Её тайна его дочь - Маша Кужель

— Она уже боится тебя? — смеется Денис.

— Нет, ей просто не нравится, когда приходят всякие мудаки, — отвечает Кирилл с ехидной улыбкой.

— Кирилл, — строго говорит его мама, присоединяясь к нам.

— Извини, — кивает он — Женя, это папин друг, Денис.

Она выглядывает из-за моего плеча, любопытствуя, кто это.

— А это подружка Дениса, Кристина.

— Привет, малыш, — говорит Кристина, присаживаясь рядом с ней, но Денис подхватывает её за свитер.

— Не пугай её, — замечает он.

— Я просто хочу ей понравиться!

— Подожди, дай она к нам привыкнет. Ты пугаешь даже взрослых! А тут еще и до ребенка докопалась, — качает головой Денис, и Кирилл смеется, садясь ближе ко мне. Он притягивает меня и Женю к себе, как будто мы одна счастливая маленькая семья.

— Вы снова типа вместе? — спрашивает Кристина, явно показывая своё пренебрежение. Я тяжело сглатываю и крепче обнимаю Женю.

— Кристин, — говорит ей Денис, но она не отстает.

— Ну, так что?

— Отвянь, — говорит Кирилл — Кстати, не говори моей сестре. Я ещё не сказал ей о нас, — добавляет он, и я наклоняю голову. Почему он скрывает такое от неё?

— Они приедут на Новый год, ещё успеешь, — вмешивается мама Кирилла, пытаясь сменить тему.

— И каково это — быть отцом, Кирюх? — спрашивает Денис.

— Просто офигительно, — Кирилл протягивает руки к Жене, которая сразу же радостно улыбается. Удивительно, но она пересаживается к нему, и он передает ей мяч, который упал, когда она бежала ко мне. Она быстро смотрит на меня, но мама Кирилла показывает ей мячик и корзинку, и она сразу же бежит в её сторону, чтобы поиграть.

— Где твой папа? — шепчу я Кириллу, и он просто пожимает плечами.

— Понятия не имею, — эти слова говорят мне, что их разговор наедине был тяжёлым.

Я сижу рядом с Кириллом, пока он болтает с Денисом, ощущая реальность момента, когда его пальцы нежно обнимают мое плечо, а я наблюдаю за Женей, которая играет со своей единственной бабушкой.

На следующее утро я быстро принимаю душ в ванной, соединенной со спальней. Всегда мечтала иметь такой же! Я сушу волосы одним полотенцем, а другое обвиваю вокруг тела, когда вдруг слышу голос.

— Вот это утро! — я оборачиваюсь и вижу Кирилла.

— Что ты здесь делаешь?

— Я здесь живу, — на его лице появляется такая сексуальная усмешка, что мне хочется облизать его с ног до головы.

— В ванной? Честно говоря, я бы хотела, чтобы ты вышел.

Его глаза сканируют мое тело. Если бы он знал, что тело под этим полотенцем теперь совсем не то, что он помнит… Я перемещаюсь к своей сумке в углу и стараюсь как можно незаметнее достать свою одежду.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — спрашивает он.

— Можешь просто уйти? — я держу одежду в руках и крадусь мимо.

— Мама, — Женя подползает к краю кровати с протянутыми руками, но я не могу взять её и одновременно держать полотенце.

— Подожди, котенок. Я сейчас вернусь, — я целую её в макушку, и она мирно садится.

— Давай уговорим маму посидеть с нами, — вставляет Кирилл, и я сощуриваю глаза.

— Садись, мамуль.

— Секундочку, котик. Мне нужно одеться.

— Сааадись!

— Как ты можешь отказывать дочке? — спрашивает Кирилл, и на его лице все та же улыбка.

— Кирилл, — предостерегаю я, стараясь звучать строго.

— Ты помнишь, что мы сегодня идем на свидание? — моё сердце бьется сильнее. Запах его одеколона окутывает меня.

— Я мечтал о тебе ночью.

— Может, не стоит, Кирилл? — отвечаю я на первый вопрос, но он уже как будто забыл о нем.

— Я бы с удовольствием воплотил то, о чём думал ночью, сегодня, — его дыхание щекочет мою влажную кожу, и в животе разгорается страстное желание.

— Кирилл…

— Пожалуйста, одна ночь.

Мою кожу покалывает от его дыхания, касающегося самого чувствительного участка шеи. Я поворачиваюсь, и его руки находят мои бедра. Я оглядываюсь на Женю и вижу, что её глаза прикованы к телевизору.

У меня нет шанса отказать ему в этой встрече, и, поскольку его мама кажется очень приятной, я доверяю ей, насколько могу.

— Хорошо, — тихо соглашаюсь я.

— Ты только что сделала мой день намного лучше, — он наклоняется вперед, но я замечаю, что Женя уже смотрит на нас. Я отстраняюсь, и в этот момент дверь открывается. У нас нет времени подготовиться, прежде чем его мама входит в комнату.

— Девочки? — спрашивает она. Женя тут же вскакивает с постели и бежит к ней.

Мама Кирилла поднимает внучку и быстро закрывает ей глаза рукой, когда замечает меня и Кирилла так близко.

— Я просто уведу её, ладно?

Они уходят, а я от смущения краснею как рак.

— Спасибо, мам, — кричит Кирилл им вслед.

Дверь закрывается, и я немного расслабляюсь, когда остаемся только мы вдвоем.

— Как же неловко, — вздыхаю я, отстраняясь от него и садясь на край кровати. Кирилл ищет пульт и выключает телевизор.

— Моя мама не против, — кровать проваливается под его весом, и мурашки бегут по коже, когда его рука ложится мне на колено.

— Я стояла с тобой в одном полотенце рядом с нашей дочерью. Они решат, что я плохая мать, — я прячу лицо в ладонях и качаю головой, осуждая себя.

— Да брось ты, — смеётся он — Мы даже не обнимались. Думаю, мама догадывается, что у нас даже секс был…

Шутник, блин!

Эта мысль еще сильнее разжигает мой стыд.

— Ты просто не понимаешь. Я в доме твоих родителей с дочерью, которую держала в секрете два года. Меня уже осуждают, а теперь еще и дешевой проституткой какой-то считают, — не в силах оставаться на месте, я встаю и начинаю шагать по комнате.

— Дешевая проститутка? — Кирилл опять смеется, откидываясь на кровати. Его футболка поднимается, открывая пресс, который не утратил форму за эти годы.

— Прикройся, — бурчу я, игнорируя вопрос о проститутках.

— Почему? Тебе не нравятся мужчины в форме?

— Нет, — не желая продолжать разговор, я исчезаю в ванной, но секунду спустя он появляется в дверях уже без майки.

— Ну, и как? — спрашивает он. Отказываясь смотреть, я сосредотачиваюсь на своей косметичке. — Ты же стоишь передо мной в полотенце. Я решил тебя тоже порадовать!

— Мне нужно одеться, так что вали, — я кладу руки ему на плечи, поворачиваю его и толкаю к двери. Когда я закрываю дверь, он сразу же тихо стучит.

— Мы же идем на свидание, да? — спрашивает он из-за двери.

Сказать «нет», сказать «нет», сказать «нет»…

— Да. Теперь оставь меня в покое, я хочу одеться.

— Ян?

— Что? — вздыхаю я.

— Ты выглядишь