Запутанная игра - Ева Эшвуд

– Привет, мам. Что случилось? – спрашиваю я, стараясь говорить нейтрально, пока не узнаю, чего она хочет.

– Ничего, малышка. Просто звоню, чтобы узнать, как ты, – отвечает она. – Я знаю, ты занята в колледже, и у тебя, наверное, проблемы с оплатой за обучение и все такое. Такие заведения ужасно завышают цены, особенно если учитывать, что они даже не могут гарантировать работу после окончания учебы.

Я закатываю глаза, но немного расслабляюсь. Она явно находится в одной из своих фаз под названием «будь хорошей мамой», когда она осыпает меня любовью и привязанностью, притворяясь, будто все те разы, когда она крала у меня и манипулировала мной, просто не случались.

Эта фаза никогда не длится долго, но я не могу заставить себя послать ее к черту, когда такое все-таки происходит. Потому что это приятно – когда кто-то о тебе заботится. Пусть это и временно.

– Я работаю над этим, – говорю я ей. – Беру дополнительные смены, когда могу. Думаю, все будет в порядке.

Я ни за что на свете не смогу сказать ей, что все уже оплачено. И каким образом оно оплачено.

– Ты уверена? Я могу попытаться помочь тебе с оплатой расходов, если нужно.

– Все в порядке, мам. Я все улажу.

Она тихо хмыкает, но в ее голосе нет раздражения. Пока что.

– Ты всегда так говоришь. Мы семья, Уиллоу. Семья помогает друг другу.

Услышав эти слова, я слегка скриплю зубами. Вечно эта фраза. Семья помогает друг другу. Она обычно говорила это, когда я заставала ее роющейся в моей сумочке, или когда она просила меня ничего не говорить людям из школы, которые, когда я была маленькой, приходили разнюхивать, почему меня не было на уроках.

Но мне всегда казалось, будто это я помогаю ей, а не наоборот. Но всякий раз, когда я расстраивалась из-за этого, она напоминала мне, что она – все, что у меня есть в этом мире. Что она дала мне крышу над головой и еду, так что я в долгу перед ней за это.

– Знаю, – слышу я свой голос, слова слетают с губ на автопилоте. – Если ты мне понадобишься, я позвоню. Пока, мам.

Я завершаю разговор, затем делаю глубокий вдох, засовываю телефон обратно в карман, а нож – в сумку и направляюсь через кампус к автобусной остановке.

По дороге продолжаю оглядываться по сторонам, почти ожидая, что третий брат Воронин выскочит откуда-нибудь из кустов. Виктор – единственный, с кем я еще не встречалась, так что это кажется почти неизбежным.

Мэлис обещал, что я больше никого из них не увижу…

Но почему-то у меня есть ощущение, что это неправда.

10

Уиллоу

Проходит пара недель, и, как и сказал Мэлис, все это время я совсем не вижу братьев. Несмотря на это, иногда я не могу избавиться от ощущения, будто за мной… наблюдают. Такое чувство, что даже если я не вижу их, они могут видеть меня.

Удивительно, но мои оценки значительно улучшились, и это заставило меня осознать, насколько сильно я себя изматывала. Я всегда была такой уставшей и измученной, а теперь, когда не нужно сразу после школы работать допоздна в «Сапфире», у меня появилось время для учебы и хорошего сна.

В четверг, почти через месяц после моей первой встречи с троицей братьев, я прихожу в колледж пораньше, чтобы завершить последние приготовления к презентации, над которой работала с Эйприл и остальными членами нашей группы. И когда прихожу на урок истории, чувствую, что полностью готова к работе.

Мы встаем перед классом и представляем наше исследование, и когда очередь доходит до меня, я лишь слегка нервничаю, поскольку понимаю, что на самом деле все хорошо знаю.

– Отличная работа, – говорит профессор Уолш после окончания презентации, и Эйприл бросает на меня кислый взгляд.

Похоже, она считала дни до момента, когда меня исключат из колледжа за неспособность оплатить учебу, но этого не произошло. Так что мой успех в проекте и то, что я не даю ей возможности высмеять или принизить меня, явно выводит ее из себя.

– Я бы сказала, что ты кому-то приплатила, чтобы он выполнил твою часть проекта за тебя, но мы все знаем, что ты нищебродка, – шипит Эйприл, когда мы возвращаемся на свои места.

Обычно это заставляло меня чувствовать себя дерьмово, но на этот раз я просто улыбаюсь ей, совершенно не задумываясь о ее словах. Даже ее стервозное отношение не может меня расстроить, ведь я довольна тем, насколько хорошо справляюсь.

После того, как последняя группа представляет свой проект, нас распускают, и последнее занятие пролетает незаметно. Я направляюсь к остановке, сажусь в автобус, и пока он катит по улицам Детройта, слушаю в наушниках музыку. Когда он останавливается, выхожу, поправляю сумку на плече и, тихонько подпевая песне Sunftower, иду в сторону своей квартиры. Однако по пути не перестаю оглядываться. Это уже стало привычкой, навязчивой потребностью высматривать любого из братьев. Не знаю, избавлюсь ли от этого ощущения хоть когда-нибудь.

Эта троица кажется мне призраками, что преследуют меня, они всегда рядом, просто вне поля моего зрения, и из-за этого я постоянно думаю о них. Даже когда просто занимаюсь своими делами, они никогда не покидают мои мысли. Я постоянно оглядываюсь через плечо, ожидая увидеть, как один из них где-то прячется.

– Дыши, – шепчу я себе, подходя к квартире и выключая музыку. Я поднимаюсь по лестнице на второй этаж, перепрыгивая через две ступеньки за раз, стремясь скорее оказаться за закрытой дверью.

Теперь в моем холодильнике реально есть еда, так что у меня больше вариантов, чем обычные макароны с сыром или рис с фасолью. Я готовлю импровизированный ужин из курицы и брокколи, усаживаюсь за маленький обшарпанный столик в углу и ем. Закончив, встаю и потягиваюсь. На лице расплывается улыбка, когда мне в голову приходит идея.

Несмотря на хаос, который в последнее время царит в моей жизни, сегодня был хороший день. Я почти уверена, что мы получим пятерку за нашу презентацию, и это не только улучшит мою общую оценку в классе, но и докажет Эйприл, что я не какая-то там цель для благотворительности или бездельница.

– Я заслуживаю небольшого праздника, – бормочу я, направляясь в спальню и примыкающую к ней ванную.

Я несколько минут роюсь под раковиной, вытаскиваю парочку старых