Фацелия Райс: сердце дриады - Екатерина Ивановна Романова

— Хорошо. Потому что у меня, как вы понимаете, вопросов много, — он провел пальцами по моим волосам, и я затрепетала от рассыпавшихся мурашек. С детства люблю, когда трогают голову. Пальцы магистра перебирали мои волосы, нащупывая уродливые куски непонятного вещества.

Его вкрадчивый тон не сулил ничего хорошего, а до меня только сейчас дошло безрассудство моего поступка. Допустим, вероятность того, что я упаду, была минимальной — все же мне отлично дается хождение по стенам, но ведь могла высушить волосы! Могла дождаться утра, просидев в душе под горячей водой, могла… подумать лучше и найти другой выход.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но напряжение сегодняшнего дня, придирки, укусы и подколы со стороны однокурсников, намеки декана и сумасшедшее влияние светлого сварили в моей голове ядовитую кашу, щедро сдобренную не лучшими эмоциями, и этот ядерный коктейль не позволял мыслить трезво.

— Когда я уходил, вы выполнили большую часть задания. Но я бегло просмотрел работы курса и удивился. Угадаете чему?

Подняла голову на магистра и прошептала:

— Я пролила магические чернила, пришлось выполнять работу заново.

— Лежать, — проговорил он, касаясь губами моего виска.

Если еще недавно мне было холодно, то теперь начался жар! По венам разливался огонь, сердце так отчетливо стучало в ушах, что и магистр наверняка слышал.

— Трасологию уже изучали?

— Нет, в следующем году.

— Упростим теорию и примем, что все объекты мира делятся на две группы: следообразующие и следовоспринимающие.

Он выжидательно замолчал.

— Чернила — следообразующий, а карта — следовоспринимающий? — снова подняла голову, мне невыносимо хотелось смотреть на его лицо, впитывать затуманенный взгляд, касаться пальцами слегка колючих щек, но… меня мягко устроили на груди и снова зарылись пальцами в мои волосы. Не знаю, что он там делает, но это потрясающе!

— Верно. Так вот механизм следообразования зависит от многих факторов, и в каждой ситуации след останется разный. Что я имею в виду?

Догадываюсь, что он догадывается. Да что там, твердо знает.

— Вы это по брызгам поняли? — удивилась и подняла голову.

— Лежать.

Покорно ткнулась носом в горячую кожу магистра и с наслаждением поерзала.

— Упорство — это хорошо, Райс. Но на нем далеко не уедешь. Подумайте об этом. И… имей совесть, не ерзай!

Замерла, ощущая последствия своих телодвижений. Да что там, я словно окаменела, и даже сердце биться перестало, пока магистр ловко не поменял тему — он протянул мне большой черный комок.

— Что это? — спросила простуженным голосом.

— Сок дерева им. Знакомы?

— Используется для изготовления магических артефактов, требующих пластичной формы, — взяла шарик в руку — он оказался теплым и упругим. — Вы достали это из моих волос? Как?! Я пыталась смыть, но не получилось!

Пошарила рукой по голове и не обнаружила там никакой мерзости. Да и волосы уже были сухими и мягкими. А я уже отчаялась спасти шевелюру и думала, что придется с ней прощаться!

— Магистр Хейден, вы… — я в восхищении подняла голову, но, встретив грозный взгляд, снова устроилась на его груди, перекатывая в ладони шарик. — Необыкновенный, — прошептала так тихо, что сама едва услышала. — Спасибо вам.

— Значит, вы решили смыть сок с волос и отправились в душ, — рассуждал он, снова перебирая мои волосы. И для чего на этот раз? Я уверена, что вся пакость лежит на моей ладони. Кивнула. — Когда появился сок айгории?

— Его подбросили с помощью магии, когда я уже мылась.

— Вот скажите мне, Райс. Как так получилось, что вы дважды за день попали в одну и ту же глупую ситуацию?

И каждый раз мне на выручку приходит магистр Хейден. Стоп, он что же думает, будто я специально?!

На этот раз не просто голову подняла, я выпрямилась, но поза ничуть приличней не стала: магистр Хейден между моих ног в распахнутой рубашке, а я — и вовсе без белья! От осознания этого мучительного факта и томительной тяжести внизу живота, я залилась краской по самые уши. Все лицо горело огнем.

— Вы же не думаете, что я специально? Что пытаюсь вас соблазнить?

— Это была бы самая провальная попытка соблазнения в истории человечества, — усмехнулся магистр, а мне отчаянно захотелось ему врезать. — Нет, Райс, я думаю о том, что вы не учитесь на собственных ошибках.

20

Он властно привлек меня к груди.

— Вы еще не согрелись.

— Мне уже нормально.

Его руки скользнули по моим ногам и коснулись стоп. Он же не собирается… не собирается?! Меня приподняли и усадили на своих коленях боком.

— Так и есть — стопы ледяные, — недовольно заметил он.

Я в ужасе смотрела на магистра, обнимающего ладонями мои ступни. С его пальцев заструилось тепло, стало так неимоверно хорошо, что я отбросила моральные терзания и громко шмыгнула носом.

— Великолепно, — выругался он. — В следующий раз что вы сделаете, адептка Райс?

— Поставлю сигналку?

Он поднял на меня рассвирепевший взгляд.

— Две сигналки?

— Издеваетесь?

— Возьму одежду в душ?! — прошептала в ужасе.

— Вы факультетом не ошиблись, Райс?

Безопасники обнаруживают сигналки, даже скрытые, в два счета. Этому мы научились еще на первом курсе. Поскольку похитители моей одежды — все безопасники, это самая глупая мысль, какая могла прийти в мою голову. Но разве что умное придет, когда в голове дурман необузданной страсти?!

— Буду внимательней?

— Дам вам уникальный артефакт универсального предназначения, редкий, едва ли не единственный в мире, — его голос сочился сарказмом.

Он потянулся к тумбочке и достал из выдвижного ящичка небольшое зеркало с эмблемой Трайзис: щит с буквой "Т" внутри и вензелями.

— Это же зеркало!

— Наблюдательность — отличная черта для адептки. Дальнейшие инструкции выдать?

Смутилась и спрятала нос на груди мужчины. Как я сама до этого не додумалась? перво-наперво будут искать сигналки, никто и не подумает, что я могла подвесить магией зеркало, в котором отразится все, что происходит за шторкой или пеленой. Вот она — старая школа!

— А теперь поясните, как в вашу миленькую головку пришла великолепная мысль выйти из душевой через окно?

Вот тут совсем стыд.

— Так дверь была закрыта.

— Сигнальная магия?

— Абсолютный полог изоляции.

Грег отстой, знаю.

— И не пришел никто! А почему госпожи Раджи не было? Я ждала…

— В журнале запись, что вы ушли с Сатхейном, — задумчиво протянул светлый и все встало на свои места.

Грегори наверняка во всех красках расписал Наине, как я переживаю по поводу случившегося, сдал мою недоделанную работу и, якобы, повез в академию. Вот ведь подлец!

— Сатхейн ваш первый мужчина?

Я аж подавилась и уставилась на магистра.

— Вы задаете неприличные вопросы.

— И?

Аргумент.

— Нет. Это был