Мой наследник - Виктория Волкова

– Чувствую себя нищебродкой, – шепчу, прижав к лицу ладони. – Такой никчемной побирушкой, у которой нет ничего своего.

– Глупая ты, Света! Радуйся, – твердит мне бабушка. – Где еще такого найдешь? Красив, богат, и тебя любит! Я ночами молилась, просила тебе послать хорошего мужа. Но даже в душе не чаяла, как все обернется. Наилучший вариант, моя милая. Годаровский принц!

– А я – Золушка чумазая, – шепчу, до сих пор не понимая, как выкрутиться из этой дурацкой ситуации. Удрать со свадьбы? Или закатить истерику?

И то, и другое не получится!

«Ты посмотри, как счастлива бабушка! – взывает к совести внутренний голос. – Аж светится вся. Наверняка и Агата с Дамиром в восторге. Руслан прав, – думаю уныло. – С этой подводной лодки, похоже, выхода нет».

– Ты счастлива, Света? – спрашивает меня бабушка. Такой довольной я не видела ее уже давно.

– Да, бабуль, – целую в щеку. – Конечно, счастлива!

– Ты его любишь? – допытывается моя Надюшка.

– Очень, – киваю, заставляя себя улыбнуться. На минуту задумываюсь, как я отношусь к Руслану. Любовь ли это? Или простое любопытство? В моем окружении никогда не было таких мужчин.

Да и как избавиться от мысли, что я всю свою жизнь считала Годаровых небожителями.

Нам всегда денег хватало впритык. Дедушкина пенсия расходилась очень быстро. Продукты, коммуналка и какой-то баснословный займ, который бабушка до сих пор выплачивает за старшую дочку. Моя тетка, хитрая сволочь, набрав кредитов и назначив поручителем бесхитростную бабу Надю, свалила из страны. И сколько ни бился Адам Годаров, известный в городе адвокат, ничего изменить не удалось.

– Теперь ты хоть пристроена. Можно и помирать, – шепчет Надюшка, утирая слезы радости.

– Живи долго, бабулечка моя дорогая! – кидаюсь на шею к единственному родному человеку

– Конечно, – довольно заявляет бабушка. – Вот замуж тебя выдам, буду правнуков ждать.

О-о-о! Как же хочется заорать от досады!

Делаю шаг к коробке с платьем. Откидываю крышку в сторону и в который раз любуюсь идеальным шитьем.

– Сегодня твой день, Светланка, – вздыхает бабушка. И хочет опять завести шарманку про мою счастливую звезду, как в комнату быстрым шагом входит Кристина, а с ней – еще какая-то женщина.

– Света, стилист приехал. Нужно прическу сделать и мейкап.

– Я думала, сама, – замечаю обалдело.

– Отвыкай, – хмыкает моя будущая свекровь. – У жены Руслана все должно быть по высшему классу. А для этого уровня нужны профессионалы. Понимаешь?

Обреченно киваю и прошу улыбчивую девушку стилиста.

– Только локоны мне не крутите. Не люблю. Лучше выпрямить прядки…

– Конечно, как скажете, – кивает она и, усадив меня в кресло, принимается за работу.

– Что ж… не будем мешать, – решительно заявляет Кристина. – Может, шампанского, Надежда Сергеевна? – спрашивает она бабушку и, обхватив ее за талию, быстро выводит из комнаты.

У всех праздник, кроме меня. Не знаю, как себя вести и что делать. Даже близости с Русланом не чувствую. Иду будто на заклание…

– А где же платье? – спрашивает меня стилист. Равнодушно киваю на коробку.

– Боже! Валентино! Можно посмотреть?

– Да, конечно. Надену, и увидите, – вздыхаю я. И честно говоря, не понимаю, почему все с ума сходят от этого бренда.

Какая-то Валентина это платье носила?

Потом наступает черед визажиста.

– Только несильно, пожалуйста, – блею я, но меня никто не слушает.

Смотрю в зеркало и не узнаю себя.

Это я или не я?

А когда наступает черед платья, на меня нападает беспричинное веселье. Хочется петь, кружиться и даже выйти замуж.

Где мой принц? Он уже примчался на белом коне?

Выхожу из комнаты. А у самой трясутся поджилки. Делаю шаг в неизвестность. Словно не замуж, а в открытый космос выхожу. Мельком оглядываю себя в огромное зеркало, висящее в холле.

Руслан и наши родственники встречают меня у подножия лестницы.

Не сдержавшись, присвистывает Артур. Довольно крякает Дамир Михайлович, а бабушки утирают слезы. Дежурно улыбается Кристина. Пытается фотографировать нас с Русланом, хотя рядом мельтешит пара профессионалов. Елена Романовна, охрана, еще какие-то люди… Взгляд скользит по знакомым и не очень лицам, пока не упирается в презрительную усмешку Алисы.

«Да пошла ты! – отмахиваюсь от хамоватой девицы. – Я буду счастлива!»

Делаю шаг навстречу к Руслану и тут же оказываюсь в его объятиях.

– Я знал, что ты красивая, Света, – шепчет он, целуя мои руки. – Но даже не подозревал, какая мне досталась красавица-принцесса.

– Ты меня любишь? – задаю самый крамольный вопрос. Нельзя никогда спрашивать мужчину. Пусть сам скажет.

– Обожаю, – улыбается он. – Все время о тебе думаю. Пойдем, а то опоздаем…

Годаров поворачивается к кому-то из парней и, забрав букет, отдает его мне. Вглядываюсь в цветы и с удивлением понимаю, что они керамические.

– Никогда не завянут, – весело замечает Руслан и добавляет серьезно. – Как и наша любовь...