Немачеха - Нонна Кухина

Дом щерился и хлопал обшарпанными покосившимися дверями. Только один подъезд приветливо улыбался: аккуратное крылечко, добротная дверь, над кнопками домофона – список жильцов. Максим повозился в кармане, отыскивая листок с адресом – какой же там номер квартиры? Почему-то он был уверен, что ухоженный подъезд – именно тот, что ему нужен.

Дверь распахнулась, едва не стукнув Максима по лбу, и на крыльцо выскочил парень. Впрочем, нет, «парень» – только по возрасту. Предельно аккуратная и столь же невзрачная стрижка, из-под строгого пальто выглядывает не менее строгий костюм, безукоризненные ботинки скучны, как бетонный забор, – наверняка чиновник, подумал Максим. Откуда-нибудь из мэрии. «Чиновник» был явно рассержен.

– А вы, конечно, адвокат, – буркнул он, окинув Максима взглядом.

– Людмила Анатольевна… – начал было тот, намереваясь уточнить, здесь ли живут те, кого он ищет.

Но «чиновник» не дал ему договорить.

– Так втолкуйте ей, что универсам открыт по инициативе и на средства администрации! И нечего права качать – хозяйка, надо же! Совсем на бобах останется. Это как минимум. Можно ведь и нарушения какие-нибудь раскопать. Был бы человек, а статья найдется, – хохотнул он.

– Простите, это вы мне? – Максим продемонстрировал вежливое непонимание.

– Вы разве не адвокат?

– Вовсе нет.

– Извините, – буркнул «чиновник» и скрылся в тумане ранних сумерек.

«Знакомая история», – подумал Максим.

Маленький городок, где приходится открывать свое дело совместно с администрацией – через какое-нибудь левое «муниципальное предприятие». Отважный предприниматель берет на себя всю работу – поставщики, транспорт, гарантии – и весь риск, кстати, а администрация в обмен, так сказать, на свое доброе отношение забирает львиную долю прибыли. В городской бюджет отстегивается три копейки, на остальное можно кататься по разным Гавайям. Если предприниматель успешен – а Ларисина «бабушка», похоже, вполне успешна, – то магазин процветает. Но вот вдруг кому-то из административных детей, зятьев или племянников понадобилось теплое местечко, и предпринимателю, раскрутившему предприятие, говорят – гуляй, Вася! Потому что по официальным документам магазин – собственность муниципального предприятия, а Васину долю и под микроскопом не разглядишь. Таких историй Максим, понимавший не только в банковском деле, но и в юриспруденции, видел немало. И ведь ничего не поделаешь. Ибо никого не интересует, кто на самом деле создал этот магазин или клуб. Официальные документы – великая сила. Тьфу!

Дверь ему открыла какая-то распатланная старая бабка. Если бы Людмилу Анатольевну сейчас увидела Лариса, она не поверила бы своим глазам. Три дня назад это была подтянутая моложавая женщина «слегка за», сейчас – старая развалина.

– Людмила Анатольевна здесь живет?

– Ну я это, – сурово сообщила «бабка».

«Неужели это и есть глава фирмы? – изумился Максим. – Ей бы редиской на станции торговать, а тут громадный универсам. Впрочем, если разгневанный «чиновник» приходил к ней – а к кому же еще? – тогда все понятно. Подобные проблемы – в одночасье потерять созданное собственными руками дело – могут и молодого человека из седла выбить. А ей – что там в документах было написано? – уже шестьдесят четыре, кажется».

Из-под руки «бабки» сверкал глазенками пацан лет шести.

Максим представился и объяснил, что Лариса в больнице, ничего страшного – ему хотелось хоть чуть-чуть успокоить старую женщину, – но придется немного полежать. Людмила Анатольевна, вздохнув, провела его в комнату.

– Дашенька, ты где там?

– Бабушка Люба, я чай приготовила, – на пороге комнаты появилась светловолосая девушка, очень юная, скорее даже девочка: нежный овал лица, голубоватые тени под глазами, тонкие руки.