Записки о "Хвостатой звезде" - Евгения Чепенко

За дверью сразу полегчало. Живот разжался и заныл, сердце заколотилось с бешеной скоростью.

— Что это было?

Сиросэкай с любопытством осмотрел меня.

— Ты испугалась, потом впала в ступор. Наконец то, я увидел у тебя нормальную реакцию. Ты забываешь, Тякшанни, что нас не зря боятся люди. Мы бываем страшными. А капитан особенно.

Я растерянно хлопнула глазами.

— Почему особенно?

Тагеки поморщился.

— Спроси у него сама.

Вспомнилось выражение лица Иекшара и его голос.

— Он его… его… — Я начала заикаться.

— Нет. — Равнодушно бросил Тагеки. Потом взгляд его потеплел. — Ты не переживай. Иекшар так… попугать просто.

Я выдохнула. Ни черта себе попугать! На секунду ощутила себя в чужой вселенной. Ну, блин, доктор! Не мог сразу сказать. Нормальную реакцию у меня ему захотелось увидеть! Экспериментатор.

Дверь распахнулась. Капитан вышел угрюмый.

— Ну что?

— Ничего. Слишком хорошо мятежники скрывают цели. Нам нужен кто-то выше. Этого выгони. Он здоров и ничего не знает.

— Как скажешь.

Иекшар повернулся ко мне. Я уловила отголоски все того же ужаса в своем сознании.

— Тякшанни, что ты мне не рассказала?

Елки зеленые! А я то чего сделала?

— Не знаю. Намекни.

— За что у меня сейчас просили прощения?

— А! Это. Так это… знаешь…

Тут сзади, громко топая, подлетел Корай.

— Капитан! — Он рухнул на колени и склонил голову. Чуть ли не лбом в пол двинулся. Я взвизгнула и отскочила.

— Корай, ты чего?

Собралась наклониться следом, мало ли, что у человека случилось. Может ранили. Иекшар меня удержал, лицо его приобрело то же выражение, что я видела несколькими минутами раньше в медблоке. Я ужаснулась

— Прости, Иекшар! Я потерял госпожу и не смог найти.

— Ты посмел отлучиться? — Пересилив нарастающий ужас, я вмешалась.

— Это я виновата! Я сама вышла посмотреть на шествие кришнаитов, а когда вернулась, Корай уже убежал, и я сразу на поезд…

Иекшар закрыл глаза, вдохнул, выдохнул, потом прервал мою речь.

— Ты забыла о моменте нападения.

Я услышала, как Корай с пола скрипнул зубами и благополучно заткнулась. Безумно боялась, что что-то упустила в своем доверии к Иекшару. Они инопланетные создания. О чем я думала?

Муж осторожно взял меня за талию и коротко кинул.

— Иди, Корай.

Мужчина, не поднимая головы, встал и удалился.

Иекшар повел меня по коридорам. Я послушно шла, пребывая в каком-то неясном ступоре. Что со мной? То ли пережитый шок сказался, то ли безумно страшно было разочароваться в муже, которого возвела на пьедестал. Оказавшись в каюте, Иекшар отпустил меня, сел на кровать и тихо произнес.

— Говори.

Садиться не хотелось. Я послушно затараторила, спеша поскорее пережить этот момент. Его лицо оставалось невозмутимым… почти.

— …Понимаешь, я не имела ни малейшего понятия, что тут может быть опасно. Я думала, ты мне не доверяешь, думаешь, что я сбегу или что-то вроде того, вот и улизнула на пару минут… Я же собиралась сразу вернуться. Иекшар, пожалуйста, не смотри на меня так.

— Как?

— Вот так. Ты меня пугаешь. И после того, что ты сделал с этим мятежником, и то, как повел себя Корай… мне страшно.

Я непроизвольно сделала шаг назад. Иекшар поспешно поднялся, газа его потеплели, он обнял меня и окинул тем ласковым и нежным взглядом, который я успела полюбить.

— Какой же я идиот! — Второй раз это от него слышу. — Милая, хорошая, пожалуйста, не обращай внимания. Я порой совсем забываю, что ты человек. Когда мы злимся, мы непроизвольно оказываем влияние на вашу психику. Это происходит само собой. Но это не значит, что я могу кому бы то ни было, а тем более тебе, причинить вред.

На глаза стали наворачиваться непрошенные слезы, я закрыла их и прижалась к Иекшару. Как хорошо!

— А Корай?

— Что с ним?

— Почему он так… ну… перед тобой…

— Он провинился. Потерял мое доверие.

— А если ты ничего ему не сделаешь, почему лбом об пол то?

— Потому что мое доверие потерять — это… плохо.

— Не понимаю.

— Честно говоря, я твоего непонимания тоже не понимаю.

Я засмеялась тавтологии. Он осторожно стер слезы с моих щек, все-таки скатились предатели.

— Больше никогда нас не пугайся, и больше никогда меня так не пугай!

— Не буду. А расскажи, что я еще не знаю.

— Даже, честно говоря, не представляю.

— Ну, например, вот так… бывает только когда вы злитесь? А еще Тагеки сказал, что людям надо вас бояться, а тебя в особенности, почему?

Иекшар отступил от меня на несколько шагов и рассеянно провел рукой по волосам. Усмехнулся, уставился в пол.

— Кому-то надо поменьше говорить. Нет. Я могу влиять на тебя не только, когда злюсь, а вообще всегда, когда испытываю достаточно сильные эмоции. — Мне показалось или я икнула? — Другое дело, что умею контролировать свои эмоции и не стал бы так поступать с тобой. В медблоке я забыл, что ты иной расы, допрашивал осведомителя и не применял контроль.

Я внимательно смотрела на Иекшара. Мне хотелось знать ответ и на второй вопрос, но давить я не могла. Он немного помедлил, потом продолжил уже тише.

— Что касается замечания Тагеки, это связано с моим возрастом и положением.

Такс.

— И что с твоим возрастом и положением?

— Я один из тринадцати.

Сказал так, будто мне это должно о чем-нибудь говорить. Я состроила лицо умного валенка. Да хоть семнадцати!

Иекшар засмеялся искренне, счастливо. Ну вот настроение человеку подняла!

— Ты не знаешь, да?

Я отрицательно мотнула головой и скрестила руки на груди.

— На Сиросэкаи два народа: воды и суши. Ваши спецслужбы это знают. А вот в школе видно не преподают. Команда "Хвостатой звезды" принадлежит народу суши. Наша столица Шутаку. Народом управляют три ступени мудрых. На верхней ступени всего тринадцать сиросэкайи…

Елки зеленые! Это я типа не просто замуж вышла, а за высокодолжностное лицо?

Иекшар скорчил несчастно извиняющуюся физиономию.

— И еще… если считать земным времяисчислением, то мне пятьдесят три года. А чем мы старше, тем сильнее.