Остановись, мгновенье - Нора Робертс

— Ты мастер, Эллиот. Высший пилотаж.

— Да, я такая.

— И в субботу вечером свидание.

— Похоже на то. Эмма, неужели я выжила из ума? Зачем я это затеяла?

— Но ведь уже затеяла, милая. И я бы сказала, что ты выжила из ума, если бы ты не попробовала выяснить, чем все закончится. Жаль, я не могу остаться до конца съемки, но мне пора.

— Я покажу тебе отпечатки.

— Ты не только мастер. Ты еще и чертовски самоуверенная. Роза! Меня ждет работа. Не пропадай.

Дверь ванной комнаты приоткрылась.

— Тебе обязательно уходить? Я хотела бы, чтобы ты еще хоть ненадолго осталась.

— Я тоже хотела бы, но я оставляю тебя в хороших руках. Если в ближайшее время не увидимся, желаю родить счастливого, красивого, здорового, чудесного малыша.

Эмма сдернула с вешалки свое пальто, беззвучно, одними губами, пожелала Мак удачи и убежала.

В самом начале шестого Мак с ноутбуком под мышкой проскользнула в главный дом. Ей хотелось поесть домашней еды из того, что миссис Грейди запасла в морозильнике. В кухне она застала Паркер, пристально изучавшую вино в бокале.

— Эй, для тебя рановато тосковать над бокалом вина.

— Я только что закончила с Наоми и Брентом. И это вино я заработала честно.

— Ты их помирила?

— Разумеется, помирила, но чуть не пала смертью храбрых. Невеста и жених воссоединены в любви и взаимной преданности и настроены на свою свадьбу. Потаскушка Деловая Партнерша вычеркнута из списка. Жених серьезно поговорит с Мерзким Изменщиком Братцем и напомнит ему, что ни он, ни его женщина не имеют права вмешиваться в чужое торжество, а если МИБ не желает оставаться шафером из-за изгнания ПДП, то пусть катится ко всем чертям. В конце концов это его личный выбор. Невеста поговорит с ЛПН с сочувствием и пониманием, но опять же твердо напомнит, чья это свадьба и что — несмотря на ее безграничный гнев — МИБ остается братом ее мужа. И главный козырь: для ЛПН будет приглашен такой сексуальный красавчик, что МИБ сразу превратится в круглого дурака. Паркер перевела дух и повторила:

— Я заработала это вино.

— И кто тот сексуальный красавчик?

— Я подкупила Джека. — Паркер поднесла к губам бокал и сделала большой глоток. — Это обойдется мне в ящик «Пино Нуар», но овчинка стоит выделки.

— Джек сексуальный, — согласилась Мак. — Молодец, маэстро.

— Я совершенно обессилена. Как прошла твоя съемка?

— Забавно, что ты спросила. Хочешь, покажу? — Мак включила ноутбук и отправилась исследовать морозильник. — Что у нас на ужин?

— Не знаю. Еще только пять часов.

— Я проголодалась. Не обедала. Цыплята. М-м-м. Вкуснятина. — Мак вытащила кастрюльку. — Пусть будут цыплята.

— Хорошо. Только сначала я понежусь в горячей ванне. Хочу ужинать в пижаме.

— Отличная идея. Почему я об этом не подумала? Ладно, смотри.

Мак вызвала на экран первые фотографии Розы.

— Ой, какая она огромная! — Паркер рассмеялась, склонилась к экрану. — И как будто удивлена, но счастлива. Мило. Очень мило.

— Да, мило. — Мак перешла ко второй серии.

— О, здесь она сексуальная, женственная, могущественная, забавная. Мне нравится. Особенно, где она опустила голову и смотрит в камеру. Легкий намек на колдовство. И освещение это подчеркивает.

— Я над этим еще поработаю. Но это не все.

Мак щелкнула по клавиатуре и отступила.

Паркер вздрогнула.

— Боже милостивый! Мак, потрясающе. Она похожа, на римскую богиню.

Паркер склонилась к экрану, внимательно вглядываясь в каждый снимок слайд-шоу. Белая драпировка, скользящая с талии под набухший живот, как река, усеянная лепестками красных роз. И сама женщина. Разметавшиеся по плечам волосы, прикрытые согнутой рукой груди, покоящаяся на вершине живота-горы ладонь.

И глаза, устремленные прямо в камеру.

— Изумительные формы, линии, переливы. Свет… как будто он струится из ее глаз. И в них осознание собственного могущества. Ты ей показывала?

— Все. Она так нервничала, что пришлось показать. Мы договорились, что я тут же сотру все снимки, которые ей не понравятся.

— И что она сказала?

— Разревелась. В хорошем смысле. Наверное, это гормональное. Слезы просто хлынули по ее щекам. Я до смерти перепугалась. А потом я услышала самую лучшую похвалу на свете. — Мак умолкла, наслаждаясь воспоминаниями. — Роза сказала, что никогда больше не будет думать о себе, как об огромной и неуклюжей, потому что она прекрасна.

— Ох…

— Да, я понимаю. Сама чуть не расплакалась. Она хотела заказать отпечатки немедленно, но я уговорила ее подождать, пока не доведу их до кондиции. И мне хочется, чтобы она делала выбор в более спокойном состоянии.

— Как чудесно приносить людям счастье! Награда за все наши хлопоты. Пусть мы устали и умираем с голоду, но зато мы отлично поработали сегодня.

— Тогда, может, одолжишь мне свою пижаму?

— Поставь кастрюльку в духовку на медленный огонь, и мы обе переоденемся.

— Договорились. Устроим пижамную вечеринку? Ужин и кино.

— Очень соблазнительное предложение.

— Да, раз уж мы заговорили об ужине и кино, я договорилась — во всяком случае, о первом — с Картером на субботний вечер.

Паркер погрозила ей пальцем.

— Так я и знала.

— Я не собираюсь сильно увлекаться. Возможно, на каком-то этапе у нас с ним и будет секс — но очень сдержанный, без африканских страстей.

— Очерчиваешь границы еще не начавшихся отношений. Мудрый подход.

— Можешь не утруждать себя утонченным сарказмом. — Мак захлопнула дверцу духовки и оперлась о плиту. — Вчерашний заскок совершенно не в моем стиле. Приступ паники, вызванный отсутствием в последнее время интересных мужчин в моей жизни.

— Разумеется, ты права. — Паркер поднялась, обняла Мак за плечи и повела ее из кухни. — Интересные мужчины, пригодные для свиданий, редко встречаются в данной местности прекрасным одиноким женщинам. Эмма — исключение.

— Ты не оставляешь нам времени на свидания.

— Я знаю. Парадоксальная ситуация. Какой фильм ты хотела бы посмотреть? Печальный или со счастливым концом?

— Думаю, под цыплят лучше подойдет что-нибудь со счастливым концом.

— Отличный выбор. Позвоним девчонкам, может, они захотят присоединиться.

Оказавшись перед длиннющей лестницей, уходящей вверх, Мак скользнула по ней взглядом и ужаснулась:

— Эй, Паркер, что ты будешь делать, когда совсем состаришься и не сможешь ползать по этим ступенькам?