Императрица поневоле - Зарина Павлова

— Мама…

— Ох, солнышко мое, — мама подошла к кровати и, опустившись на ее край, притянула меня к себе.

Я прижалась лбом к ее плечу и тихо выдохнула. Нет, я не буду плакать. Мне нельзя плакать. Слезы ничего не решат. В них нет смысла, пока мои родители живы. И они останутся жить на долгие, очень долгие годы.

Я не знаю, сколько так просидела, отчаянно обнимая маму и пытаясь унять тот хаос, что творился у меня в голове. Мне было так страшно, и в то же время во мне кипела ярость и ненависть. Если бы… если бы не моя семья, я бы убила его. Адам бы умер в тот момент, как я подошла к его трону.

— Все будет хорошо, Лиззи, — мама нежно погладила меня по голове и я впервые улыбнулась.

— Да, — я наконец-то смогла отпустить маму и посмотреть на нее. — Он выбрал меня.

— Мы знаем, милая, — мама погладила меня по щеке и ласково улыбнулась. — Ничего удивительного в этом нет. Ты у нас такая красивая, Лиззи.

— Но… я… я провалила все испытания, — тихо прошептала я, опуская взгляд на свои руки. — Я специально провалила все испытания, мама…

— Лиззи, мужчинам не нужны какие-то глупые испытания. Поверь мне, нас любят не за умение хорошо считать или вышивать.

«Любят?» — я неожиданно усмехнулась. «Адам и любит? Я сомневаюсь, что он вообще способен на любовь. Им движет лишь жестокость и похоть».

— Давай, хватит лежать. Вставай, ешь домашние печенья Розы и спускайся на завтрак. Мы все будем тебя ждать, — мама улыбнулась мне и, снова погладив по голове, встала с кровати и направилась к выходу из комнаты.

Дверь тихо закрылась за мамой, а я, откинув одеяло слезна с кровати и оглянулась. Печенья стоял на столике рядом с кроватью. Я взяла одно, но не почувствовала аппетита. Такое печенье Роза всегда делала нам, когда мы были маленькими. Мы с Кайлом готовы были подраться ради него.

— Я что-нибудь придумаю, — тихо пробормотала я, быстро съедая печенье и запивая его стаканом воды. — Я точно что-нибудь придумаю.

«Для начала стоит поговорить с графом Девисом. Надо во что бы то ни сало уговорить его сотрудничать. Я сделаю все для этого».

Глава девятая. «Договор»

«Дорогой Граф Девис,

Буду признательная, если вы согласитесь на встречу в деревни Эвелбейн, на окраине нашего графства. В связи с обстоятельствами, я не могу надолго покидать поместье. Поэтому очень прошу о встрече завтра в полночь в трактире «Три Топора». Буду ждать вас там.

Элизабет Беннет».

***

После отправленного письма, я чувствовала себя, как на иголках. Даже проведенное время с семьей, не могло меня успокоить. Я словно бы каждой частичкой своего тела чувствовала тот холод, что пронзал меня в замке на протяжении последних лет. И меня это сильно пугало.

— Милая? — после ужина, когда все вышли из столовой, отец поймал меня за руку.

— Да, отец? — я обернулась и заглянула в такие родные глаза.

Отец никогда не был многословным. Но он всегда меня поддерживал. Он вместе с братом Робертом научил меня ездить верхом. Он, вопреки протестам матери, дал мне в руки лук. Правда я так и не смогла толком научиться стрелять, но мое детство было самым лучшим.

— Я знаю, что ты расстроена, — папа нежно сжал мою ладонь своими пальцами и опустил взгляд. — Я знаю, как ты переживаешь. Поэтому мы еще можем отказаться.

— Пап, — я нахмурилась. — Я не хочу, чтобы вы пострадали. Поэтому хватит об этом. Все будет хорошо. Просто я слегка волнуюсь.

Отец промолчал. Он все так же смотрел на мои руки, словно бы пытаясь подобрать слова. Но я знала, что он не сможет этого сделать, поэтому только улыбнулась, нежно его обняла и, пожелав ему спокойной ночи, направилась в свою комнату.

Сейчас было восемь вечера. Если я хотела успеть доехать до деревни во время, то мне стоило уже собираться. Но добраться до своей комнаты не успела.

— Лиззи, — из-за угла появилась довольная физиономия Кайла. — Хочешь, кое-что расскажу?

Он уже переоделся в пижаму. Наверняка собирался в таком виде просидеть в библиотеке до рассвета. Хорошо, что ее окна выходили не на сторону конюшни, а то пришлось бы искать другой путь побега.

— Ну, расскажи, — я улыбнулась, наблюдая за тем, как братишка подходит ко мне.

— Я узнал, что повар приготовил торт на завтра и оставил его настояться в холодильной камере…

— Я…

Так. Стоп. Сейчас не время. Мне срочно нужно выезжать.

— Я уже и брату Роберту сказал, — Кайл улыбнулся во весь рот. — Пойдем?

— Нет, прости. Я не очень хорошо себя чувствую, — виновато произнесла я, чувствуя укол совести.

Я слишком мало проводила времени с братьями. И сейчас не могу этого исправить. Обещаю, как только их жизни ничего не будет угрожать, я обязательно буду с ними каждый день. Я прослежу, чтобы и мама, и папа, и Роберт, и Кайл прожили долгую и счастливую жизнь.

— Нуууу, — Кайл скорчил недовольную мину, а потом вздохнул. — Ладно. Тогда мы с братом сами украдем и припрячем тебе несколько кусочков.

— Хорошо, — я улыбнулась и, протянув руки, обняла Кайла за шею.

— Лиззи? Что случилось?

Теплые руки брата легли мне на плечи. Я чувствовала его тепло, слышала, как спокойно бьется его сердце и только это делало меня счастливой. Да, я обещаю, что всегда буду с вами. Даже если вы решите меня прогнать, я никогда не откажусь от вас.

— Все хорошо, — я отстранилась от Кайла, потрепала его по волосам и улыбнулась. — Будьте аккуратны, иначе нянюшка вас поймает.

— Ой, да мы сотню раз так делали, не волнуйся.

— Да-да, — Я улыбнулась, наконец-то отпустила руки брата и направилась в свою комнату. — Но все же, будьте осторожны.

Роза никогда не церемонилась и наказывала нас достаточно строго. Как-то раз я простояла в углу три часа! За то, что лазила по деревьям. Правда, потом няня сама меня пожалела и принесла мне сладостей. А еще обняла и попросила больше никогда так не делать, не потому что «так не поступают леди», а потому что она сильно испугалась. Почему-то, несмотря на наказание, это воспоминание такое теплое.

***

Темный плащ надежно скрывал мои волосы, которые я собрала в косу и закрепила заколкой на затылке. Легкое серые платье