Золотая Серединка - Наталия Доманчук

– Похороны.

– Отличный настрой! Просто отличный. Хорошо, спорить не буду. Надевай и поехали.

Я надела черную водолазку с черной блузкой, на быструю руку соорудила из своих волос прическу «ракушку», выбрала самые высокие шпильки и мы вышли из подъезда.

Всю дорогу у меня ныл живот. Я ужасно переживала.

– Надо было тебе успокоительное какое-нибудь выпить. Может, заедем в аптеку?

– Яду мне, яду! – попыталась отшутиться я.

Яду мне не купили. Таша сказала, что мой организм его достаточно и сам вырабатывает в нужных пропорциях в соответствующих ситуациях и что я все равно от него не умру – у меня уже на него выработался иммунитет. Зато купили пирог с капустой, грибами и вишней.

Таша заранее подумала, что дарить пироги в картонных коробках не стильно, тем более, потом, уверять всех, что это домашние пироги. Поэтому с моего шкафа она прихватила три подноса (два хрустальных и один стеклянный с жуткими керамическими розочками) и уже в машине вытащила купленные пироги и разложила их не подносы.

– А рецепт? Мы совсем забыли посмотреть как в интернете делают пироги. Или ты помнишь? – заволновалась Таша.

– Помню, конечно. Но нас никто о рецептах не спросит. Мама кроме яичницы ничего никогда не готовила. К чему ей забивать голову рецептами пирога?

– А жена брата?

– Настя? Я ее плохо знаю, мы только пару раз с ней встречались, еще до встречи с Кириллом. Не думаю, что она умеет печь. Вот такое у меня предчувствие.

– Ох, экстрасенша ты наша. Приехали?

– Да. Вот их дом.

Вся родня встретила нас в коридоре. Все стояли как солдаты, выстроившись в шеренгу и на мое «Здравствуйте» хором ответили «Здравствуй».

Таша сразу протянула моей маме поднос с одним пирогом, который несла, затем взяла из моих рук еще два подноса с другими пирогами и передала их уже моему отцу. Родители, в свою очередь, взяли их и продолжали стоять и смотреть на меня. А я стояла с вытянутыми руками и смотрела на них всех, по очереди, на всю эту шеренгу: на папу, на маму, на любимую и воспитавшую меня с пеленок домработницу, на брата и его жену, и на детей, которые обнимали за ноги своих родителей. Я даже не знала, что у моего брата родились дети! Как же так вышло? Неужели я действительно так сильно провинилась, что меня даже не поставили в известность о наличии племянников?

Когда я познакомилась с Кириллом, мой брат Андрей только женился на Анастасии. Да, у нас в семье всех называют полными именами. Не Настя, а Анастасия. И когда их спрашивали о будущих детях, они отвечали, что хотят пожить для себя и если надумают, то лет через десять, не раньше. Прошло всего пять, а у них уже пятилетние дети есть, которые испугано смотрят на меня и прижимаются к родительским ногам.

– Большое спасибо, что пригласили нас на обед, – Таша взяла инициативу в свои руки, как и обещала – давайте, наверное, пройдем в гостиную.

И она взяла меня за руку и повела в зал. Вся шеренга пошла за нами.

– Так, ну что, садимся за стол? У вас все готово, или надо помочь? – спросила Таша у мамы.

– Все готово, присаживаемся, – очнулась мама, села за стол и попросила гувернантку Зину подавать блюда.

Зина совсем не изменилась: на первый взгляд полная, грузная, но очень даже шустрая и поворотливая, с родинкой над губой и испуганными черными глазками. Я не думаю, что она испытывала огромное удовольствие от своей работы, но мама ее любила и платила очень хорошо. А любила она ее за преданность. Помню, даже сначала подговорила соседку, чтобы та предложила Зине работать у нее дома, и даже зарплату чуть больше обещала. Но Зина была непреклонна и отказала соседке. Мама всегда очень гордилась Зиной и знакомила со всеми гостями, представляя: моя вторая рука – Зинаида. Да, опять полное имя. В моей семье это закон. Наверняка его установила мама, я просто не помню, но его подхватили все члены семьи и даже мой не принципиальный отец. Один раз кто-то из одноклассников, когда я еще училась в школе, позвонил и попросил к телефону Иру. Папа мой ответил так:

– Иру? Какую Иру? У нас в доме Ир нет. – И положил трубку.

А мама потом его защищала и мне выговаривала: пусть все знают, что нашу дочь зовут Ирина.

– У нас на обед сегодня рассольник. – Тоном учительницы доложила присутствующим моя мама.

– Замечательное русское блюдо! – включилась в беседу Таша, – я готовлю его из почек, а вы? – и она так посмотрела на мою мать, что та поначалу растерялась, но потом быстро пришла в себя:

– У нас в доме еду готовит Зина. Зинаида, подавай!

– Очень хорошо к рассольнику подойдут наши пироги. Мы их утром испекли. Там один с картошкой и грибами, а второй с капустой. Третий сладкий – с вишней – к десерту.

– Вы сами печете пироги? – спросил Ташу отец.

– Да, в основном это Ирина печет, но она уже и меня научила. Очень просто и самое главное точно знаешь какие там ингредиенты – все свежее, домашнее.

– У нас тоже все домашнее. Только для этого не надо было учиться в двух институтах – чтобы потом борщи и пироги готовить, – матушка была явно не довольна нашей с Ташей стряпней.

И похоже Ташу, которая заварила весь этот кисель, в этом доме не жаловали. Как и меня, впрочем.

– А между прочим, как Вас зовут? – спросила моя мама когда Зина, улыбаясь мне во все свои золотые зубы, поставила на стол розовую в белый цветочек супницу и наши подносы с пирогами.

– Меня зовут Татьяна. Я коренная москвичка, живу в центре, неподалеку от Ирины. Я сирота, уже давно, поэтому так ценю слово семья и все ценности, которые мы создаем в своей семье – начала свою игру Таша, но моя мама быстро ее перебила:

– И какие же у вас ценности?

– Я считаю, что родители и дети – это самые родные люди на свете, и они должны жить в мире.

Мой отец закивал головой, в знак согласия. Мама стала размешивать в тарелке рассольник, брат, пытаясь совладеть с улыбкой, опустил голову и исподлобья посмотрел на меня. А Таша продолжила:

– И еще я считаю, что если в семье есть какие-то проблемы – то их надо решать сообща, а не категорическим тоном рушить семью.

– И кто же тут все рушит, дорогая Татьяна? У нас прекрасная семья, посмотри, – и она развела руками в сторону, указывая на всех, кто сидел за столом. И на меня в том числе.

– Вот и прекрасно! Давайте тогда есть рассольник, раз у вас все замечательно, – и Таша первой взяла кусок пирога, откусила и потом застучала ложкой по тарелке, пробуя суп.

– Я просто хотела бы кое-что уточнить, – мама строго посмотрела на меня поверх очков. – Я, так понимаю, Кирилла в твоей жизни больше нет?

Я тоже выбрала самый ароматный кусок пирога с капустой и даже поднесла его ко рту, чтобы откусить, но не успела. Так с открытым ртом и замерла. Жалко, что ответа на ее вопрос я не знала. Как бы Кирилла сейчас рядом не было, но ведь в сердце же он был!