Две звезды - Ребекка Уинтерз

Через несколько минут они подъехали к просторному шале Вивидж, где их ждали горячий шоколад и сливовый пирог.

Филипп выглядел таким довольным, словно вот-вот лопнет от счастья.

— Вот бы каждый день так кататься на санях! Правда, мам?

Она расцеловала его в замерзшие щеки, избегая пристального взгляда Рауля, который, казалось, преследовал ее повсюду.

— Прогулка была чудесной, но если бы она повторялась каждый день, то уже не была бы такой особенной.

— Пойдем, Филипп, — позвал его Алберт. — Сейчас мы начнем играть в настольный теннис. Папа говорит, мужская команда играет против женской.

— Здорово!

Их игровая комната на втором этажа была мечтой для любого ребенка. Бернард уже все подготовил.

— Алберт, ты будешь играть против Лиз. Филипп — против Флер. А я обыграю твою маму.

Все дружно рассмеялись.

— Рауль против Кристал. Затем мы трижды поменяемся парами. И пусть победит сильнейшая мужская команда.

Весь следующий час продолжалась отчаянная борьба, в которой явное преимущество было на стороне сильного пола.

— Я считаю, это нечестно, — надулась Флер.

Кристал крепко обняла ее:

— Согласна с тобой. — Она наклонилась и шепотом спросила: — Где твоя игра в улитку? Мы им еще покажем, кто кого!

Флер оживилась:

— Вон там, на полке.

Эта игра напоминала классики, суть ее заключалась в том, чтобы стараться допрыгнуть по спирали до середины большой улитки, при этом каждый игрок должен занять свою территорию раньше другого игрока, в противном случае он пропускает ход.

Как оказалось, дядя Рауль подвел всю мужскую команду, когда в процессе игры, стараясь изобразить что-то нереальное, приземлился на спину, чем и рассмешил остальных.

Кристал тоже смеялась от души, как вдруг их глаза случайно встретились. В его взгляде она увидела радость. Они столько всего пережили вместе за эти несколько дней! При Сьюзан они были друзьями, но сейчас все было совсем иначе…

Подойдя к Филиппу, она отозвала его в сторону:

— Уже поздно, и мне пора возвращаться к дедушке с бабушкой, чтобы помочь им. Поцелуй меня перед сном — и до встречи завтра утром.

— Спокойной ночи, мам! — Филипп крепко обнял ее и поцеловал.

Это был ее счастливый малыш, такой, каким бы она хотела его видеть всегда.

Кристал по очереди обняла всех детей, затем поблагодарила Вивидж и Бернарда за чудесный вечер.

— Завтра я заеду за детьми и возьму их с собой кататься на лыжах.

Филипп подбежал к ней и прошептал на ухо:

— Мы поедем кататься на лыжах?

— Да, — шепнула она в ответ.

— Но я думал, что тебе это уже не нравится.

— Нравится, дорогой.

Его глаза округлились.

— Мне тоже!

Обернувшись, она увидела, что Рауль смотрит на них. Кристал только не могла понять, действительно ли у него заблестели глаза, или же это была игра света?

Отпустив сына, Кристал вышла из дома и направилась к машине Рауля. Он шел позади нее всего в двух шагах. Вскоре они уже были на пути в Ле-Песле.

В канун Рождества нарядные улицы городка наполнились как местными жителями, так и туристами, желающими проникнуться неповторимой атмосферой праздника.

Когда они добрались до дома, Жюль и Арлетт еще не спали. Пока Рауль убирал колокольчики, Кристал рассказала им о прогулке на санях и празднике в доме у Вивидж.

Ее свекор прослезился:

— К тебе вернулась твоя улыбка.

— День был замечательный, Жюль! Вы хорошо выглядите.

Арлетт улыбнулась ей:

— Он с каждым днем становится все больше похожим на себя прежнего. Это потому, что вся наша семья собралась вместе. Мы говорили о том, чтобы после Рождества сделать профессиональную семейную фотографию прямо здесь, возле елки. Что скажешь?

— Для Филиппа это будет прекрасным сувениром на память.

— Каким еще сувениром? — Рауль только что вошел в гостиную.

Его отец усмехнулся:

— Проходи и садись. Кристал поведала нам о твоем проигрыше в улитку.

К ее удивлению, Рауль тоже усмехнулся:

— Это все из-за Кристал. Она подговорила Флер достать ту проклятую игру.

Жюль засмеялся:

— Хорошо, что этого не видели твои клиенты, иначе бы они не стали иметь с тобой дела.

— Я думаю, оно того стоило. Не так ли, Кристал? — Его вопрос лишил ее покоя. — Ты когда-нибудь видела Филиппа таким радостным?

Она понимала, о чем он спрашивал на самом деле.

— Благодаря тебе сегодняшний день был для него одним из самых лучших.

«И для меня».

И хотя Рауль улыбался, Кристал ощущала — ее ответ не слишком порадовал его.

Его отец взглянул на него:

— В спасательной операции были пострадавшие?

— У двоих из них было переохлаждение, но сейчас они в порядке.

— Что произошло?

— Один из альпинистов недостаточно надежно закрепил ледоруб. Лед не выдержал, и альпинист сорвался вниз. Проводнику потребовалось длительное время, чтобы спуститься за ним на тросах. К тому времени уже стемнело, и они решили переждать до утра.

— На каком участке это произошло?

— На «Булавке».

Отец кивнул:

— Слишком крутое место для неопытных альпинистов.

— Согласен. Я сказал об этом проводнику.

— Ну, все хорошо, что хорошо кончается. Я рад, что с тобой все в порядке. Думаю, уже пора спать. Идешь, Арлетт?

Она кивнула. Все поднялись.

— Иди, пап, я закрою дом.

Поцеловав друг друга перед сном, старики оставили Рауля и Кристал наедине.

— Спасибо тебе за прогулку на санях, — сказала она. — Думаю, ты понимаешь, что для нас с Филиппом это был особенный день, и мы никогда его не забудем. — Ее голос дрогнул.

— Ты все продолжаешь произносить прощальные речи. Нельзя ли отложить их до вашего отъезда?

— Мы оба знаем — все рано или поздно заканчивается.

На его лице снова промелькнуло такое же неприятное выражение, как несколько дней назад.

— Лучше бы не заканчивалось, — пробормотал он. — Завтра я заеду за вами с Филиппом и захвачу лыжное снаряжение. Для четверых детей нам потребуется две машины.

Ее пульс участился до предела.

— Они еще больше обрадуются, если ты поедешь с нами. Я хочу у тебя кое-что спросить. Я знаю, что подарить на Рождество Лиз и Флер, но насчет подарка для Алберта затрудняюсь. Что посоветуешь?