, поднялся на ноги, и я преградил ему путь.

Вошел Маттео и протянул веревку Римо, который взял ее с кривой улыбкой. Затем семья Консильере ушла. Лука тоже вышел, но прежде чем закрыть дверь, сказал:

— Не тревожьте соседей своими криками и не кормите его членом. Я хочу вручить его вместе с простынями утром, чтобы передать сообщение моим людям.

— Не волнуйся, у него достаточно других частей тела, которыми мы можем его накормить, — сказал Римо. — Его яйца могут сработать.

Лука закрыл дверь. Дюрант взглянул на Киару, застывшую на диване рядом с кроватью.

— Пожалуйста, Киара.

Я ударил его кулаком в рот. Он упал навзничь, хрипло крича.

— Ты не будешь обращаться к ней. Ты не посмотришь на нее, пока она не разрешит.

Дюрант прижал ладонь к кровоточащему рту, стонал и плакал.

— Если ты уже плачешь, то ночь будет нелегкой для тебя, — сказал Римо, вытаскивая нож. Потом рассмеялся.

— Тебе нужна моя помощь? — спросил Фабиано. Он уже засучил рукава и всегда был полезен, когда дело касалось пыток, но сегодня мы с Римо справимся.

— Нет. Попроси доктора Фамильи сделать переливание. Я не хочу, чтобы он умер слишком рано, — сказал я ему. Фабиано тут же умчался.

Дюрант попятился, когда я приблизился. Я схватил его и толкнул к кровати. Он попытался слезть, но я толкнул его вниз и ударил кулаком по яйцам. Он закричал, и я наклонился над ним, глядя в его наполненные болью и ужасом глаза, когда я засунул носок ему в рот.

— Твои крики не будут слышны так же, как крики Киары, когда ты вонзил в нее свой член. — Я показал ему свой нож и пробормотал:

— Я вставлю мой клинок в каждый чертов дюйм твоего тела. Надеюсь, тебе понравится так же, как и мне.

Я сделал знак Римо, и он вышел вперед с веревкой. Мы связали Дюранта с распростертым орлом. Оттолкнувшись от кровати, я начал расстегивать рубашку и стряхнул ее. Римо тоже снял рубашку. Не было смысла портить наши белые рубашки.

— Ты хочешь, чтобы она осталась?

Я случайно взглянул на Киару, которая не двигалась с дивана, ее глаза были огромными, когда она смотрела на своего дядю.

— Ты можешь идти, — сказал я ей.

— Иди в мою комнату, — сказал Римо. — Можешь спать там. Я буду слишком раздражен после этого, чтобы спать.

Она моргнула, потом слегка кивнула, но не сдвинулась с места. Возможно, ей нужно было посмотреть. Я повернулся к ее дяде.

— Во-первых, я собираюсь разорвать каждый из твоих пальцев, — я ему объяснил. — Пальцы, которые прикасались без разрешения.

Я кивнул Римо.

Я схватил Дюранта за левую руку, Римо за правую.

— Это будет больно. Но не волнуйся, ты привыкнешь к боли. Когда это произойдет, я позабочусь о том, чтобы тебе было немного тяжелее.

ГЛАВА 7

• ────── ✾ ────── •

КИАРА

Я вздрагивала каждый раз, когда раздавались сдавленные крики дяди, когда Римо и Нино ломали ему пальцы. Но я смотрела не на дядю, а на лицо мужа. Выражение его лица было острым и внимательным, когда он наблюдал за моим дядей, как будто он проводил интересный эксперимент.

Затем они начали срезать с него одежду, снова и снова разрезая кожу. Я вскочила на ноги. Я не могла смотреть на это, не могла видеть его голым, не могла больше слушать его приглушенные крики.

Нино посмотрел на меня и помешал брату снять с дяди трусы. Нино подошел ко мне.

— Хочешь услышать, что он скажет, прежде чем ты уйдешь?

Я не была уверена, но слегка кивнула.

Нино вернулся и вытащил носок изо рта дяди.

— Прости, — прохрипел Дюрант. — Пожалуйста, прости меня.

Его глаза умоляли меня. Нино посмотрел на меня холодными серыми глазами, лишенными эмоций, несмотря на то, что он делал с моим дядей.

— Ты прощаешь его?

Смогу ли я простить его? Сможете ли вы простить, что ваше детство было разрушено? Имея свою невиновность, которую от вас оторвали? Потерять это детское доверие к своей семье самым худшим образом?

— Нет, — ответила я.

Нино сунул носок Дюранту в рот.

Мне пришлось уйти, когда Нино опустил нож на грудь дяди. Я закрыла дверь и судорожно вздохнула, затем напряглась, заметив, что Фабиано направляется ко мне с сумками для переливания крови. Я отодвинулась в сторону, чтобы он мог войти, но через мгновение он вернулся с пустыми руками.

— Я отведу тебя в комнату Римо. Нино присоединится к тебе позже.

Я ничего не сказала, просто смотрела на высокого блондина. Мы шли молча, и когда я вошла в комнату Римо, он оставил меня в покое. Я подошла к кровати и забралась под одеяло, вглядываясь в темноту. Кровать была слишком тяжелой от воспоминаний о прошлом, даже если это была не та кровать, где это произошло.

Выскользнув из кровати, я свернулась калачиком в одном из кресел, не утруждая себя одеялом.

Много позже дверь со скрипом отворилась. Когда из коридора полился свет, я увидела Нино в свадебном костюме. Затем он закрыл дверь, погрузив нас в темноту. Он остановился на полпути к кровати.

— Можешь спать в кровати. Сегодня она Римо не понадобится. Она наша.

Я сглотнула.

— Я уже много лет не сплю в постели.

— Почему? — в его голосе не было осуждения, только легкое любопытство.

— Потому что именно там это и произошло, — задохнулась я.

— Он умолял о смерти, если это хоть как-то тебя утешит.

У меня перехватило дыхание. Так ли это? Этого не должно было быть, но часть меня почувствовала утешение.

— Спасибо, — прошептала я.

— Власть, которую он все еще держит над тобой… это то, что ты должна сломать.

Я встала и медленно подошла к кровати. В тусклом свете я могла различить только высокую фигуру Нино, но у меня было ощущение, что он наблюдает за мной.

Я легла и укрылась одеялом. Тень Нино сдвинулась, и я услышала шорох одежды. Он снимал