Золотая Серединка - Наталия Доманчук

Теперь уже спать на рабочем месте Степан не мог. Он думал, как ему жить дальше. Его совершенно не устраивала жизнь, которую диктовала ему Люська.

Через месяц он решил поговорить с женой:

– Люсенька, ты же понимаешь то, что с нами происходит, неправильно.

– Что ты имеешь в виду, дорогой? – спросила Люська и отрыгнула.

– Ты раньше себе такого никогда не позволяла, – жалобно пропищал Степан.

– Чего ты хочешь?

– Ты перестала уделять мне внимание!

– Опять – двадцать пять! Я уже тебе объясняла – я действительно занята. А тебе лучше не зацикливаться на моем внимании и заняться собой. Запишись в спорт клуб, сделай новую прическу, в конце концов, купи себе что-нибудь…

– Что?

– Барсетку…

– У меня и так их пять штук…

– Тогда туфли.

– Хорошо.

На следующий день Степа пошел покупать себе новые туфли.

– Степан Борисыч, как хорошо, что вы зашли к нам. А у нас как раз новая коллекция появилась. Посмотрите, кожаные, коричневые, как вы любите.

– Она меня не любит! – заплакал Степан и прижался носом к туфле.

– Она вас просто не ценит! – вдруг решила успокоить его продавщица Наденька.

– Я ей вчера блинчики приготовил. С карамельной начинкой. Она даже не попробовала.

– А принесите мне, если остались. – Попросила Наденька.

Степан улыбнулся:

– А идемте ко мне. Жена только в девять придет, а у меня столько всего!

Следующий месяц все свое свободное время Степан проводил с Наденькой. Она смогла по достоинству оценить и его кулинарный талант, и его тонкую душу. Но больше всего его поразило то, что она никогда не кидала грязные колготки под кровать, не отрыгивала, когда он смотрел мелодрамы, и не пукала в постели.

Еще через месяц он переехал к ней. Люська совсем не расстроилась, даже поцеловала Степана в нос и пожелала им счастливой жизни.

Все пошло своим чередом: Степан приходил с работы, они вместе с Наденькой готовили ужин, а потом устраивались у телевизора и смотрели сериалы.

Степан был без ума от Наденьки, а Наденька даже и не представляла, что на свете могут быть такие чуткие мужчины, как Степан.

Когда новая семейная жизнь наладилась, Степан опять заснул на рабочем месте. К нему опять пришел Дьявол, посмеялся над его новым образом и сказал, что «все возвращается на круги своя».

Как только Степан проснулся, он сразу почувствовал, что ему очень хочется пива.

Его старые собутыльники уже давно отреклись от него, и поэтому когда он появился в пивнушке, отвернулись и не захотели с ним разговаривать. Пива сразу расхотелось.

Курить – тоже не было желания. Но почему-то очень захотелось забежать к Наденьке в магазин и купить себе новую пару туфель. А вечером, вместо футбола его потянуло досмотреть сериал: «Там такая завязка! Я должен посмотреть эту серию!» – объяснял он свой поступок.

Люсенька прибежала за ним в субботу, когда он готовил на завтрак оладьи с яблочным сиропом. Она долго кричала на Наденьку и требовала «вернуть мужа». Степан размешивал соус и думал о том, какой он счастливый: такие красивые женщины дерутся за него. Наденька, конечно, не отдала Степана, чему Степан был очень рад.

На рабочем месте все было без изменений: он по прежнему каждый день засыпал, к нему приходил Дьявол и уговаривал: «Ну ты же мужик, а не тряпка! Посмотри на себя со стороны!». На что Степан отвечал: «А мне нравится моя жизнь!».

Шестого июня, когда Степа опять задремал, Дьявол пришел задумчивый, сел на стул, рядом со Степаном и сказал: «Там, внизу, я отвечаю за тебя. А ты ведешь себя совсем не так, как надо. Такими темпами ты станешь ангелом! И я погибну. Прости, Степа, но у меня нет другого выхода», – и Степан проснулся.

Через два часа в коморку Степана зашел начальник и представил ему нового сотрудника – Петю Хирюгина, который сразу понравился Степану. Через неделю Степа бросил Наденьку.

Теперь Степан и Петр не только вместе работали, но и вместе жили.

– Петюнь, солнышко, умоляю, не позволяй мне уснуть на рабочем месте. А то вдруг моему Дьяволу опять что-то не понравится. Например, твоя обувь… ему станет стыдно за меня, и он опять решит что-то изменить… А я тааак счастлив. Как никогда…

– Как скажешь, милый! – улыбнулся Петр и разулся.

Ему очень натирала новая обувь. От «Прада».

– Ничего не поняла, – пробурчала я себе под нос.

– Чего ты не поняла? Что Петя – дьявол?

– Ну а дальше что? Получается, что живет он с дьяволом и ему это нравится?

Таша задумалась.

– Ты хоть сама поняла, что написала? – засмеялась я.

– Я хотела сказать, что человек сам вправе распоряжаться своей судьбой. И даже если за его спиной стоит Демон и помогает ему – он может выбрать другой путь.

– И где же он его выбрал? Он с ним живет!

– Это пока. Потому что другой план у него не сработал. Но поверь мне, он опять заснет на рабочем месте. Или ты думаешь Дьяволу больше нечем заняться, чем развлекать Степана?

– Не знаю как там у тебя будет дальше, но пока ему твой Степан нравится и он с ним сожительствует.

– Значит, я хотела сказать, что и Дьяволу не чужда любовь.

Я рассмеялась.

– Ну вот, наконец-то ты веселишься. А то, как услышала про родителей – сразу поменялась в лице.

– Я очень боюсь этой встречи, – призналась я. И не знаю, что надеть.

– Вечером подберем тебе что-то.

Да! Так, как к этому обеду с родителями, я никогда не готовилась.

Даже на свое первое свидание я так не волновалась идти, как на этот обед:

– А платье? Оно меня не полнит? – в сотый раз, крутясь перед зеркалом, я спрашивала у Таши.

– Нет, тебя не платье полнит. А то, что ты жрешь по ночам, – спокойно ответила подруга и закинула ноги на журнальный столик.

– Таш, в моем доме ноги на стол не кладут, – упрекнула я ее.

– Это не ноги. Это произведение искусства!

– Да? И в чем же они так гениальны?

– Они растут от моих ушей, они ровные и без грамма целлюлита.

Я не слушала подругу, а только пыталась поддерживать разговор, чтобы она опять на меня не кричала. Тем более, о чем было спорить? Я и так была согласна с тем, что ее ноги конгениальны! Только вслух этого не произносила.