Если ты хочешь… - Елена Левашова

– Костя… Ой, Константин Андреевич, а, может… – лепечет Весна.

С головой себя выдала, сказочница… Платье, туфли, эфемерная свадьба… Ничего этого не будет, потому что она… моя.

– Весна, тебя ждут близкие. – Отрезаю сухо и жму руку Бурьянову.

Она садится на переднее сиденье и облегченно откидывается на спинку кресла. Устремляет задумчивый взгляд на пейзаж за окном и молчит. Интересно, о чем она думает? Об отце, сыне, Илье или маньяке? А, может, ее мыслей не покидаю я? Потому что в моих она поселилась прочно. В салоне тепло. Пахнет ароматизатором – «елочкой» и еще не выветрившимся запахом новой машины. Переключаю кнопки в поисках нужной волны и замираю, заслышав слова песни… Из динамика льется надрывное:

Если ты хочешь, я поверну время вспять.

Заставлю солнце светить ночью.

И не спорь, не кричи: «Ты опять?»

Я сделаю, и точка!

Склею осколки надежды,

Прогоню сомнения.

Я скажу тебе «Прости»

Лишь бы ты поверила…

– Костя, что ты обо все этом думаешь? – поджимая губы, спрашивает Весна.

– О нашем страстном поцелуе? Уже не первом, между прочим. Или о…

– Прекрати, – обрывает она. Зябко потирает плечи и меняется в лице. – О маньяке.

– Я спрячу вас. Это во-первых. А, во-вторых, поеду к Валерию Павловичу для серьезного разговора. Никогда не поверю, что он спустил это дело на тормоза.

– Так и было, – кивает Весна. – Он просил меня выбросить все из головы и забыть. Не портить ему карьеру.

– Я поеду к нему. Поговорю. Может, он знает куда больше, чем ты думаешь? – произношу твердо. – Весна, я прошу тебя уехать. На время.

– Костя, для тебя все так просто? – фыркает она. Даже в вечернем сумраке замечаю, как вспыхивают румянцем ее щеки, и блестят глаза. – На что я, по-твоему, должна жить? Я работаю в городе. Илья не в состоянии обеспечить меня в одиночку.

– Нужно выбирать правильных мужчин, Вёся, – снисходительно улыбаюсь я.

– Твоя жена и выбрала. Правильного. И крепко за него держится. Так что… Ты ее цени, а я… Моя жизнь тебя не касается и…

– Успокойся, Вёся. Я не думаю, что поимка преступника займет много времени. Следком поднял на уши все службы. Найдут его, не волнуйся. Уедете с Алешкой максимум на две недели. Илюшу своего можешь с собой взять, я не против. – Выдавливаю хрипло.

– А куда мы поедем?

– В Вологодскую область, у меня там дом есть. Старенький, но стоит прямо на берегу реки. Там и сеновал имеется, – добавляю для чего-то. – Домик принадлежал моему деду – отцу матери.

– Я согласна. Возьмем Илюшу, Джерри… Когда едем?

– Дай мне пару дней. Я разберусь с делами и вас отвезу.

Глава 26

Весна.

По телу проносится мелкая дрожь, в щеки, как ненасытный клещ впивается румянец. Опять этот Духин! Чтоб… у него счастья и здоровья было побольше. Почему же так, а? Наше общение все время приводит к одному – объятиям и поцелуям. И мы оба ничего не хотим с этим делать. Не похож Костя на счастливого мужа, влюбленного в свою жену. Но разве у меня есть право в это лезть? Сегодня он любит Машу, завтра – нет, послезавтра снова любит… А глупая Вёська так и останется назойливой бывшей, подворачивающейся в удобный момент.

– Приехали, Весна. – Тихо произносит Костя, паркуясь возле моего подъезда.

В салон заглядывает луна. Серебристая предательница с головой выдает мое волнение. Духин беспрепятственно замечает нездоровый блеск в глазах и пунцовый цвет моих щек. – С тобой все хорошо? Может, проводить? Я провожу! – не дождавшись ответа, произносит он. Распахивает дверь и выходит из машины.

Мы заходим в освещенный подъезд. Костя оглядывается, ища возможную опасность, вызывает лифт и, лишь когда его двери раздвигаются, бросает напоследок:

– Пока, Вёська. Собирай вещи для поездки в деревню.

– Пока… – только и могу выдавить я.

Темнота лестничной площадки обнимает плечи, в нос забиваются запахи сырости и свежей еды. Кажется, аромат источает моя квартира! Неужели, Илья учится готовить? Старается быть хорошим мужем и отцом Алешке, а я… Распутница, предательница, неблагодарная обманщица! Тихонько вхожу в квартиру, слыша голоса, раздающиеся из кухни. Джерри виляет хвостиком, а потом снова ложится в собачью постель.

– Ешь, давай. Я тебе не мать, сюсюкать с тобой не буду.

Что это с ним? Нутро обдает неприятным холодом. Глубоко вздыхаю и сбрасываю туфельки. Пробираюсь по коридору на цыпочках, желая сделать близким сюрприз.

– Привет, – придаю голосу нарочитую веселость. И улыбку выдавливаю, скрывая за ней вину.

– Мамуля! – Алешка вскакивает с места и крепко меня обнимает. Странный, какой-то испуганный. Меня вмиг заполняет тревога – что случилось в мое отсутствие? И что значили раздраженные слова Ильи?

Илья моет посуду и на мое приветствие коротко кивает. Отмечаю чудовищное напряжение, забившееся в его мышцы. Кажется, тронь его – взорвется!

– Илюша, привет. – Все-таки касаюсь его плеча. Илья вздрагивает и отстраняется от меня. – Что-то случилось?

– Леша, иди в комнату. – Сухо бросает он и выключает чертов кран. – Где ты была, Весна? – он наскоро вытирает руки полотенцем, провожая взглядом убегающего Алешку.

– Я же сказала тебе по телефону. На Танюшку напали, и я…

– Опять таскалась со своим… С этим…

– Да что на тебя нашло? Я, между прочим, главный свидетель. Меня Бурьянов допрашивал, меня… Да как ты вообще говорить можешь в таком тоне? – взрываюсь я.

– Тогда пошли в спальню, Весна? – хрипло произносит Илья. Ощутимо сжимает мои запястья и тянет в комнату.

– Отпусти меня, Илья! Что на тебя нашло? – вырываюсь, морщась от боли. – Алешка дома. Что ты задумал?

– Ты спишь с ним? – голос Ильи бьет как кнут. – Поэтому больше не пускаешь меня в свою постель?

– Не мели чушь! Костя женат и счастлив в браке. Они с Машей детей планируют. С чего ты взял…

– Тогда, почему? – надломлено произносит он. Тянется, чтобы обнять, но я мгновенно отшатываюсь. Мое тело отшатывается… Вздрагивает, как от ожога, боясь запятнать себя чужими руками. Как будто решает за меня, кому будет принадлежать… Предает, выдает с головой, подставляет… Черт.

– Прости, Илюша. Я не робот, чтобы вот так… После такого потрясения. Танюшку увезли в больницу, она только пришла в себя. Ничего не помнит, плачет. Жалко, что ты меня совсем не понимаешь. – Растерянно качаю головой. – И ведешь себя, как обиженный мальчик.

– Я мужчина, Весна. Тот, кто поддержал тебя в трудную минуту, протянул руку помощи, вытащил из этой… каши, в которой ты варилась. Но, стоило появиться Духину, ты все забыла, – Илья некрасиво ухмыляется. – Распушила перья, как… Как…

– Договаривай.

– Как последняя шлюха, –