Препод. В тени запрета - Ольга Тимофеева

— Я сегодня тебя что-то не видел на парах, — подносит ко рту тарелку с супом отец.

— Да? Не знаю. Может, не заметил просто.

— Обманываешь меня?

— Нет, — уверенно качаю головой, а у самой все внутри немеет. А если он всё знает? А если знает с кем? И мне, и Тимуру крышка.

— Я подходил на экономику, сказали, что тебя не было. И Варя твоя от меня бегала. Где была?

Вот чёрт. Спалил.

Глава 20

— Я… — не правду же ему рассказывать. — Я…

— Что ты?

Веду по кухне глазами, чтобы придумать что-нибудь путное и натыкаюсь на бинт, оставленный кем-то на столе.

— Я не хотела тебя волновать. У меня начались критические дни и сильно разболелся живот.

— К врачу ходила?

— Нет, но у меня это часто. Один яичник функционирует нормально, а на втором киста и за счет этого бывает болезненно, плюс ещё спину тянет.

— Ясно, ладно. Сейчас как себя чувствуешь?

— Ношпу выпила, стало легче, но я лучше полежу.

— Хорошо.

Отношений как у дочери с отцом у нас уже, наверное, не получится. Мы с ним упустили период, когда я у него посидела бы на плечах, как он бы мне вату покупал сладкую, задувал разбитую коленку и наклеивал пластырь, укладывал спать. Теперь все это не вернуть, а значит, фундамента для отношений просто нет. Ему совестно перед мамой, мне просто удобно сейчас жить у него.

Зато разговор с ним помогает отвлечься от мыслей о Тимуре. А они не отпускают и с каждым часом их становится всё больше. Мне так хочется к нему. Снова в его объятия, снова в тепло его рук, снова в этот шепот на ухо, возбуждающий.

Все так ярко и горячо было, что за ночь проникло под кожу, в нейроны и теперь все работает только на то, что я хочу его. Видеть, обнимать, быть с ним.

Написать самой? Но не хочется вроде как навязываться или отвлекать. И мужчина должен первый шаг делать. Тем более у него теперь есть мой телефон.

Или я попалась на уловку всех мужчин — добился и стало скучно? Скучно, блин, ему? Как можно вообще таким черствым быть?

Я до полуночи не могу уснуть и, психанув, пишу первой.

Я: “Почему не пишешь?”

Непрочитано, но доставлено.

Ну, класс вообще.

Ещё и спит. Я тут с ума схожу, а он, похоже, нет. У него все зашибись.

Убираю телефон под подушку и сжимаю губы, чтобы не всхлипнуть горько. Как у них это получается? Как рубильник своим равнодушием дергает, а у меня в ответ на это текут слёзы. Он там с другой что ли? Я понимаю, что у меня никаких прав на то, чтобы ревновать его, нет.

Но я, как собственница, не хочу его ни с кем делить. Но и без опыта бороться за него тоже не знаю как.

Помешательство какое-то. Он везде. Я даже учиться не могу, все наша ночь перед глазами. А он даже не нашел секунды, чтобы ответить.

И как только об этом думаю, слышу вибрирование под подушкой.

Быстро достаю телефон и включаю.

Рокотов: “Занят”

Занят? Кем занят интересно? В груди тянет и ноет. И кому я только себя отдала… Надеялась ещё на что-то.

Занят.

Убираю телефон и ложусь дальше плакать.

Написать бы ему все, что думаю о нем.

Но я думаю о нем диаметрально противоположные вещи. Он самый классный и я его ненавижу.

Закрываю глаза и все плывет, когда вспоминаю утро на его кухне. Надо эпиляцию сделать. Чтобы там все вообще гладенько было. И подразнить его потом этим, пусть страдает, но меня больше не получит.

Не могу я просто так лежать и страдать.

Снова достаю телефон и читаю его Занят.

Жаль, нельзя узнать по геолокации, где он. Чем он таким занят.

Отправляю ему сухое “ясно”.

Печатает сразу.

Может все таки не с девушкой? Со мной ему некогда было написать сообщения.

Рокотов: “Как ты себя чувствуешь?”

Да ладно… вспомнил.

Я: “Вещью, которой попользовались и выкинули”

Читает, но не отвечает.

После этого точно меня заблокирует и больше не напишет. Тут уже все сочится просто моими претензиями.

Телефон снова оживает и Тимур перезванивает.

Я подскакиваю и закрываюсь в ванной, чтобы кто-то с коридора случайно не услышал. ОН звонит! Он мне звонит!

— Алло, — отвечаю шопотом.

— Привет, чего не спишь так поздно?

Почему не сплю? Он шутит? Как уснуть, если думаю о нем постоянно?

— К занятиям готовилась.

— Мия, я правда занят. У меня переговоры сейчас. У меня с поставщиками разница во времени большая, поэтому я работаю ночью. Не накручивай себя, окей?

— Хорошо, я просто подумала…

Он усмехается мне в ответ, перебивая меня.

— Если бы я решил завершить наши встречи, то сказал бы это тебе лично, а не игнорировал. Если я говорю, что занят, то я реально занят. И в ближайшие несколько дней не освобожусь.

— У нас пара.

— Я помню, туда постараюсь приехать.

После его звонка, конечно, легче, но все равно грустно. Увидимся не скоро. А как вообще потом встречаться я и не представляю. Если только днем где-нибудь, когда я буду на парах.

Дни, как мыло, становятся скучными и противными. Рокотов не объявляется, я тоже не надоедаю. Единственная надежда, что сегодня придёт на лекцию. Но и тут все на грани. Он уже несколько раз оставлял меня после занятий. Ещё раз попросит задержаться и начнутся сплетни. Дойдут до отца — не лучший будет финал.

— Мийка, ну ты чего? — толкает меня в бок Варька.

Я только и могу, что спрятать лицо в ладонях. Больно сейчас и обидно. И нутро все разрывает, так мне хочется его увидеть и обнять. Но Рокотов опаздывает на лекцию уже на десять минут, ещё пять — и скорее всего уже не придёт.

И теперь совсем непонятно, когда с ним встретимся.

Может, опять что натворить и прислать сообщение, чтобы спас меня? Ради этого он все дела отложит.

— Оу, смотри, кто пришел.

Я поднимаю глаза и вижу Тимура. Быстро идёт по аудитории, на ходу что-то отвечая по телефону. Меня сейчас останавливает только полная аудитория студентов, а то я бы бросилась к нему.

Слежу за каждым его шагом и взглядом. Он сегодня в джоггерах болотного цвета, кроссовках и толстовке. Но ему невероятно идёт все. Во