Осенняя лихорадка - Натали Иствуд

— Почему? — настаивал он. — Хотели пожить для себя?

— Можно и так сказать… Если честно, Стэнли не хотел с этим спешить. — Терри избегала смотреть в его пытливые глаза. И говорить об этом ей совсем не хотелось. — А вы? Ведь у вас тоже нет детей. — Она подняла глаза. — Или есть?

Шон улыбнулся.

— Насколько я знаю, нет.

— Моя сестра Бетси с детства мечтала о детях. Сколько ее помню, вечно она играла в дочки-матери. И всегда говорила, что у нее будет «две детки» — мальчик и девочка. Бетси — настоящая женщина, вся в маму.

— Похоже, у вас было хорошее детство?

— Очень хорошее! Родители у меня замечательные. А вам, наверное, не слишком повезло…

Шон снова пожал плечами, но глаза оставались мрачными.

— Отец с мачехой не больно ладили. Не знаю, зачем они вообще поженились. Насколько я помню, после двух лет совместной жизни они почти не разговаривали друг с другом и никуда не ходили вместе. — Он усмехнулся. — Как в той пьесе, одиночество вдвоем…

— Так вы, оказывается, не все проспали? — улыбнулась Терри.

— Просто название запомнил, — подыграл ей Шон и, посерьезнев, продолжил: — Они были такие разные… Как день и ночь.

Прямо как мы, подумала Терри, и по спине у нее побежали мурашки.

— А мои родители совсем другие, — сказала она. — У них такой брак, о котором можно только мечтать. Они прожили вместе тридцать пять лет и до сих пор любят друг друга.

— Я никогда не верил, что так бывает. Во всяком случае, я такого не встречал. Мой старик и дома-то никогда не бывал.

— Вот если бы вы увидели моих родителей, то сразу бы поверили! — убежденно сказала Терри и представила себе, как приезжает с Шоном к родителям. Причем на его «харлее»…

— И у вас с мужем тоже был идеальный брак, да? — не сводя с нее глаз, спросил Шон и, потянувшись к пакету, достал соленый крекер.

— Нет. Я бы не сказала… Мы со Стэнли были скорее добрыми друзьями. Понимаете, как бы это сказать… — Терри потупилась. — Нам было удобно друг с другом. Поэтому мы и поженились. Раньше я этого не понимала, но теперь, когда его не стало, вижу, что это так.

— Вы хотите сказать, что не любили мужа?

— Любила, — грустно ответила Терри. — И иногда все еще по нему тоскую. Ведь мы прожили вместе пять лет. Но я не думаю, что это была любовь на всю жизнь.

Шон промолчал, но смотрел на Терри так, что у нее участился пульс.

— А вы? — спросила она. — Вы когда-нибудь были влюблены?

— Я? — Шон сунул в рот крекер, блеснул белозубой улыбкой и хмыкнул: — Шутите? Я же сказал, что не верю в любовь.

У Терри похолодело в груди.

— Не верите? Но может быть…

— Здесь становится слишком многолюдно, — не дал ей договорить он, поднес кружку к губам и, допив остатки пива, буркнул: — Думаю, пора уезжать.

Терри сделала еще один глоток и поставила кружку на поцарапанный дощатый стол. На нем были вырезаны десятки инициалов, многие заключены в сердечки. Ей показалось это очень романтичным и вдруг захотелось, чтобы Шон тоже вырезал их инициалы. Какая же она все-таки дура! Ведь Шон не верит в любовь.

Они вернулись к мотоциклу и, выехав со стоянки, по узкой извилистой дороге отправились дальше. Терри снова держалась за Шона и крепко прижималась к его телу. Спустя несколько минут Шон съехал с мощеной дороги на узкую пыльную тропу, петлявшую между высоких платанов вдоль берега реки Экс.

Шон остановился на уютной полянке, защищенной от посторонних глаз грядой валунов и раскидистыми ветвями дуба. Пока Терри разминала онемевшие ноги, Шон расстелил на траве старое армейское одеяло и достал из сумки снедь. А потом, взглянув на Терри, скомандовал:

— Идите сюда!

Она послушно подошла. Он усадил ее на одеяло и принялся ловко массировать ей плечи. Чувствуя, как расслабляются мышцы, а тело становится невесомым, Терри вздохнула от удовольствия.

Шон массировал ей шею, спину и плечи так искусно и в то же время легко, как бы играючи, что Терри боялась даже представить себе, каков он в постели. Тело охватила истома, и она усилием воли заставила себя отстраниться.

— Проголодались? — спросил Шон, но, судя по хрипловатому голосу и горящему взгляду, сам он думал совсем не о еде.

Терри облизнула губы.

— Да.

На миг ей показалось, что Шон ее поцелует, но он сумел сдержаться.

— Тут у меня жареные цыплята, сыр, яблоки… Есть бутылка красного вина.

— Вы все продумали. Умираю от голода!

Какое-то время ели молча. Шон смотрел на нее так, что у нее холодело внутри. Он надкусил большое красное яблоко, и у него по подбородку потекла струйка. Терри боролась с искушением слизнуть сладкий сок. Шон вытер рот салфеткой и передал ей яблоко. Терри показалось, что оно все еще хранит вкус его губ.

Чтобы отвлечься от опасных мыслей, Терри торопливо доела яблоко и заговорила о погоде.

К ее удивлению, Шон охотно поддержал разговор и рассказал о значении погоды в судовождении, о приближении зоны низкого давления и о том, что на конец недели обещают шторм.

— А мне нравится шторм, — сказала Терри. — Разумеется, когда сидишь дома, у камина.

Глаза Шона скользнули по ее телу.

— Мне тоже нравится. Нет ничего лучше, чем заниматься любовью на полу у камина, когда за окном завывает ветер, а по крыше стучит дождь…

Терри промолчала, но, представив себе обнаженное тело Шона, освещенное отблеском пламени, почувствовала, что у нее по ложбинке между грудями потекла капелька пота.

И тут Шон в очередной раз удивил ее, снова поменяв тему. Он показал на голубую сойку, сидевшую в ветвях у них над головой, а потом рассказал, что когда приезжал сюда в прошлый раз, видел у реки лисицу.

— А вы часто ездите за город? — спросила Терри.

— Стараюсь, но не всегда получается.

— Наверное, для вас, я имею в виду вашу профессию, общение с природой очень важно. Вы любите природу?

— Я люблю всех Божьих тварей. Особенно красивых… — Он бросил на нее многозначительный взгляд и, помолчав, добавил: — Терри, разрешите мне вам помочь.

Она благодарно улыбнулась.

— Вы уже и так мне помогли, Шон.

— Чем же? — удивился он.

— Хотя бы тем, что привезли сюда.

Шон улыбнулся, поднес ее руку к губам и поцеловал в ладонь, а потом с довольным видом вытянулся на одеяле. Устроился поудобнее, закинул руки за голову — в лучах солнца, пробивавшихся сквозь листву, его волосы казались иссиня-черными.

— А как прошла ваша деловая встреча? — поменяла тему Терри. — Вы говорили, что уедете на пару дней.