Ранчо одиноких сердец - Лайла Сэйдж

– В чем дело? – поинтересовался я.

– Ни в чем. Теперь я понимаю, – она растянула губы в легкой улыбке.

– Что понимаешь?

– Не бери в голову, – Тедди улыбалась все шире. – Спасибо, что прояснил ситуацию.

– Тедди, о чем ты, черт возьми?

– Забей.

Боже, что за противная девица!

Тедди направилась к выходу.

– Увидимся, Брукс, – бросила она, открыла дверь и прежде, чем скрыться из виду, добавила невзначай: – Если ты причинишь боль моей лучшей подруге, я отрежу твой член и заставлю тебя его съесть.

У меня вдруг возникло нехорошее предчувствие, что Тедди каким-то образом догадалась о моих чувствах к Эмми.

11

Эмми

Телефон зазвонил в несусветную рань. Решив, что это Тедди – поскольку лишь она одна звонила мне в последнее время, – я взяла трубку, даже не взглянув на экран.

Большая ошибка с моей стороны.

– Алло, – сонно проговорила я.

– Привет. Эмми Райдер? – Этот голос явно не принадлежал моей лучшей подруге. Даже Тедди по утрам не бывала настолько оживленной.

– Она самая.

– Доброе утро, Эмми. Это Венди из женской профессиональной ассоциации родео. – В списке людей, с которыми я не хотела разговаривать утром в понедельник, члены ассоциации занимали довольно высокое место. Особенно Венди с ее приторно-сладким голоском. – Я звоню, чтобы узнать, будешь ли ты участвовать в соревнованиях, когда мы в следующем месяце приедем в Мидоуларк.

– Э-э… не знаю. Пока я решила сделать перерыв в скачках.

– Да, мы в курсе происходящего. – Отлично. – Мы понимаем, некоторые ситуации трудно преодолеть, и надеемся, что ты справишься. Однако будем счастливы, если ты присоединишься к нам в Мидоуларке. Это ведь твой родной город, верно?

– Да, – ровным голосом ответила я.

– Прежде мы никогда не проводили там соревнования. И твое имя в списке может здорово нам помочь. И принесет пользу твоему городу.

А о пользе для меня кто-нибудь подумал?

– Ладно, посмотрим.

– Отлично! Я позвоню через пару недель, чтобы узнать ответ. И еще, Эмми…

– Да?

– Если мы чем-нибудь в состоянии помочь, не стесняйся обращаться к нам. Мы ценим тебя и хотели бы иметь в составе команды. Ты отличная наездница.

– Спасибо.

«Вот только где вы были, когда я целый месяц отсиживалась у себя в квартире?» – мысленно поинтересовалась я.

В ассоциации Венди много лет отвечала за скачки вокруг бочек. И мы давно были знакомы. Нет, я ни в чем ее не обвиняла. Однако после несчастного случая Венди сразу же поставили в известность. И за все это время она удосужилась позвонить мне только сейчас.

Чтобы первым делом спросить, хочу ли я участвовать в соревнованиях.

– Ладно, созвонимся позже. Хорошего дня! – пожелала Венди. Ее голос – особенно в такую рань – походил на скрежет гвоздей по классной доске.

Ничего не ответив, я повесила трубку. Вовсе не так я мечтала начать свое утро.

После возвращения домой из Денвера мне удалось проехать на лошади всего несколько кругов по загону. О том, чтобы, к примеру, прокатиться на Муншайн по тропинкам ранчо, пока и речи не шло. С чем, скажу честно, было трудно смириться, поскольку я с малых лет каталась на лошади по территории ранчо.

Вчера вечером за ужином, на котором отсутствие Брукса заметно бросалось в глаза, Уэст попросил меня помочь ему с проектом. И я согласилась.

Хотя Брукс не появлялся уже пару дней, я по-прежнему каждое утро выводила Муншайн из конюшни и каталась на ней по загону. И вполне справлялась, хотя без Брукса приходилось на порядок сложнее. Удивительно, насколько успокаивали меня наши банальные беседы во время седлания лошадей.

Я пока не осмеливалась пускать Муншайн рысью; надеюсь, помогая Уэсту, мне не придется слишком много времени проводить в седле. Иначе сегодняшний день сулит кучу неприятностей.

Я заставила себя вылезти из постели и встала под теплый душ. Сейчас, ближе к концу лета, в хижине по утрам становилось все прохладнее, но пока не настолько, чтобы разжигать в камине огонь. Обычно через несколько недель после дня рождения Тедди, до которого осталась всего пара дней, вечерами начинало холодать довольно рано, и воздух прогревался только к середине утра, хотя днем по-прежнему стояла адская жара.

Пережить три времени года за один день в Вайоминге было вполне обыденным делом.

После душа я влезла в джины, надела черную майку и безразмерную толстовку, а волосы заплела в косу. Не успела я натянуть ботинки, как в дверь постучал Уэст.

– Эмми, ты готова? – раздался из-за двери его приглушенный голос.

– Да, заходи! – откликнулась я.

Брат открыл дверь, и в хижину ворвался прохладный утренний воздух. Толстовка точно не помешает.

– Доброе утро. Не возражаешь, если мы возьмем квадроцикл?

О, я была в восторге от этой идеи.

– Конечно, без проблем.

Мы вышли из хижины, и я плотно закрыла входную дверь. «Привет тебе, Густ».

Квадроцикл стоял прямо возле хижины. Обойдя его, я устроилась на пассажирском сиденье.

– Итак, что это за большой проект?

– Сама увидишь, – улыбнулся Уэст, не сводя глаз с грунтовой дороги.

Доехав до развилки, он свернул налево. Эта дорога вела в более старую часть «Ребел блю», туда, где в большинстве своем еще стояли первоначальные строения. Поскольку они практически не использовались, в той стороне бродило много скота. Который вполне мог преградить нам путь.

– Ну как тебе дома?

– Хорошо. Я даже не понимала, как сильно скучаю. – С Уэстом было легко откровенничать. Ну, на некоторые темы.

– По Мидоуларку? Или по «Ребел блю»?

Я на миг задумалась, а потом честно ответила:

– И по тому, и по другому. Сперва я думала, что соскучилась лишь по ранчо, однако и в Мидоуларке не так уж плохо.

– Неужели медведь в лесу сдох? – усмехнулся Уэст, и я не сдержала улыбку. – Кстати, что с тем парнем, о котором ты упоминала, когда мы в прошлом месяце разговаривали по телефону?

– Забудь о нем, – ответила я. Грубо, но правдиво.

– Понимаю.

Мне нравилось, что брат на меня не давил. Подобно Густу, я не любила говорить о своих чувствах. Но Уэст умел слушать, и с ним я могла обсуждать почти все на свете. Причем он не требовал каких-то признаний, пока я сама не была готова открыться.

– Чем ты занималась здесь все это время?

– В основном торчала в конюшне.

Действительно, я не ездила в Мидоуларк и не бродила по территории «Ребел блю». Однако пряталась вовсе не от Уэста, а скорее уж от парня, который составлял мне компанию, и от