Бескорыстная любовь - Барбара Картленд

Ужин для слуг подали поздно. Все время прибывали новые гости, и у слуг было много работы. Наконец поздно вечером, когда дворецкий освободился, все сели за стол. Порядок за столом и процедура рассаживания были те же, что и вчера.

— Два бала подряд — это уже чересчур, доложу я вам! — сказал дворецкий, обращаясь к маркизу.

Маркиз согласился с ним, признав, что за эти два дня слуги совершенно сбились с ног.

— Мои девчонки работали сегодня почти до утра, пока все прибрали в доме после вчерашнего приема, — сказал управляющий. — А сегодня, наверное, и до восхода солнца не управимся.

— Да, досталось вам, — сочувственно произнес маркиз.

— Вы вот все понимаете, мистер Лайон, — продолжил ободренный его вниманием управляющий. — А ведь раньше, при старом хозяине, здесь все было иначе.

— Наверное, вы все жалеете его и часто вспоминаете?

— Более чем… должен заметить. Хотя грех жаловаться, сэр Перси совсем не скупой хозяин. Не жадный. И все ж при покойном его сиятельстве все было совершенно по-другому. — Он тяжело вздохнул.

Маркиз подумал, что старый слуга мог бы еще многое рассказать, если бы захотел. Затем за столом начались обычные сплетни. Маркиз не принимал участия в общем разговоре, заметив, впрочем, для себя, что и на нижних этажах общества так же безжалостно третировалось женское легкомыслие и ветреность. И еще — теперь он вполне убедился в правильности слов: никто не герой в глазах своего лакея!

На мгновение ему страстно захотелось в Уайт-клуб. Хорошо было бы сейчас сидеть с лордом Чарльзом в уютном зале за бокалом дорогого вина и вести неторопливый и умный разговор.

Наконец долгожданный ужин закончился. Маркиз попрощался с присутствующими, сказав, что хочет еще раз перед сном прогуляться в парке, пока туда не устремились любовные парочки в поисках уединения после танцев.

— Будьте осторожны, мистер Лайон! — сказала одна из служанок. — Я слышала, вчера какой-то разбойник напал на бедного мистера Мортимера и бросил в фонтан. Он вернулся в дом мокрым до нитки!

— Да! Я насилу привел в порядок его одежду, — подтвердил слуга Мортимера. — Сегодня утром я потратил несколько часов, пока высушил и выутюжил ее.

— Буду осторожен, — пообещал маркиз, направляясь к двери.

На ходу он подумал, выполнила ли Лаэла его наказ. Если да, то сегодня вечером ее никто даже силком не затащит на прогулку в сад. Проходя мимо столовой, он услышал громкий шум. Без сомнения, еще задолго до того, как дамы встанут из-за стола, их кавалеры будут, что называется, сильно навеселе. «Пьяны в стельку» — сказал бы его слуга.

«Слава Богу! Пьянство не числится среди моих пороков», — подумал маркиз. Надо сказать, что привычка спортсмена держать себя в форме сделала маркиза умеренным во всем. К тому же он справедливо рискует попасть в дурацкое положение. В буфетной маркиз заметил несколько слуг. Он обратил на них особого внимания, но вдруг услышал, как кто-то из них сказал:

— Этот денежный мешок обещал мне две гинеи!

— Ты имеешь в виду мистера Дентон-Паркера?

— Да, его! И что, ты думаешь, он хочет?

Маркиз, продолжая свой путь, невольно прислушался к их разговору.

До него долетел ответ:

— Ключ от ее комнаты! Вот что!

Маркиз остановился как вкопанный. Его, словно молния, пронзила мысль, что единственное, о чем он забыл предупредить Лаэлу, чтобы она заперла свою дверь на ночь. Теперь, если он понял все правильно, она не сможет сделать этого. Он оглянулся и увидел, что молодой слуга держит в руках ключ.

— Тебе надо было просить больше, — сказал второй слуга. — Она лакомый кусочек, а у него денег — куры не клюют!

— Две гинеи — тоже неплохо! — примирительно сказал слуга с ключом в руках.

Маркиз, стоя в тени, размышлял, что делать. Наконец он решился и, войдя в комнату, сказал как можно более безразличным тоном:

— Вы бы лучше разошлись. Ужин у мистера Филда уже закончен.

Слуги замерли при звуке его голоса, а потом поняли, что он их предупреждает. Ведь если ужин у управляющего уже завершен, значит, дворецкий вот-вот будет здесь. И им изрядно влетит, если их застанут не на своих местах.

Двое слуг, которые должны были дежурить в холле, немедленно удалились. Двое других, прислуживавших гостям в столовой, склонились над раковиной и стали перемывать серебряные блюда. Слуга с ключом тоже намеревался уйти из комнаты, но маркиз остановил его:

— Даю три соверена за этот ключ!

— Мистер Дентон-Паркер приказал мне принести ключ ему.

— Я знаю, — ответил маркиз, — Но мое предложение более выгодное, поэтому делай свой выбор!

Слуга нерешительно повертел ключ в руках:

— Давай четыре соверена — и ключ твой! А ему скажу что ключа не было на месте.

Маркиз достал из кармана четыре соверена.

— Недурная сделка, — сказал он саркастически. — Далеко пойдешь, как и твой хозяин!

Слуга протянул руку и спрятал деньги в карман.

— Ты, видно, парень не промах! Ну что ж, развлекайся на здоровье.

У маркиза появилось непреодолимое желание ударить по его наглой физиономии, но он сдержался.

— Если только проболтаешься, — сказал он угрюмо, — башку снесу!

Выражение его глаз и интонация напугали слугу, который на вид был и сильнее и крепче маркиза.

— Что вы, мистер Лайон! — пробормотал он быстро. — Клянусь, я ничего не скажу.

— Так, безусловно, будет лучше для тебя! — произнес маркиз с угрозой и стал подниматься наверх. В коридоре второго этажа он увидел служанку, выходящую из комнаты.

— А, мистер Лайон! — воскликнула она. — Что вы здесь делаете?

— Меня послала ее сиятельство с запиской для мисс Хорн. Будь ангелом, покажи ее комнату.

— Для такого красавчика, как вы, всегда рада быть ангелом, — хихикнула горничная. На вид ей было лет сорок, но она была еще очень аппетитна и мила.

— Я уже вижу крылья у тебя за плечами! Женщина опять весело рассмеялась.

— Если я не ошибаюсь, последняя дверь в конце по коридору, — сказала она, показывая рукой. — Мисс Хорн у себя. Я видела, как она возвращалась некоторое время назад.

— В следующий раз при нашей встрече я увижу уже нимб вокруг твоей прелестной головки!

Она со смехом побежала вниз.

Маркиз подошел к двери Лаэлы и тихо постучал. Последовала короткая пауза, а затем девичий голос сказал:

— Войдите!

Он открыл дверь, и Лаэла удивленно уставилась на него.

Ее серебристые волосы были распущены по плечам, скромный, но очень милый халатик наглухо застегнут до самой шеи. В этом наряде она казалась очень юной, почти ребенком. Сидя за столом, девушка зашивала платье леди Хорн-клиф, которое та порвала вчера во время танцев.