Я пришла сюда учиться! - Анастасия Бельская

Элли

Когда Кристофер заходит в кабинет, и за ним захлопывается дверь, я медленно сползаю по обратной ее стороне.

Так мерзко я себя не чувствовала еще никогда.

Даже когда подписывала договор на продажу своей невинности, что должна состояться спустя год обучения.

Тогда я уже ощущала, как предаю себя и свое тело, но не видела другого выхода. Отец проиграл какому-то очень мафиозному типу в карты, и предложил подстелить меня в качестве «выигрыша».

Я помню, как меня за локти выволокли из-за шкафа — и бросили прямо к ногам мерзавца.

Хотя сейчас я плохо понимаю, кто из них был большим мерзавцем — этот тип с толстыми вялыми пальцами, или собственный отец.

Наверно, то, что произошло дальше, можно назвать везением. Когда я, заикаясь, просила меня не трогать, тот лишь усмехнулся, и спросил о моей невинности.

Я молчала. Кред, как называл того типа отец, повторил вопрос, и влепил пару пощечин, «для сговорчивости».

Дрожа от страха и боли, я лишь кивнула, и Кред довольно закивал в ответ. А затем сказал, что он всегда хотел попробовать, какого это, в первый раз с девушкой. Возбуждает его такое. Но только на добровольной основе.

Именно тогда, как в тумане, на столе появился договор. Отец уже захрапел на диване, когда Кред начал спокойно убеждать меня, что другого выбора нет. Или я делаю все добровольно, и получаю билет в новую жизнь — или он все равно берет то, что ему «причитается» силой, а я остаюсь тут до конца своих дней.

Он даже любезно подсказал мне про школу, после которой меня возьмут на любую хорошую работу после того, как все будет кончено.

Я не помню, сколько раз я отказалась и просила меня отпустить. Я не помню, как именно он запугивал и уговаривал меня согласиться.

Но я хорошо запомнила момент, как поставила подпись на двух бумажках, одна из которых осталась со мной.

Будто душу дьяволу продала. Хотя, в каком-то смысле, так оно и было. Я не сильная волевая девушка, что умеет за себя постоять. Я не боец, хоть и сражалась годами с приставаниями, пьянством отца, побоями и вечным голодом. Я всего лишь маленькая недолюбленная девочка, что хотела жить как обычный человек, не богато и роскошно, не за чужой счет, не торгуя телом! Просто работая и не боясь переступить порог собственного дома в ожидании очередной оплеухи…

Но даже тогда, когда Кред ушел, оставив меня с подписанным договором и обещанием самому все устроить, я не ощущала себя так мерзопакостно, как сейчас.

Возможно, потому что тогда я была одна со всем этим дерьмом, куда сама себя макнула, поставив закорючку на бумажках.

Теперь же свидетелем этого становится Кристофер, и это последнее, чего бы я хотела в своей жизни.

Мне настолько плохо, что я не сразу замечаю черные ботинки, что возникают перед моей опущенной головой, а затем кто-то рывком поднимает меня на ноги, и бросает на скамью.

— Ну-ка, Рыжуля, что за незапланированные гости? — рычит Кред мне в лицо, и я ощущаю противный запах чеснока, — за твоего муженька я не доплачивал. Откуда он тут взялся?!

— Я не знаю… Я ему не говорила, клянусь.

Это правда, и я в шоке, откуда он мог узнать… Он что, следил за мной?

Кред грубо ругается, смотрит на кабинет, а следом — на меня. Снова выругивается, и присаживается около меня на корточки.

— Ладно, Рыжуля, потом узнаю результат. Обо мне своему ревнивцу ни слова — мне не нужны неприятности. Усекла?!