Фацелия Райс: сердце дриады - Екатерина Ивановна Романова

Чем дольше плакала, тем хуже становилось. Вообще, я заметила странный эффект — жалость к себе как болото. Чем больше трепыхаешься, тем сильнее тонешь и, чтобы выбраться, надо всего лишь вытереть сопли и подняться.

Разумеется, никакой принц на белом коне не прискакал. Подруги думают, что я тружусь над схемой, куратор нянчиться не станет, заберет мою недоделанную работу и уйдет домой. Может, охрана при обходе заметит? Но в коридорах стояла поразительная тишина.

И что, я так просто сдамся? Позволю себе опозориться? Явлюсь завтра перед толпой незнакомцев в чем мать родила, размалеванная как последний тьергх?

Не-ет. Если я Фацелия Райс, то найду выход!

Не через дверь. А, если не через дверь, то…

— Ох ты ж! — воскликнула, выглянув из окна. Четвертый этаж.

19

Прыгать — самоубийство, лезть до соседнего окна с открытой форточкой — почти то же самое. Но, я же немного маг. К тому же, сдала на отлично скалолазание! Да и через окна мы тоже выбирались с этажа на этаж, правда при полной страховке со стороны магистра, но я же не упала ни разу. Ни на тренировках, ни на экзамене. Заклинание равновесия не требует много сил, блокировка страха — чуть посложнее, но и на него у меня хватит запаса, а дальше… лучше я опозорюсь перед кем-то одним, чем перед целой оравой.

Не упаду. Справлюсь. Без вариантов.

Подождала еще минут двадцать — должна же госпожа Раджи заинтересоваться, почему я так долго в душе, но она не пришла! И тут закрались смутные сомнения, что и здесь вездесущий Грегори постарался. Сдал мою работу, спел сладкую песню о том, как я расстроилась и, он отвезет меня в академию. Все чисто и красиво, никто не станет меня искать.

Зарычала, срывая злость и поняла, что спасения ждать неоткуда. Ни сигнальные заклинания, ни мои крики через щит Грегори не проходят, значит, выхода не остается, а к утру я окончательно околею!

Заклинание блокировки страха подействовало сразу, включились логика и инстинкты, я здраво оценила ситуацию. Оконный проем — широкий. Через два окна, кажется, как раз конференц-зал, в котором мы занимались. Доберусь туда, там безлюдно. Найду что-нибудь, чем можно прикрыться и вызову такси. Карниз широкий, полстопы поместится, сверху — такая же ребристая поверхность, за нее смогу держаться, главное руки высушить.

На том и остановилась. Тщательно помахала руками, избавляясь от пота. Без страха вылезла наружу и поежилась от холода. Ненавижу холод!

Когда идешь по стене дома к соседнему окну, нужно соблюдать несколько правил: не смотреть вниз. Даже самый тренированный боец рискует потерять равновесие и свалиться. Второе — по возможности, следует искать опору для рук. Хоть одна рука да должна придерживать тебя за что-то. Если соскользнешь — есть шанс удержаться и выжить. Третье — смотрим по направлению движения, строго вперед. И последнее — передвигаемся конечно же спиной к обрыву. А, нет, забыла. Последнее — это никогда и ни при каких обстоятельствах не передвигаться по карнизу дома! Но я — тренированный агент, через три года выпуск, мне можно, если сильно нужно.

Ветер нещадно хлестал по голой спине, холодил голову — забыла высушить волосы заклинанием! По мне стекали капли воды и ветер с радостью промораживал их, превращая в ледяных змеек, безжалостно жалящих и кусающих меня. Дрожь пробирала до костей, но я полностью сконцентрировалась на деле.

Шаг, еще один и я добралась до приоткрытого окна! Вздохнула с облегчением и в этот момент в кабинете, к которому я так упорно шла, зажегся свет.

Ну, во-первых, это была не наша аудитория — она чуть дальше. Во-вторых, светлый сразу меня заметил и изменился в лице. И, в-третьих, от неожиданности я оступилась и с визгом грохнулась, успев ухватиться рукой за нижний карниз.

Дальше все произошло стремительно: окно распахнулось, меня рывком втянули внутрь и швырнули в большое кресло у стены. Пока я стучала зубами и ловила откат, глядя в одну точку широко распахнутыми глазами (заклинание блокировки страха слетело), светлый шарил в шкафу и достал оттуда теплую рубашку с длинным рукавом.

— Надевай!

Перевела на него ошарашенный взгляд, продолжая трястись как осиновый лист на ветру.

— Надевай, Райс!

Не посмела ослушаться — тон у магистра Хейдена не предполагал возражений, во всяком случае, без риска для жизни. Да и выглядел светлый как взбешенный темный!

Сунула руки в рукава и запахнулась. В горле першило, голову сдавливало ледяными тисками, в носу защекотало. Соваться голой на улицу с мокрой головой и отдаваться на волю ранним весенним ветрам не самая лучшая идея, если планируешь дожить до старости. Это же надо быть такой дурой, чем я думала вообще?!

— Беда на мою голову, — выругался светлый, но я почему-то услышала.

Он подхватил меня на руки, сам сел в кресло и усадил меня к себе на колени. Дальнейшее вообще странность — он взялся за пуговицы на рубашке.

— Вы ч-что де-де-делаете? — пролепетала, дрожа от холода.

— Ра-ра-раздеваюсь, — зло передразнил он. И зачем хамить, мне и так плохо. — Руки!

Я пялилась на мускулистую грудь архимага и пыталась понять — это у меня горячечный бред? Наверное, я все же упала, разбилась в лепешку и попала в персональный то ли рай, то ли ад?

— Не беси меня, Райс, я и без того не в духе! — он взял мои ледяные ладони и приложил к своей груди.

Горячая! Невозможно горячая! У него что, жар?

— Вы очень горячий, это нормально?

— Нормально, — рявкнул он, прижимая меня к своей груди. Ладно, если дают доступ к телу, я не стану отказываться! С наслаждением обвила крепкий торс магистра руками и, охамев в конец — ногами тоже! Устроила ладони на его твердой спине, а сама прижалась щекой к груди. Прямо как коала на эвкалипте. А хорошо-то до чего! Тепло!

А еще томительно сладко в груди, и голова кружится от наслаждения.

— Я способен менять температуру тела по своему желанию, — чуть добрее пояснил мужчина.

— А мою?

— Увы.

— То есть, вы можете уменьшить температуру тела и все процессы в организме? Сделаться почти мертвым?

— Могу, — с хитрецой произнес он и уложил мою любопытную голову к себе на грудь.

— И стать совсем горячим, как огонь? — пробурчала ему в шею.

— Тоже могу. Еще вопросы, Райс?