Желанная моя - Барбара Фритти

Она была удивлена и тронута тем, что он помнит.

– Детские мечты, Брейден. Я выросла. Мне нужна была постоянная и хорошо оплачиваемая работа. Я искала стабильности и находила ее в работе с цифрами. Впрочем, особого выбора не было. – Может, со стороны ее выбор кажется невероятно скучным, поняла Алекса, зато она больше не тонет в хаосе.

В глазах Брейдена засветилось понимание.

– Алекса, после того, как ты рассказала мне о твоей жизни после развода родителей, я понял, почему тебе пришлось строить стабильную жизнь.

– Я рада, что ты понимаешь, – с облегчением вздохнула Алекса. Слава богу, больше не надо оправдывать и защищать свою работу, тем более что чем активнее она убеждала Брейдена, тем отчетливее осознавала пропасть между своими детскими мечтами и теперешней жизнью. Подобные разговоры всегда заставляли ее подвергать сомнению все свои решения.

– Итак, работа у тебя хорошая, а как насчет остального? Ты с кем-нибудь встречаешься?

– Сейчас нет.

– Почему?

– Слишком много работала, ни минутки свободной. Но у меня были парни, – спохватилась она. Пусть Брейден не думает, что она вечная одиночка.

– Уверен, их было много.

– Но без серьезных обязательств, – неожиданно для самой себя призналась Алекса. – Это моя вина. Я слишком разборчива и слишком труслива. Я даже не уверена, что стремлюсь к любви. Она может причинить страшную боль. Я не хочу снова пройти через это.

– Не все браки заканчиваются разводами.

– Твой закончился. – Она немедленно пожалела о своих словах, но Брейден стойко принял удар.

– Ты права. Я последний, кого сам бы выбрал в советчики.

– Иви сказала, что твоя жена потребовала развода, когда ты еще лежал в госпитале.

Его губы сжались.

– Терпеть не могу, когда обо мне болтают.

– Это правда? – не отставала Алекса. – По-моему, это жестоко.

– Все было не совсем так.

– Значит, это было обоюдное решение?

– В конце концов, так и получилось, – согласился он.

– Думаю, легче, если супруги расходятся мирно.

– Ничего легкого в этом нет. Алекса, я натворил дел. Кинли натворила дел. Мы оба проявили не лучшие наши качества. Худшие. Брак не должен быть таким.

– Ты еще любишь ее? – Алекса спросила, не подумав, однако, уже задав вопрос, поняла, что очень хочет знать ответ.

Брейден долго молчал, прежде чем ответить:

– Нет.

Алекса ждала каких-то объяснений, но Брейден поднес чашку к губам, и стало ясно: он сказал все, что собирался сказать.

– Однако…

– Алекса, хватит об этом.

– Я отстану… через секундочку, – пообещала она. – Брейден, я никогда не сомневалась в твоей преданности друзьям. Ты не бросаешь людей, не отворачиваешься от них. Поэтому, если ты отказался от своего брака, значит, дело было совсем плохо.

– Она ушла первой.

– Не похоже на обоюдное решение.

– В конце концов, мы пришли к согласию, просто она сказала те слова первой. Все, тема закрыта.

Алекса откинулась на спинку кресла, размышляя, о чем бы еще поговорить.

– Простите, что прерываю ваш разговор, – произнесла подошедшая к их столику молодая женщина. – Я хочу пригласить вас на вечер по сбору средств на избирательную кампанию Дэниела Стоуна, кандидата в сенаторы. Мистер Стоун потрясающий человек. Он вырос здесь, в Сэнд-Харборе. – Женщина вручила им листовку. – Мы от всей души надеемся, что вы сможете прийти. Приглашаются все желающие. С трех до шести вечера в субботу. Дом Стоуна на Харбор Вью. Будет отличная еда, музыка и, разумеется, ответы на вопросы, так что вы сможете получше узнать мистера Стоуна. Надеюсь, мы с вами там увидимся.

– Благодарю вас, – вежливо откликнулась Алекса.

Женщина перешла к следующему столику, а Алекса взглянула на фотографию кандидата. Дэниел Стоун оказался очень привлекательным мужчиной лет тридцати семи-тридцати восьми, с каштановыми волосами и карими глазами. К тому же над кандидатом явно поработала целая команда стилистов. А еще он показался Алексе знакомым.

– Кажется, я где-то его уже видела.

– Конечно, видела. Мы прозвали его Гарвардом, а его друга Йелем.

Алекса уставилась на Брейдена, припоминая.

– Тот стильный парень, который устраивал вечеринки на папочкиной яхте?

– Он самый.

– Похоже, его честолюбие вознеслось выше победы в соревновании, кто больше пива высосет за час.

– Похоже. Правда, его затея меня смешит.

– Почему?

– Потому что он всегда считал себя выше всех. А теперь вдруг пожелал пообщаться с маленькими людьми?

– Ну, он старается завоевать голоса.

– Вот именно. А знаешь, возможно, Дэниел Стоун ровесник сыновей Джека Уэллборна, – задумчиво произнес Брейден. – Думаю, они вращались в одном кругу.

– Снова Уэллборн. Как будто все дороги возвращают нас к нему.

– Наш город маленький. Здесь не так уж много дорог.

– Ты прав. – Алекса отложила листовку. – Как ты думаешь, пленка уже готова?

Брейден кивнул и, поднимаясь, поморщился. Нога еще болела, но он ни за что бы не признался в этом.

Когда они направлялись к выходу, дверь открылась и в кофейню вошла женщина. Высокая и стройная, с коротко стриженными прямыми каштановыми волосами, в черных леггинсах, кожаном жакете и стильных сапожках.

Брейден резко остановился. Как и женщина. Напряжение словно заискрилось в воздухе.

– Брейден, – произнесла женщина сердито и в то же время неуверенно, будто не знала, какую ожидать ответную реакцию.

– Привет, Кинли, – сквозь зубы процедил Брейден.

Кинли покосилась на Алексу.

– Это твоя подруга?

– Какое это имеет значение?

– Просто стараюсь вести себя вежливо. Это маленький город, Брейден. Мы будем часто сталкиваться.

Брейден упрямо молчал.

– Я Алекса Паркер, – представилась Алекса, поскольку женщина повернулась к ней. – У моей тети антикварный магазин.

– Алекса? – переспросила женщина, как будто это имя что-то значило для нее. – Ну, Брейден, не думала, что тебе удастся преподнести мне еще один сюрприз.

– Мы уже уходим.

Брейден протиснулся мимо Кинли и выскочил за дверь. Алекса кивнула Кинли – не стоять же столбом перед ней – и последовала за Брейденом, уже переходившим улицу.

Он шел молча через проезжую часть и словно излучал ярость. Может быть, ни он, ни его бывшая не возражали против развода, но у них явно остались какие-то претензии друг к другу.