Эта властная сила - Джудит Френч

– Ты меня обвиняешь? – требовательно спросил Томпсон.

– Мои загоны разрушают, телятам режут глотки. И кто бы это ни был, он приходит с твоих территорий.

– Это не я, – сказал Эрл серьезно.

– Рад, что это так, потому что, когда я найду его или их, я всажу им пулю промеж глаз.

Здоровяк Эрл кивнул:

– Я сделаю то же самое. Но я тебе так скажу: нам тоже досталось. Пропала лучшая кобыла. Ас Рождества мы потеряли почти сотню голов скота.

– Мы что, пришли сюда лясы точить по поводу нескольких жалких коров, – встрял в разговор Бо, – или мы пришли забрать то, что принадлежит нам по праву?

– Я бы хотел взглянуть на жеребенка, – сказал Здоровяк Эрл.

– Это мой жеребенок, – предупредил его Шейн. – Только попробуй выкрасть его из Килронана – прослывешь конокрадом. Тот, кто притронется к моим лошадям, не доживет даже до того, как его вздернут на виселице.

Кэтлин, не веря своим ушам, смотрела на Шейна. У нее волосы на голове шевелились от того, что она слышала здесь. Что за человек вышел из Шейна, если он готов убить своего соседа из-за жеребенка?

– А меня это тоже касается? – спросила Рейчел, поправляя свою грязную широкополую шляпу. – Не думаю, что ты пристрелишь меня, Макенна. У тебя духу не хватит.

– Никто у нас не украдет малышку! – закричал Джастис. Он направил ружье на Эрла Томпсона. – Проваливай вместе со своей бандой прочь из Килронана, пока я тебе мозги не вышиб.

– А ну убери ружье, – приказал ему Шейн. Гейбриел отобрал у парня оружие.

– И не смей так больше делать, – продолжил выговаривать Джастису Шейн. Затем он обратился к Эрлу: – Похоже, у нас у обоих невоспитанные сыновья.

– Какой он, к чертям, сын! – ответил Эрл. – Это всего лишь индейский выкормыш. Твой дядя в гробу бы перевернулся, узнав, что ты позоришь светлое имя Макенны, якшаясь с вонючими индейцами.

Кэтлин заметила, как напряглись мышцы на спине Шейна.

– Сейчас вы сами забыли о своих манерах, мистер Томпсон, – холодно сказала Кэтлин. – Джастис – наш сын. Он такой же Макенна, как и я.

– Это не решает наших проблем. Мы сюда не внутренние дела соседей пришли выяснять, – заговорила Рейчел. – Нам нужно решить вопрос с жеребенком. Наш племенной всегда метит свое потомство. Черная масть, белая звезда во лбу. Если жеребенок подходит под это описание, значит, он принадлежит нам по всем законам.

– Пойдем, парни, заглянем в конюшню Макенны. – Эрл развернул лошадь.

– Я не отрицаю, что ваш племенной вполне мог быть отцом жеребенка, – сказал Шейн. – Но не я выпустил кобылу. Кто-то сломал изгородь. Не думаю, что это конокрад.

– Так ты серьезно подозреваешь, что это мы в тебя стреляли? – спросила его Рейчел.

Шейн пожал плечами.

– Я не исключаю такой возможности.

– Вот ведь... – Эрл поморщился, затем закончил фразу: – дерьмо. – После чего он бросил взгляд на Кэтлин. – Твой дядя знал меня лет двадцать, Макенна. Мы жили по соседству с самого основания этих ферм. Ты хоть раз слышал, чтобы он говорил про меня: мол, Здоровяк Эрл может всадить пулю человеку в спину?

Шейн снова пожал плечами.

– Я не говорю, что ты сделал это сам.

– Так ты хочешь сказать, – спросила Рейчел, – что Эрл приказал кому-то стрелять в тебя? – Голос ее был точь-в-точь как у мужчины. Немудрено, что Кэтлин не сразу поняла, что она женщина.

– Я хочу сказать, что на земле Томпсонов никто ничего не делает без его команды.

– Мне наплевать, что ты думаешь обо мне, – сказал Эрл. Он кивнул дочери. – Взгляни на жеребенка. Если он меченый, забирай его. Отвезем его домой.

– Только тронь мое животное, и я... – Шейн не договорил, увидев, как один из ковбоев достал пистолет и направил его на Гейбриела. – Черт бы тебя побрал, Нейт Боун, я ведь предупреждал тебя, чтобы ноги твоей не было на моей земле.

Человек ухмыльнулся, показав дырявый забор из гнилых зубов.

– Я больше не работаю на тебя, Макенна, я работаю на Здоровяка Эрла. Если ты или твоя краснокожая обезьяна хоть пальцем шевельнете, я вам такую дырку в груди проделаю, что твоя миссис вовек ее не залатает.

Рейчел развернула коня и поехала к конюшням. Кэтлин не придумала ничего лучше, как последовать за ней.

– Постой! – крикнула ей Кэтлин, когда девушка спешилась.

– Если твой муж ничего не крал, то тебе не о чем беспокоиться.

– Прошу тебя, выслушай, – настаивала Кэтлин. – Не должны соседи воевать из-за какого-то недо...

Рейчел распахнула двери конюшни. У Кэтлин пересохло во рту. Неужели Шейн попытается схлестнуться со всеми людьми Томпсона, когда Рейчел выяснит правду?

У нее не было никаких доказательств, кроме слов Шейна, что он не виноват в случившемся. Но что, если обвинения справедливы? Что, если он действительно специально выпустил свою кобылу, чтобы она понесла от племенного жеребца Томпсонов? Когда-то она доверяла своему мужу, но с тех пор прошла целая вечность. Сейчас он другой человек. Может ли она все еще верить ему?

После солнечного дневного света Кэтлин почти ничего не видела в полутьме конюшни. Но ей и не нужно было видеть, она и так все знала. Белая отметина во лбу Звездочки говорила сама за себя.

– Но ведь кто-нибудь может пострадать. – Кэтлин все еще пыталась разговорить Рейчел, которая медленно шла от одного стойла к другому, пристально разглядывая животных. – Разве тебе наплевать на это?

Рейчел обернулась и резко сказала:

– Послушай, куколка городская, если хочешь задержаться в этих краях, привыкай к тому, как тут устроена жизнь. Никто ничего ни у кого не крадет. Ни лошадей, ни воду, ни семя нашего племенного. И если Макенна станет и дальше воровать, то не Господь воздаст ему по заслугам, а я лично.

– Но ведь существует же закон. Почему нужно решать это с помощью брани и ружей?

– Да что ты вообще понимаешь? – не унималась Рейчел. – Твои белые кружевные рукава и навощенные туфли не годятся, чтобы копаться в коровьем дерьме. Моя мать и двое братьев умерли ради того, чтобы добыть эту землю. Мы воевали с индейцами, волками и ренегатами, чтобы удержать каждую пядь ее, и отступать не намерены.

Кэтлин отшатнулась назад, пораженная непреклонностью, которая звучала в голосе Рейчел. Вдруг кто-то пошевелился в темноте конюшни, и обе они, и Рейчел и Кэтлин, резко обернулись на шум. Из полумрака появилась сумрачная фигура.

– Мэри? – удивилась Кэтлин. Она была уверена, что Мэри осталась с Дерри на кухне. Как она пробралась в конюшню, не попавшись никому на глаза?

Мэри кивнула Рейчел и вышла в центральный проход.

– Мэри давать молодой кобыле уксус. Полезно для молодой мамы. Больше молока для малыша.