Подарок для Императора. Меж двух огней - Мара Черная

По поводу занятых беорхийцами земель мы ещё поговорим, но сейчас я не стану поднимать эту тему. Слишком острая. Лучше сразу на совете обсудить. А вот за Миру придётся пободаться уже сейчас.

— Вообще-то всерьёз. Это не кража пирога на кухне. Это бесчинства по отношению к твоему народу, к свободным людям, Калантиэль. И да, моя работа — следить за выполнением закона. Даже касательно тебя.

— Фу, какой ты дотошный стал на службе, — скривился Император. — Где мой лучший друг? Куда ты дел моего весёлого Хельвдана?

Я демонстративно закатил глаза.

— Ла-адно! Играйся в прятки, если так хочешь. Но, если я случайно её найду, то ты мне не помешаешь, — фыркнул друг. — И всё будет по закону, — один уголок его рта потянулся вверх, создавая хитрую улыбку на лице.

— Я прослежу, чтобы по закону. Отчёты передам через кого-нибудь из своих. А пока к прислуге заскочу и с дороги себя в порядок приведу, — сказал устало и двинулся к выходу.

— Кстати, передавай привет Лее. Зимний бал уже скоро, — донеслось вслед.

Выйдя из зала, я быстрым шагом кинулся в сторону кухни. Звук шагов гулким эхом разносился по коридорам.

Зимний бал на носу. Официальная помолвка, которую я теперь не хочу. Осталось совсем мало времени, чтобы разрешить сложившуюся ситуацию. А ещё возможная война. И чёртов Калантиэль заинтересовался Мирой. И он ведь её найдёт рано и поздно, в своём-то замке. Как я её защищу от Правителя? Одно дело прятать просто женщину, но скрывать обещанную претендентку в его жёны… Самоубийство.

Все эти мысли круговоротом неслись в голове, не давая спокойно вздохнуть. Я знал, что Мира тоже что-то чувствует ко мне, иначе бы так не прижималась по ночам, не смотрела бы так проницательно в глаза, будто выискивая ответ на вопрос, который так и не озвучила мне, не вздрагивала бы от прикосновений. А ведь она, можно сказать, призналась в ту ночь. Я так хотел отгородиться, не давать надежд, но уже и самого посещало сладкое чувство искреннего интереса. Вдруг получится? Нет. Вряд ли. От нервов и напряжения руки сжались в кулаки.

Даже не заметил, как обошёл половину дворца и оказался перед дверью на кухню. Сердце застучало сильнее. Она там…

Силой толкнул дверь. Она с грохотом распахнулась. Четыре пары глаз уставились на меня с крайним удивлением.

18

Мирана

Я встала из-за стола, чтобы убрать за собой посуду. Высокий мужчина и Лея вернулись, чтобы забрать первые блюда к ужину Императора. Париса что-то спешно готовила около печи. Вдруг дверь резко открылась, стукнувшись об стену. Я так испугалась, что выронила тарелку из рук. Она громыхнула об пол, ложка зазвенела следом.

В следующий миг Лея с радостными воплями кинулась к пришедшему. Кухарка отвлеклась на шум и повернулась к нам, сложив руки на груди.

— Хели-и-и! Наконец-то ты здесь! Я так скучала! — она бросилась на шею к де-Мирту и повисла, вжимаясь в него всем телом.

Стало неприятно лицезреть эту милую картину.

— Здравствуй, Лея, — судя по обескураженному выражению лица, он был не слишком рад яркому проявлению чувств избранницы, но быстро собрался и добавил довольно тихо: — Будь добра, соблюдай этикет. Официально мы друг другу пока только господин и прислуга. Даже помолвки не было. И я ведь просил тебя не называть меня этим дурацким сокращением, — Хельвдан мягко отстранился от девушки и с укором посмотрел ей в глаза. Не со зла, но давая понять, что палка перегнута.

— Простите, господин де-Мирт, — она стушевалась и поникла. — Я лишь очень тосковала без Вас. Мечтала поскорее увидеть, — руки Леи стали нервно перебирать ткань белого фартука.

Он сменил взгляд на снисходительный, слегка улыбнулся, на его щеках проступили еле заметные ямочки. А мне… а я… а меня кольнула неприязнь. Ревность — ужасное чувство. Я ведь первый раз к кому-то привязалась. Лея, похоже, его действительно сильно любит. Получается, я лишняя. Чужой мужчина! Чужой, Мира! Дала себе мысленную оплеуху.

— Я хочу попросить выйти вас, — он обвёл взглядом мужчину и свою невесту.

Они потоптались в нерешительности, но всё же молча скрылись за дверью, осторожно прикрыв её за собой.

— Де-Мирт! Ты что это дверь мне тут выламываешь⁉ — стоило им выйти, Париса пригрозила Хельвдану черпаком.

Я опешила от фамильярности этой женщины.

— Извини, Париса. Я весь на нервах. Нужно обсудить ситуацию с Мирой. Она рассказала? — тон мужчины был взволнованным.

Я же продолжала удивляться, что он никак не отреагировал на вольное обращение Парисы.

— Да, рассказала. А дверь починишь! Лично! — она строго указала черпаком в сторону входа.

— Справедливо, — согласился мужчина. — Теперь к делу. До определённого времени никто не должен знать кто такая Мирана и откуда она. Ни при каких обстоятельствах!

Мы с женщиной испуганно переглянулись.

— Что? — встревожился мужчина.

— Тут такое дело… — резко захотелось спрятаться под стол, но меня бы это не спасло. Пришлось продолжить. — Когда мы разговаривали, тут собрались остальные слуги. Они слышали часть.

— Мир-р-ра… — взвыл от досады мужчина, но сразу же взял себя в руки. — Так, ладно. Париса, я могу рассчитывать на тебя, что ты поговоришь с прислугой? Они тебя уважают и слушаются.

— Конечно, Хельвдан, — кухарка живо закивала головой. — Не волнуйтесь оба. Никто не выдаст эту тайну.

— Отлично! Лею я на себя беру. И личная просьба, Париса: не нагружай, пожалуйста, Миру работой. Я её только спрятать хочу, чтобы она не попала к змеям этим, будь они неладны.

— Да уж, нечего ей среди потаскушек делать, — Париса скривилась. — Будет подрабатывать как моя личная помощница, для виду, чтобы другие не болтали лишнего. Не обижу. Девка то хорошая, и история у неё под стать твоей будет, — хохотнула женщина.

Значит, у него тоже есть какая-то сложная история?

— Эй! Я вообще-то здесь! — Стало неприятно, что обо мне говорили, будто меня нет рядом.

— Мы же любя, милая! Вон, посмотри, как беспокоится о тебе, — она бесцеремонно указала пальцем на командира, совершенно уничтожая все приличия общения, и очень широко улыбнулась, — Небось влюбился! — дразнила то ли меня, то ли его.

Я не могла сердиться, когда мне искренне улыбались. Париса умело разрядила обстановку, отомстив Хельвдану тем же — говоря о нём в третьем лице. Стало легче. Но сердце кольнуло от этого «влюбился». Я хотела этого больше всего на свете, но это было абсолютно невозможно.

— Посмотри на эту тётку. — ткнул мужчина пальцем в Парису. — Разве она может говорить что-то