Испытание богов - Дана Мюллер-Браун

– Это Киран должен сам тебе рассказать, Сари.

– Я не произнесу ни слова рядом с этим монстром! – шикаю я и совсем отдаляюсь от нее. – И рядом с тобой, которая поддерживает убийцу.

Медиса качает головой и встает.

– Не будь наивной, Сари. У Кирана есть кое-что против тебя.

– Откуда ты знаешь? – морщусь я в надежде на то, что Киран ничего не рассказал ей о Ярруше.

– Один из моих даров позволяет чувствовать это. Между вами есть связь. Это похоже на немую торговлю. Вы оба знаете тайну друг друга. Ту, которая дороже всех на свете.

Я щурюсь, но Медиса поворачивается и уходит еще до того, как я успеваю спросить у нее, в чем же заключается секрет. Я ничего не знаю о Киране. Только то, что он помог мне. Но это вряд ли стоит жизни самого могущественного существа в мире. Ярруш – моя жизнь. Так что я должна узнать, что же так важно для Талисмана тени.

Я не возвращаюсь к остальным, а ложусь спать под кустом на берегу водопоя. Это был Киран. Он убил всех королей и тем самым дал монарху возможность угнетать нас, управлять нами. Он несет ответственность за все наши беды.

Услышав шаги Кирана рядом с собой, я хватаю его нож, который он все еще не забрал у меня. Кидаюсь на него и прижимаю прохладную сталь к его горлу.

– Ты убийца! – рычу я.

Его губы искривляются в сладостной усмешке. Это такая холодная, нездоровая улыбка, что я смотрю на него с отвращением. Киран сжимает челюсти, словно пытаясь подавить гнев, а затем вытирает мою слюну с лица.

– А ты? – спрашивает он снисходительно и с удовлетворением. – Ты бы не убила мальчишку на своем экзамене, чтобы выжить?

– Я бы не убила! В отличие от тебя, который убивал невинных детей во сне.

Киран слегка наклоняет голову и смеется. Но в его смехе нет жизни.

– А теперь, Сари? Ты все еще боишься меня?

– Я ненавижу тебя! – говорю я с уверенностью и надавливаю лезвием на кожу сильнее. Кровь медленно и тепло бежит по моей руке.

– Без меня ты бы уже давно умерла, – хрипит Киран, загадочно глядя на меня. – И без меня монарх увидел бы твою величайшую тайну.

– Значит, это был ты, – рычу я как зверь. Я знала, что это он создал образ нас двоих у меня в голове, чтобы монарх не увидел Ярруша. – Почему ты это сделал?

– Потому что ты мне все еще нужна. И истинное лицо мне тоже все еще нужно.

– О чем ты? – раздраженно спрашиваю я. Почему он так себя ведет? Мы оба знаем, что я не представляю для него никакой угрозы. Он способен с легкостью расплавить нож в моей руке.

– Твой брат.

– Он не истинное лицо! – отвечаю я, прижимая нож все сильнее и сильнее.

Но Киран даже не вздрагивает, словно совсем не чувствует боли.

– Он истинное лицо, Сари. Если ты честна сама с собой, то ты это знаешь. И еще знаешь, почему монарх отправляет к тебе таких мутантов, как Ярруш. Он боится истинного лица. Но в то же время оно ему нужно.

Моя нижняя челюсть дрожит. Все тело дрожит. Даже рука, прижимающая нож к горлу Кирана. Откуда он знает, что Ярруш – мутант?

– Ты несешь бред, – возражаю я, хотя Киран прав.

Истинное лицо – одно из самых опасных дарований. Тот, кто владеет им, может распознавать настоящие лица людей. Он способен видеть сквозь тканевые маски. Это опасно прежде всего для монарха и Верховного Совета.

– Истинное лицо само по себе не представляет опасности, – говорю я, пытаясь защитить Ярруша.

И тогда мне все становится ясно: аналог истинного лица – провидец. Как в случае с женой монарха и ее сестрами, эти две силы можно объединить. Но это работает только с братьями и сестрами, если у одного есть дар истинного лица, а у другого дар провидения.

– Я – провидица, – выдаю я, задыхаясь от этого осознания. Вот почему я так хорошо чувствую души людей. Их страхи, их желания. Все, что они скрывают.

– Нет, – снова отрезаю я, когда Киран собирается что-то сказать. Я отступаю и роняю окровавленный нож. Рана Теневого мага мгновенно затягивается – это еще один из его многочисленных даров.

– Поэтому ты и защищаешь меня? – спрашиваю я почти разочарованно.

Я не знаю, почему так злюсь. На что я вообще надеялась? Это глупо. Но да, я чувствую разочарование, гнев и страх из-за того, что Киран так много знает о моей жизни. И о Ярруше.

– Именно, – отвечает он так, словно это ничего не значит.

– И мы тебе нужны?

– Нужны, – снова подтверждает он.

– Для чего?

– Это, дорогая Сари, я, к сожалению, не могу тебе рассказать.

– Ненавижу тебя! – плюю я ему прямо в лицо и хочу убежать, но Киран хватает меня за руку и держит железной хваткой. Боль проходит по моим венам, и все же среди боли есть и тепло. Тепло, которое согревает мои замерзшие конечности и заставляет их расслабиться.

– Я пожертвовал слишком многим ради того, чтобы ты была рядом со мной. Не смей сбегать.

– Оставь меня в покое! – кричу я изо всех сил. Я не позволю Кирану использовать себя. И особенно Ярруша. Я должна была понять все раньше. Киран принадлежит монарху. Чего я ожидала?

– Поэтому ты целовал меня? Поэтому ты был со мной прошлой ночью? Что ты хочешь от моего брата? Ты хочешь выдать его монарху?

– У меня нет серьезных платонических пристрастий к тебе, Сари. Если это тебя интересует.

Я смотрю на Кирана во все глаза.

– Что у монарха есть против тебя? И что ты собираешься сделать с нами?

Вопрос, кажется, застает Теневого мага врасплох, потому что он отпускает мою руку и задумчиво смотрит на меня.

– Ты уже это знаешь.

Я замираю. Конечно. Он думает, что я давно увидела это в его душе. Но я понятия не имею, как искать в ней ответы.

– Ты не знала, я прав?

Мои зубы стучат от ярости.

– Нет, – шиплю я. –