Самый большой секрет - Андреа Лоренс

Роуз было не по себе. Она выглядела шикарно после шопинга в «Неймане Маркусе» и похода в салон, где ей сделали прическу, макияж и маникюр. Роуз всегда знала: если у тебя есть деньги, ты можешь выглядеть на все сто процентов. И сегодня она сама впервые в жизни больше походила на принцессу, чем на официантку придорожного кафе.

Ее платье-бюстье и впрямь было словно из сказки. Оно сияло темным, почти багровым золотом и вышивкой облегающего лифа, с которого волнами стекало золотистое кружево. Платье идеально подходило для танцев, поскольку повторяло каждое движение его обладательницы. Продавец магазина посоветовал к нему туфли на позолоченных каблуках с кристаллами Сваровски. Образ принцессы из детской сказки доведен до совершенства.

Волосы Роуз были убраны в элегантный пучок, что прекрасно подчеркивало линию ее декольте. Ее шею украшало золотое ожерелье, усеянное мириадами мелких бриллиантов. Такие же браслеты блестели на ее запястьях. Роуз выглядела изысканно и элегантно, словно мир богатых и важных персон был ее миром.

Но это только снаружи. Внутри она была все той же официанткой из Корнуолла. Матерью-одиночкой, дочерью преступника. В мире нет такой одежды и косметики, чтобы скрыть истинную сущность человека. Кто угодно мог понять это, лишь немного пообщавшись с ней.

Входя в бальный зал и держа Ксандера под руку, она ощущала себя Золушкой. Роль всемогущей феи исполнила карточка «Америкэн экспресс» с выбитым на ней именем Ксандера. Во время раздачи автографов все было куда проще. По крайней мере, на ней было вполне обычное платье. Если, конечно, не брать в расчет цену. Роуз даже не стала смотреть в графу «Итого» на счете. Зато Ксандер подписал его как ни в чем не бывало и лишь подмигнул ей.

Казалось, сейчас он светится от гордости. Он хотел, чтобы Роуз чувствовала себя уверенно, и сделал все, чтобы так оно и было. Все вокруг улыбались ей в знак приветствия. Во взглядах некоторых мужчин отчетливо читался интерес. Глаза многих женщин блестели ревностью. Но не было тех, кто не смотрел на нее. Точнее, тех, кто не смотрел на Ксандера и не задумался, кто это рядом с ним.

— Все хорошо? — спросил он, когда они смешались с толпой.

— Да, — соврала Роуз.

Она не хотела, чтобы он знал о ее волнении. Слишком много сил Ксандер вложил в то, чтобы сегодня ей было хорошо. Сил и денег, что уж говорить.

— Хочешь шампанского?

Несколько барных стоек было размещено по периметру зала.

— Не откажусь, — ответила она, хотя знала, что это означает на какое-то время остаться одной. Но шампанское было жизненно необходимо. Только оно могло помочь ей расслабить тело и разум.

Ксандер сжал ее руку и исчез в толпе. Оставшись одна, Роуз глубоко вздохнула. Наверное, здесь ей и впрямь ничто не угрожает. Богачи снуют туда-сюда, попивая коктейли. Никакой опасности, но все же ее сердце выскакивало из груди.

Всю жизнь она сомневалась, сможет ли вписаться в ритм жизни Ксандера. Когда он впервые позвал ее с собой в Джорджтаун, она испугалась. Даже если б ее мать была здорова, Роуз бы нашла другую отговорку. Но судьба вновь протянула свою руку, и вот она здесь, в округе Колумбия, на шикарном званом вечере. Роуз была уверена, что в ней непременно узнают представительницу чуждого мира. Но пока что все шло спокойно.

Днем, во время раздачи автографов, Роуз сидела рядом с Ксандером. Она помогала ему как могла — открывала книги на нужной странице, а он ставил свою подпись. На встречу с ним пришло не меньше двухсот человек, и каждый рассказывал историю своего детства в приюте. Ксандер всех благодарил, подчеркивал важность каждого пришедшего гостя. И даже спустя три часа не выглядел уставшим. Да, он действительно умел общаться с людьми.

Роуз оглядела зал и увидела Ксандера возле одной из барных стоек. Какая-то женщина оживленно беседовала с ним. Его смокинг от «Валентино» сидел на нем как влитой, черный сатиновый галстук идеально подходил к безупречно отглаженной белой рубашке. Но и его собеседница выглядела не менее элегантно. И как уверенно она держалась с ним: наклонялась к нему вплотную, брала его за лацкан пиджака, смеясь над его шутками.

Роуз вздохнула и отвернулась. Смотреть на это было невыносимо. Она ничего не имела против этой женщины. Но одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: собеседница Ксандера куда лучше подходит ему, чем Роуз.

— А вот и шампанское, — раздался голос Ксандера прямо у нее над ухом.

От неожиданности она вздрогнула. Ксандер стоял за ее спиной с двумя бокалами шампанского.

— Спасибо. — Роуз сделала небольшой глоток, чувствуя, как приятное тепло разливается по всему телу. Шампанское всегда помогало, когда ей не хватало мужества. Пару минут спустя Роуз уже могла сконцентрироваться на самом вечере, а не на той женщине или ком-либо еще. — Так какая же будет программа? — обратилась она к Ксандеру.

— Сначала светские беседы, потом ужин, потом торжественные речи и, наконец, танцы.

— Похоже, вечер будет долгим, — предположила Роуз, глядя в почти пустой бокал. — Можно мне еще шампанского?

— Вечер совсем не обязательно должен быть долгим. Мы можем уйти, как только тебе надоест.

Роуз посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Этого она никак не ожидала. Зачем было тратить столько денег, если вечер продлится не дольше часа?

— Я сделала что-то не так? — пролепетала она.

Ксандер обхватил ее за талию:

— Отнюдь. Просто я недооценил твою красоту. Ты всегда выглядишь потрясающе, но с этой прической и в этом платье ты слишком сексуальна. У меня буквально подкашиваются ноги от желания. Все точно так же, как тогда на выпускном. Жду не дождусь, когда смогу стянуть с тебя это платье.

Что и говорить, ей и самой оно безумно нравилось. Она даже не стала примерять никакое другое, сразу поняв, что это «ее» платье.

— Боюсь тебя разочаровать, но даже если мы сейчас же поедем домой, я не позволю тебе раздеть меня. Слишком хорошо оно на мне сидит. Пожалуй, я даже спать буду в нем.

Ксандер теребил золотистое кружево, качая головой:

— Ничего страшного. Я могу просто задрать его и снять с тебя трусики.