Подножка Купидону - Алина Кускова

– Я не о Маньке, я об интимном, – заявил тот и закатил красивые глаза к потолку.

На кухне послышался грохот.

– Ремонт, – поспешила сказать Светлана, – у соседей.

– Понимаешь, Светусик, – Матвей полез за мобильным телефоном. – Я хочу с тобой посоветоваться, как ответить девушке, забрасывающей меня эсэмэсками, что она мне надоела? Но не прямо, а как-то еще.

– Как это еще? – Светлана не поняла. – Лучше сказать правду.

– Я не могу, – признался тот, – она подопечная! Еще вернется к своему бывшему… А ты понимаешь, сердить Марианну нельзя, она сразу перекроет нам кислород.

– Я понимаю, – ответила Светлана, – ее сердить нельзя. Я подумаю, чем тебе можно помочь.

Она попыталась избавиться от непрошенного гостя, но тот встал на пороге и принялся зачитывать:

– «Мотя! Пиши, как ты, как пингвины, волнуюсь и жду!» – Матвей улыбнулся. – Вообще-то она добрая девушка, за пингвинов переживает. Только тридцать раз на дню – это слишком. Может быть, мне написать, что я утонул в океанской пучине?

– Нет! Не пиши! – испугалась за девушку Светлана. – Подожди до завтрашнего дня, я что-нибудь придумаю.

– Обещаешь?! – Матвей спрятал телефон обратно. – Хорошо! Только Томилиной не говори! Я побежал, а то боюсь, как бы Манька косточкой не подавилась.

– Какой подлец! – возмутился Цыпленков, когда Светлана вернулась на кухню, закрыв за Жигуновым дверь. – Одну обманывает, другую кормит костями! И что значит «Светусик»?! Какой, интересно, ты ему Светусик?! Нет, в следующий раз я с этим типом разберусь!

Светлана стояла и улыбалась. Ревность сделала из скромняги парня настоящего льва, вон как топорщится его загривок! Терапевта прорвало. Светлану так еще не ревновали, ни один ее мужчина так страшно не вращал горящими глазами и не брызгал слюной изо рта. А тем более не мерил ее маленькую кухоньку шагами: одним вперед, вторым – назад.

– Ты ревнуешь, – сказала Светлана радостно, – и что это значит?

– Это значит, это значит. – Цыпленков остановился в сантиметре от нее, и она почувствовала на своих волосах его дыхание.

«Сейчас он меня поцелует, – сообразила Светлана, – главное, его не вспугнуть. Хотя, собственно, чего ему пугаться? Мы уже с ним целовались…»

Очередной звонок в дверь раздался на самом интересном месте. Цыпленкова все же вспугнули.

В то, что это вернулся Матвей, Светлана не верила. Такие, как Жигунов, не возвращаются. Такие пропадают на всю оставшуюся жизнь, ах, бедная девочка с пингвинами! Но тогда кто же звонит?! Светлана на цыпочках подошла к двери и посмотрела в глазок. Как она и ожидала, перед дверью стояла Томилина, нетерпеливо переминающаяся в ее сапогах-ботфортах. Светлана вспомнила, что Марианна должна была приехать для того, чтобы переобуться после выполнения задания. Как она могла об этом забыть?!

А что бы это изменило? Она все равно не выгнала бы Виталика на улицу. Но спрятать его придется. Светлана кинулась на кухню, схватила ничего не понимающего кавалера за руку и потащила в комнату к бельевому шкафу.

– Пришла моя начальница! – Она попыталась оправдать свои стремительные действия. – А она мужененавистница! Если увидит, что у меня в квартире мужчина, – уволит. А я не хочу терять свою высокооплачиваемую работу. – Светлана открыла дверцу шкафа и подтолкнула к ней Виталия.

– Это точно не тот подлец?! – сурово поинтересовался Цыпленков.

– Точно! Точно! – спешила Светлана. – Это еще хуже!

– Только ради тебя! – заявил Цыпленков и залез в шкаф, сминая все наряды на вешалках.

– Умоляю, Витусик, сиди тихо, как мышка! – воскликнула Светлана и закрыла дверцу.

Долговязая сутулая мышь вжалась в вешалки и притихла, выполняя просьбу любимой девушки.

– Ужас! – Томилина сразу прошла в комнату, села в кресло и принялась стягивать с себя ботфорты. – В них невозможно вести автомобиль! Мешают высокие каблуки. И как только я доехала?!

Она сняла с себя сапог и кинула его ближе к шкафу, но не рассчитала, и сапог, предупреждая Цыпленкова о грядущих неприятностях стуком по дверце, раскрыл ее настежь. Виталий прикрыл ошеломленную физиономию ароматной цветастой тряпкой и с любопытством принялся следить за красивой женщиной, возмущающейся модной обувью.

– А! – Томилина довольно потерла руки. – Попался, негодяй и развратник! Светлана, хочешь взглянуть?!

– Да я, – обескураженно ответила та, – вроде уже видела.

– Вроде не считается! – возразила Томилина, встала и направилась к шкафу.

Светлана мысленно попрощалась с новой хорошо оплачиваемой и интересной работой, прикидывая, стоила ли она подобных жертв, одна из которых виднелась из бельевого шкафа. «Видимо, – подумала она, – стоила. Должна же быть на свете любовь, ради которой можно пожертвовать всем?!» Вопрос остался риторическим. Он застыл в ее изумленных глазах.

Марианна, вместо того чтобы вытаскивать Цыпленкова за шкирку и выслушивать анекдоты про застрявшую в шкафу моль, мимоходом захлопнула дверцу, даже не заглянув внутрь. Она прошла к окну и позвала Соболеву.

– Посмотри, какого красавца я забрала у этого бабника!

Светлана, робко приблизившаяся к окну, увидела во дворе бомжа с тележкой, участкового милиционера и парочку подвыпивших пенсионеров, намерившихся заранее отпраздновать красный день календаря – День революции. Кто из них достался Томилиной, было не понятно. Главное – зачем?

– Этот любитель блондинок совсем съехал с катушек, – продолжала Томилина, пугая в очередной раз Светлану призрачными намеками на засевшего среди белья терапевта.

Так видела она его или нет? Если видела, то почему продолжает ломать комедию? Светлана, кроме партизана Цыпленкова, больше ни о чем не могла думать.

– Ты смотришь или нет? – Томилина взглянула в растерянное лицо девушки. – Прямо под твоим окном стоит серебристая иномарка! Это отступные Погодина.

– Погодина?! – Вздох облегчения вырвался из шикарной груди Светланы Соболевой, которая теперь нисколько не сомневалась, что начальница и по совместительству подруга ничего, вернее, никого в ее шкафу не заметила.

– Бум! – раздалось оттуда. В темноте Цыпленков попытался стянуть с лица цветастую тряпку и ударился о стенку шкафа головой.

– Ремонт, – хладнокровно, насколько могла, заявила Светлана, – у соседей.

Но Томилину соседи не интересовали. Она не обратила никакого внимания на стук, продолжая любоваться серебристым авто, аккуратно припаркованным у подъезда.

– Представляешь, – делилась она со Светланой, – я лишь собиралась его припугнуть, зацепить. А он оказался таким щедрым! Безусловно, я смогу воспользоваться его автомобилем, пока ремонтируют мой. Но тем не менее…

– Да уж, – процедила Светлана, только чуточку сожалея, что не она была задействована в этом выгодном деле.