Ты и только ты - Лилия Хисамова

Я смотрю на Рафа во все глаза. Что же он предпримет дальше?

Нервно натягиваю одеяло на груди, прикрывая наготу.

Когда наши взгляды наконец встречаются, меня тут же закручивает в тёмный водоворот и уносит в параллельную реальность.

Раф подлетает ко мне с нечеловеческой скоростью. Толкает к стене, срывает одеяло, отбрасывая его на пол. Цепляет меня за бёдра и заставляет оседлать себя. Замирает, как зверь перед прыжком, и, ничего не говоря, смотрит мне в глаза. Этот дикий взгляд одновременно и пугает, и завораживает.

“Я хочу его,” — бьётся мысль в голове.

Это похоже на безумие. Сама не верю своим желаниям. Тело, как будто не советуясь с разумом, живёт собственной жизнью.

Ещё пару дней назад этот мужчина был моим ожившим кошмаром. Он вызывал у меня панический страх одним только своим присутствием. Моим единственным желанием было бежать от него. Как можно быстрее и дальше, чтобы монстр больше не смог меня найти.

Но теперь я смотрю на Рафа по-новому. Без омерзения.

Возможно, я наивная и глупая, но за меня раньше никто не заступался. А Раф не просто защитил, он морально наказал моего обидчика.

Внутри меня что-то щёлкает. Словно предохранитель какой-то слетел. И я делаю то, на что раньше ни за что бы не решилась. Я накидываюсь на губы Рафа, чтобы поцеловать, толком даже не зная, как это делается.

Раф, как ужаленный, резко отстраняется. С секунду смотрит на меня.

Взгляд его тёмный, как ночь. Страшный, тяжёлый и в то же время волнительный.

Похоже, сама того не ведая, я бросила вызов самому дьяволу и вырыла себе могильную яму собственными руками.

Боюсь даже представить, что Раф теперь со мной сделает.

В следующий миг, глядя в мои перепуганные глаза, мужчина пальцами касается моего лица и наклоняется так близко, что я чувствую на себе горячее дыхание. Приближается, как будто готовится поцеловать, но в последний момент лишь засасывает мою нижнюю губу. Грубо. Беспощадно. До появления металлического привкуса во рту. Я вскрикиваю от боли и прекрасно понимаю, что ему это нравится.

Раф тот еще извращенец.

Как кошка цепляюсь в его плечи ногтями, оставляя сквозь ткань футболки порезы на коже. От неожиданности боксёр слегка дёргается, а потом впивается в мои губы сильнее, заставляя раскрыться для него. Я отвечаю, начиная несмело ласкать его язык своим. Но наш поцелуй длится недолго.

Раф упирает меня в стену, чтобы не упала. Одной рукой расстёгивает ширинку на джинсах и спускает их вниз.

С трудом делаю вдох, когда этот гигант впечатывает меня в свою твёрдую, как камень, грудь. За секунду до того, как войти в моё лоно, его глаза вспыхивают жутким чёрным огнём, предвещающим нечто безумное.

Я вскрикиваю от боли, когда огромный член распирает меня изнутри. Раф совсем не даёт мне привыкнуть и, едва войдя, начинает сразу таранить со всей мощью. Сминает в руках моё тело, подчиняет себе, убивая зачатки протеста. Задумай я убежать, боксёр мертвой хваткой удержит и продолжит свою пытку.

Я сдаюсь и раздвигаю ноги сильнее, впуская его до упора. Раф жадно скользит взглядом по моим губам, но больше не тянется поцеловать. Боль постепенно утихает и сменяется приятными ощущениями. Я подаюсь ему навстречу, безмолвно моля не останавливаться.

— Не смей кончать, шлюха! — его правая рука опускается мне на шею, сжимая горло.

Я дёргаю головой, чтобы освободиться от захвата.

— Не надо мне приказывать, — шиплю, как разъярённая кошка.

— Заткнись, — хрипло дышит мне в губы и продолжает без передышки долбить моё тело.

Внутри пробуждается странное чувство власти над этим огромным мужчиной. Перечить ему всё равно что показывать своё превосходство.

— Подонок! — выпаливаю в ответ.

Раф немного отстраняется и сильнее сдавливает мне шею.

— Если кончишь, я тебя накажу, — в его словах слышу приговор.

Но меня он больше не пугает.

Пусть мне будет хорошо. Может, я не такая самовлюблённая стерва, как эта его Эльза, но я почему-то уверена, что у меня больше власти над Рафом, чем у всех его шлюх вместе взятых. От этой мысли меня скручивают странные ощущения. Словно мне стало доступно нечто запретно-сладкое.

Мое лицо раскраснелось. Дыхание на пределе. Мне так хорошо, что хочется плакать и смеяться одновременно. Я готова задохнуться от его таких сильных, быстрых, диких толчков.

Запах мужчины, пропитанный страстью, одурманивает меня, и я наслаждаюсь им, как любимым парфюмом.

Это какое-то сумасшествие, не иначе.

Раф сжимает мои ягодицы, вдавливая в себя сильнее. Вспышка удовольствия затмевает сознание. Я откидываю голову назад и, почувствовав, как тугой узел сдавливает низ живота, издаю стон неистового блаженства.

Оргазм такой мощный, что, как ни силься, его не остановить. Да я и не собираюсь скрывать, как мне хорошо. Он должен видеть каждую мою эмоцию. Ощущение безмятежного счастья не сравнимо ни с чем. И, даже если за ним последует наказание, этот сладостный миг того стоил.

Глава 23. Ева

Какой же Рафаэль всё-таки странный.

В один момент набрасывается на меня, как голодный зверь на кусок мяса, а в другой — резко бросает и уходит, громко хлопнув дверью.

С виду он выглядит хладнокровным и безучастным, а по поступкам кажется, что внутри этого безумца извергается вулкан эмоций.

Несколько часов я сижу на кровати, уставившись на закрытую дверь.

Раф не возвращается.

Меня одолевают абсолютно противоречивые чувства: с одной стороны, мне стоит радоваться, что он оставил меня в покое, но, с другой стороны, одиночество меня убивает, и хочется присутствия другого человека рядом. Даже если этим человеком будет Раф.

Внизу слышатся голоса и активное движение. Я думаю, что, может, к Рафаэлю приехали гости, и он на время отвлёкся. Но, пролежав всю ночь практически без сна, я так и не дожидаюсь его прихода.

Утром после небольшого отдыха я просыпаюсь от терзающего меня чувства голода. Открываю дверь в надежде найти под ней поднос с едой, но застаю лишь пустой коридор.

Проходят тягучие часы ожидания, в течение которых ничего не происходит. В доме глухо, и эта тишина действует на меня удручающе, порождая нехорошие мысли.

Ни обеда, ни ужина мне так и не приносят. Даже стакана воды. В голову закрадывается мысль: а не обещанное ли это наказание? Мычу от отчаяния, но стараюсь верить в лучшее.

Когда на улице начинает смеркаться, мой живот едва не прирастает к позвоночнику от этой голодной пытки. Я настолько сильно хочу есть, что решаюсь на активные действия. Стягиваю с кровати простынь, оборачиваюсь в неё, завязав плотным